Ключи от вселенной - Кирилл Юрьевич Шарапов

ещё её что-то потянуло внутрь, словно тысяча тонких нитей зацепила и потащила в сторону серебряной плёнки на поверхности бесформенного пятна. А потом небо и земля поменялись местами, и девушка больно, до ярких кругов в глазах, приложилась затылком о что-то очень твёрдое.

Застонав и прогоняя муть, она кое-как села, голова кружилась, но это быстро прошло, и девушка смогла осмотреться. Она оказалась в центре большой и абсолютно круглой площади, прямо рядом с высохшим фонтаном, довольно-таки величественным. Это был каскад из пяти чаш, расположенных на разной высоте. Нижняя была метров двадцать в диаметре. Площадь окружали старые, изящные дома, время их не пощадило, но всё равно они были красивы и величественны. Колонны и скульптуры у входов, разросшиеся живые изгороди, необрезанные деревья давно выдавили ветками окна и заняли комнаты, в одном месте такая вот ветка даже проломила стену.

Алина посмотрела на свои руки и очень удивилась, не обнаружив никаких повреждений, щипали они сильно, свезла она их об асфальт качественно. И тут на неё навалился запоздалый страх, сердце снова начало бешено колотиться, она осознала, что город, где она оказалась, мёртв, вокруг ни души, и никаких звуков, даже ветра нет. Она подняла голову в небо и увидела странные тёмно-малиновые энергетические сгустки. Слезы хлынули из её больших, тёмных глаз.

— Мама, — всхлипнув, произнесла она, — где же я оказалась?

— Чего ревёшь, дура? — раздался за спиной мужской язвительный голос.

Алина вскочила на ноги, резко оборачиваясь, последнее время с мужиками ей не везло. Парень с которым она встречалась свалил к её бывшей лучшей подруге, а ведь они год встречались. Два дня назад один козёл попытался затащить её в койку на первом свидании. Ну и вершина инцидент с гопником, повстречавшимся ей на пути всего десять минут назад. Мужчине было сильно за сорок, неприятное лицо, полностью соответствующее голосу. Губы искривила пренебрежительная улыбка, а глаза откровенно похотливо изучали девушку. Сам он был худ, примерно одного роста с ней, одет в черные брюки, лакированные ботинки и тёмную сорочку. Но самое поганое, он сжимал в правой руке что-то, напоминающее ножку стола, или кусок перил, во всяком случае, весу в этой деревяшке было прилично. Стало страшно, он не внушал доверия, от него веяло угрозой, и Алина не ждала от него ничего хорошего. Он стоял всего в четырёх шагах от неё, а учитывая дубину, она сокращалась ещё на метр.

— Где мы? — стараясь не показывать, что напугана, спросила Алина, пытаясь наладить диалог, но вышло плохо, голос дрогнул.

— Какая разница? — скривил губы мужик. — Тут только ты и я. Сама со мной пойдёшь, или силой волочь?

Девушка вздрогнула, вдоль позвоночника скатилась капля холодного пота, ублюдок чётко обозначил свои намерения. И если там, когда она убегала от парней, у неё были все шансы запрыгнуть в машину и уехать, или что кто-то вступится за неё, то здесь они были вдвоём, и рассчитывать она могла только на себя. Она сунула руку в карман, газовый баллончик у неё был, но остался в сумочке, которая в свою очередь осталась в форде. Если честно, она её просто забыла, торопилась сильно, и вот теперь вынуждена расплачиваться за свою беспечность. Рука в кармане нащупала связку ключей, та была тяжёлой, два от квартиры, два от квартиры мамы, железный брелок на короткой цепочке, грамм триста точно выходило. Она вытащила ключи, сжимая их в кулаке.

— Значит, не хочешь по-хорошему, — процедил сквозь зубы мужик, который, видимо, прочитал на её лице тягу к сопротивлению. Он сделал шаг, перекинув дубину в левую руку, а правую просто вытянул вперёд, желая схватить жертву. Видимо он решил, что нагнал достаточно страха, и если жертва и будет сопротивляться, то вяло, ну поцарапается, покусается, пара оплеух приведёт её к полной покорности. Да и не видел он в этой привлекательной девушке опасности.

Но Алина, которая из одного переплета сразу же угодила в другой, совершенно не горела желанием быть изнасилованной и стать рабыней для этого неприятного типа, а значит, кусаться и царапаться будет до конца. Она подняла руку с зажатыми в кулаке ключами, вызвав у противника ещё одну презрительную усмешку. Бросала она, как девчонка, но дистанция была смешной, и вырвавшаяся из руки связка ключей угодила мужику в нос. Хлынула кровь, заливая тёмную сорочку, и полностью на ней теряясь. На несколько мгновений тот был просто ослеплен болью. Вместо того, чтобы схватить жертву, он одёрнул вытянутую руку и прижал её к лицу, словно не веря в происходящее.

— Сука, — прошипел он, — ты заплатишь за это, изуродую.

Но Алина не собиралась упускать этот шанс. Он ещё говорил, а она резко рванула, но не прочь, а вперёд, прямо на противника. Она, конечно, была килограмм на десять легче, но сейчас на её стороне полное преимущество. Она резко, с разбегу, толкнула мужика в грудь, опрокидывая его на спину. Вышло удачно, тот, упав, приложился башкой о брусчатку. На секунду у неё возникала мысль съездить ему ногой по морде, но она её отбросила и рванула вперёд, стараясь не обращать внимания на сумку, которая при беге била её по бедру. Задача у неё простая — скрыться в кварталах этого заброшенного города, пусть ищет.

— Сукаааа, — в бешенстве орал ей вслед мужик. — Всё равно, б… поймаю и выпотрошу. В кишках своих ползать будешь, о смерти молить.

Алина вздрогнула, но только прибавила ходу, уже забегая на улицу, которая плавно забирала влево. Девушка на ходу обернулась, чтобы глянуть на преследователя. Её враг с окровавленным лицом бежал следом, но разрыв вышел приличным, она выиграла не меньше пятидесяти метров. Она, не останавливаясь, побежала дальше, потом на перекрёстке свернула на радиальную, убираясь из поля зрения преследователя, потом совершила ещё два поворота, стараясь максимально запутать несостоявшегося насильника. Теперь она сама не была уверена, что сможет найти эту площадь, хотя ориентир был приличный, там, возвышаясь над домами, стояла башня с большими часами, они давно остановились, но их хорошо видно со всех крыш города.

Спустя минут двадцать она резко затормозила, её внимание привлекли к себе несколько надписей на русском, выполненные на стене одного из домов: «Паша Рогов, 2020, попал, не знаю, куда и как», «Рома