Журнал «Вокруг Света» №07 за 1981 год - Вокруг Света

Отряд поднялся лишь до двадцать пятого градуса северной широты. А впереди лежали еще многие дни нестерпимой, убийственной дороги. Наконец Гусман сдался и приказал вернуться... Между тем неудача и бессмысленная жестокость предводителя вызвали протесты и негодование даже среди самых преданных ему людей. Теперь на него самого идут доносы. Пока, правда, Гусмана еще не смещают с занимаемых постов, но ко всему, что он делает, испанское правительство относится с недоверием. О новой экспедиции на поиски Сиволы пока не может быть и речи. Да и существует ли вообще такая страна, если на пути к ней жара возрастает изо дня в день? Если города и есть, то там должны жить не люди, а какие-нибудь саламандры, для которых огонь — родная стихия...

Проходят годы. В 1536 году случилось событие, которое снова всколыхнуло веру в существование Семи Городов.

После восьмилетних скитаний в страну, завоеванную Кортесом, пришли люди, совершившие одно из самых замечательных путешествий того времени. Они участвовали в экспедиции, посланной для завоевания Флориды. Но поход завершился неудачей. Испанцы, в ближайшем прибрежном селении найдя золотую погремушку, забыв обо всем на свете, ринулись в глубь континента на поиски драгоценного металла. Однако их встретили неимоверные лишения, и, наконец, они решили возвратиться к побережью. Но кораблей здесь не оказалось — они должны были ждать отряд в другом месте. Тогда участники экспедиции построили из подручных средств несколько парусных лодок, на которых и отправились вдоль побережья. Их разметал шторм, и оставшиеся в живых испанцы вынуждены были искать приюта среди индейских племен и долгие годы скитаться по неизвестным краям. В конце концов их осталось только четверо: трое испанцев и мавр-слуга. Они прошли как раз по тем землям, что лежали на севере. Рассказы их, пожалуй, могли служить подтверждением, что где-то в горах действительно есть большие города.

Любопытные снова и снова требовали сведений о том, что происходило за восемь лет непрерывных скитаний. И почти каждый задавал один вопрос: видели ли они там, в дальних землях, чудесную страну Сиволу и семь ее городов?

Нет, путешественники ничего не могли сказать об этой стране. Но все-таки было в их рассказах то, чего ждал, наверное, каждый. В одном из племен Кабесе де Ваке — так звали предводителя маленького испанского отряда — и его спутникам подарили пять наконечников для стрел, «сделанных из изумрудов». Когда де Вака спросил, откуда взялись столь красивые камни, индейцы ответили, что они принесены с очень высоких гор, расположенных на севере; их обменяли на хохолки и перья попугаев у жителей горных селений. Эти селения как будто бы очень многолюдны, и там есть большие дома...

Интерес к стране Сивола и загадочным семи городам снова мгновенно ожил. Казалось бы, теперь Гусман должен был ликовать и сколачивать новую экспедицию. Но именно в этот момент его наконец смещают со всех постов. И не последнюю роль в этом сыграл по иронии судьбы как раз Кабеса де Вака.

Годы скитаний среди индейских племен научили этого человека гуманизму: он открыл в туземцах драгоценные черты характера, которые можно встретить не у каждого европейца; стал другом и горячим защитником индейцев. Столкновения де Ваки с людьми Гусмана, творившими по его приказу жестокости, последовавшие протесты против них явились последней каплей, решившей судьбу конкистадора,— ведь у него было немало врагов, в том числе, конечно, «генерал-капитан Новой Испании и Южного моря» Эрнандо Кортес.

Теперь на поиски страны Сиволы отправились другие люди; правда, в них принял участие и мавр Эстеванико, странствовавший вместе с де Вакой.

Шел 1539 год. Сначала на север была послана разведывательная экспедиция. Ее возглавил священник Марко де Ниса, который вышел из Кульякана вместе с Эстеванико. Их сопровождали индейские проводники.

Когда экспедиция пересекла реку Хила — левый приток еще не открытой тогда Колорадо, путешественники разделились. Поскольку Эстеванико чувствовал себя в этих местах, по его собственным словам, как дома, с несколькими индейцами он отправился вперед на разведку. Священник со своими спутниками продвигался медленнее, расспрашивая в индейских селениях о том, есть ли впереди большие города. Индейцы отвечали, что где-то неподалеку есть «селения с большими домами». Конечно, как полагали испанцы, речь шла о Сиволе.

