Провинциальная история нравов, замаскированная под детектив. Или наоборот. - Ольга Смирнова

— Девушка, да вам в психушку надо. У нас королей не имеется. А в больничке — сколько угодно.

— Егор! Я серьезно. Я встать не могу. Мне плохо. Наверное, сотрясение мозга. Что делать?

— Если можешь, то поспи. А с утра вставай и на работу приходи. Я, так и быть, кабинет шефа до твоего прихода покараулю. За недорого. Свидание мне должна будешь. Или желание. На твой выбор.

Сима так разозлилась на этого шутника безголового, что на секунду даже перестала ощущать головную боль, что пронзала череп насквозь острыми иголками при любом резком движении.

— Егор! Я в рапорте напишу. Я все твои словечки записываю сейчас на диктофон, — пригрозила первым, что пришло в голову. — Г.В. сразу дам послушать.

— Станет он из-за тебя…

— Не из-за меня! — вспылила Сима, схватившись рукой за многострадальную черепушку. — Из-за того, что ночью нападение произошло, а значит, надо отреагировать, а не шутки шутить. Ты зачем там сидишь? А вдруг еще кого ударили, пока мы тут болтаем?

Егор замолчал ненадолго, потом сказал:

— Слышь, Груздева, ты вот откуда такая умная взялась, а?

— Я - из столицы, а вот ты такой тупой откуда вылез? — буркнула Серафима. — Чего делать-то, скажешь? Или так и будем в остроумии состязаться?

— Чего-чего. Сотрясение, говоришь? В больницу тогда. Там дежурный врач. А я — на место преступления. