Ключи от вселенной - Кирилл Юрьевич Шарапов

летают лишь специально подготовленные люди. Только ради этого можно было провалиться в эту гребанную кляксу. Ладно, хорошего понемногу.

И он снова перевернулся так, чтобы хвататься за скобы, и заскользил по поверхности станции. Через час, он добрался до уровня, который занимала служба безопасности. Иллюминаторов тут не было, но Егор был уверен, что камер на обшивке хватает, и противник в курсе, что он идёт к нему в гости, и на этот раз встреча будет достойная. Там, внизу, за ним, скорее всего, тоже наблюдали, но благодаря разрушенной лестнице и заблокированным лифтам спятивший ИИ не смог перекинуть подкрепления. Но это при условии, что заблокировали подъемники именно люди. Если сам ИИ, то ему было плевать на человека и непонятного зверя, бродящих по складским и техническим этажам. А теперь Егор приблизился к его владениям, что несет угрозу. Хотя самое простое, если ИИ имеет возможность блокировки, то сейчас проще простого оставить Раевского за бортом. И этого Каскад боялся больше всего, очень не хотелось задыхаться в скафандре.

Теперь он развернулся и двигался в бок. Да, приноровился, не сравнить с тем, что было, когда он карабкался, болтая ногами в космосе. Там на полсотни метров уходило минут двадцать, а теперь чуть ли не летит. До шлюза добрался быстро, но с каждой секундой его страх рос, и уходить не собирался. Егор в последний раз смотал страховочный трос, закрепил на новом месте магнитный держатель, после чего уже куда медленней скользнул к двери, до которой было всего метров десять. Открыв специальную нишу, Егор активировал интерактивную панель, которая потребовала код, предоставив для набора шарообразную клавиатуру. Егор посмотрел на руку и принялся вбивать местные символы. Код был обычным — буквы и цифры вперемешку. Егор вбил уже девять, когда понял, что не хватает одного знака. Сердце ухнуло в пятки. Он взглядом пересчитал символы и понял, что ошибся, когда черкал, либо не дописал один, либо какой-то пропустил. Капля холодного пота скатилась по лбу. Егор ткнул в экран скафандра, запуская тест, кислороду осталось меньше, чем он рассчитывал, примерно минут на сорок. Сначала он не понял, почему так случилось, но в этот момент его осенило, он же тут не один, Химу тоже нужно дышать, вот он и слышал примерно десять процентов из того, что было.

Егор занервничал и начал проверять вбитый ключ, он ведь пытался их запомнить, значит, не всё ещё перетеряно. Поняв, что если будет тупо пялиться на экран, он ничего не добьётся, Егор закрыл глаза и постарался успокоиться, и придумать, как можно вспомнить?

— Хим, — позвал он, — ты же говорил, что видишь мои мысли?

— Да, хозяин, а что нужно?

— Нужно, чтобы ты заглянул в мою память. Сейчас я буду думать о пароле, который позволит нам попасть внутрь, я потерял один символ. Ты должен его запомнить, и потом проверить тот, что я ввёл. Если не выйдет, мы с тобой рискуем тут сдохнуть.

— Хорошо, хозяин, я буду стараться.

Егор закрыл глаза и постарался, как можно чётче представить пароль, который пытался заучить.

Прошло пять минут, потом ещё столько же, и ещё. Егор старался ни думать о том, что утекает время, а только представлять перед глазами код.

— Хозяин, я нашёл символ, которого не нахватает, — ворвался в его мысли Хим, — это такая галка с палкой сбоку, он должен стоять третьим. А у тебя другой.

Егор выдохнул и, стерев комбинацию, принялся перебивать её заново, с учётом правки. Вот последний занял место в строке, теперь их десять, появилась интерактивная кнопка «подтвердить».

— Ну, с богом, — прошептал Раевский, нажимая кнопку. — Надеюсь, он сейчас за мной приглядывает.

Несколько секунд ничего не происходило, а затем створки дрогнули и разошлись, давая ему возможность попасть в шлюзовую камеру. Егор влетел туда, словно боясь, что они снова закроются. Он хлопнул по сенсору закрытия шлюза, и створки за его спиной сомкнулись. Вот только он забыл смотать страховочный трос, и его просто перерубило. Магнитный крепёж остался снаружи.

— Ну и хер с тобой, — пробормотал он, запуская процедуру выравнивания давления, чтобы открыть дверь, ведущую в следующую комнату. — Всё равно в этом скафандре я больше никуда не полезу, воздуха осталось на десять минут.

Переборки, ведущие внутрь, разошлись. Медленно ступая в негнущемся скафандре, Раевский, который стал каким-то очень тяжёлым, вошёл в небольшую комнату. Что ж, она была совершенно не похожа на тот отнорок, из которого он выходил в космос. На стенах висело сразу несколько десятков скафандров, они все были чёрного цвета, выглядели гораздо новее и современнее. Ещё тут были лавки и шкафчика для вещей. Обычная раздевалка в фитнес зале, разве что скафандры выбивались из картины.

Егор, потыкав в виртуальную клавиатуру, смог снять монолитность со своего жёсткого «доспеха» и, наконец, откинул назад шлем, после чего распустил застёжки. Первым на пол соскочил крыс. Раевский поморщился, такое ощущение, что у него девушка на плече уснула, и вот теперь оно затекло и ломило. Понятно, что вскоре пройдёт, но всё же неприятно. Егор выбрался из скафандра, бросив его прямо на пол, он свою службу сослужил, помог добраться сюда, но больше он в него не полезет.

— Хозяин, я ощущаю запах крови, — заявил Хим, — пахнет вон оттуда, — и химерик развернулся в сторону двери из матового стекла, которая, скорее всего, вела в душевую.

Егор посмотрел в конец раздевалки, там света было меньше, поэтому он, наверное, не сразу заметил кровавый след, ведущий от выхода в ту сторону. Понятное дело, что он был старым, кровь засохла, украсив белый пол бурыми пятнами. В принципе, смотреть ещё на один труп Раевскому не хотелось, но была надежда разжиться оружием, ведь это был уровень безопасников. Подвигав правым плечом, восстанавливая кровообращение, Егор направился к душевой. Что ж, он оказался прав, в небольшой душевой на три кабинки обнаружился очередной труп. Это была женщина лет тридцати с ярко-фиолетовыми короткими волосами, на правом боку рана размером с ладонь, мясо обуглилось по краям, всё это залито чем-то, напоминающим герметик. Ещё у неё отсутствовала кисть левой руки, выше локтя затянут турникет. Но, видимо, затянут плохо, поскольку под культей бурое пятно, она потеряла много