А между тем, Эстеванико в недобрый для себя час уже действительно достиг города. Об этом сообщил Марко де Нисе один из индейцев, спутников разведчика, поспешно вернувшихся назад. Индейцы были встревожены: жители не хотели, чтобы Эстеванико вошел в город. Тот не внял запрету и был убит. (Заметим, что дело здесь заключалось, по всей вероятности, вовсе не в кровожадности индейцев, а в том, что Эстеванико скорее всего нарушил какой-то обычай этого племени.)

Будучи не из робкого десятка, священник Марко де Ниса все же решился продолжить путь, желая своими глазами увидеть город, где погиб Эстеванико.

Правда, войти в него он так и не отважился; остановился на небольшом холме неподалеку. Потом Марко де Ниса отдал своим индейцам распоряжение насыпать груду камней и водрузить деревянный крест. Так, в полном соответствии с буквой закона, страна Сивола формально была присоединена ко всем другим испанским владениям в Новом Свете.

«Насколько можно было разобраться с того холма, на котором мы находились, поселение это больше, чем город Мехико... мне представляется, что это самый большой и наилучший город из всех тех, которые были открыты до сих пор...» Так описывал увиденный им город святой отец Марко де Ниса в отчете вице-королю Мексики. Но ведь Мехико — это прекрасный город, полный возведенными ацтеками красивых домов, храмов, чудесный, полный солнца, играющий красками город! Значит, в Сиволе города еще больше и лучше?..

Теперь, собственно, и началась экспедиция, которой предстояло в значительной мере стереть с карты Северной Америки громадное «белое пятно». Ее возглавил Франсиско Васкес Коронадо,. тридцатилетний офицер, комендант Кульякана.

Отряд, насчитывавший тысячу человек, вышел на поиски Сиволы весной 1540 года. Сначала его маршрут лежал вдоль приморской низменности. Потом Коронадо взял направление прямо на север, чтобы обойти каменистую пустыню Хилу — именно она некогда преградила путь Нуньо Гусману.

Горы, равнины, снова горы...

Открывшийся глазам город был возведен на уступах скал, крыши нижних построек нередко находились на одном уровне с полом верхних. Сложенные из камня и глины дома казались пчелиными сотами, только слепленными неумело и грубо.

Испанцы безо всякого труда взяли город штурмом.

Разочарование, которое постигло Корон ад о и его солдат, вряд ли поддается описанию. Конкистадоры, как правило, всегда оставались недовольными: какой бы богатой ни оказывалась добыча, они всегда ждали еще большего. Здесь же на нее вообще не приходилось рассчитывать. На индейцах никто не увидел золотых украшений, они были одеты в ткани и звериные шкуры, не имеющие никакой ценности. В их жалких домах не оказалось ничего достойного внимания. Даже сама местность вокруг этого злосчастного города приводила в уныние — на каменистых песчаных почвах почти ничего не росло. И попадись в этот момент незадачливый монах-разведчик, сверх всякой меры приукрасивший свои подлинные наблюдения, под руку распаленным неудачей солдатам, они бы, конечно, непременно разделались с ним...

И хотя за захваченным городом так и закрепляется это название Сивола,— солдаты и сам Коронадо с надеждой уже смотрят на горную цепь на северо-западе. Наверное, подлинная, благословенная и богатая Сивола скрывается в этих горах? Но прежде, чем продолжить поход, Коронадо, как опытный предводитель, выслал два разведывательных отряда. Одним командовал капитан Карденас, другим — капитан Харамильо. Один ушел на северо-запад, другой на восток.

Капитану Карденасу и его людям предстояло первым из европейцев увидеть зрелище редкостной красоты. Тропинка становилась все уже, отряд сильно растянулся. Внезапно солдат, идущий впереди, остановился и закричал. Его поспешно догнали остальные; они едва уместились на крошечной площадке среди скал. И тогда все застыли в каком-то странном оцепенении, вглядываясь — и с ужасом, и с благоговением — в то, что вдруг открылось перед ними, словно чудо... Впереди — ничего, только воздух, вдруг изменивший свой цвет и ставший густо-синим.

Вниз уходила пропасть, невообразимых размеров провал. На его дне вздыбленная каким-то невероятным образом земля, перемешанная с камнями, образовывала самые причудливые, самые невероятные формы, похожие на дома, храмы, замки. И между ними вилась еле зримая, поблескивавшая ртутью ниточка.

Вот таким увидели капитан Карденас и его люди одно из природных чудес света — Большой Каньон. Сверкающая ниточка воды на его дне была полноводной и стремительной рекой Колорадо.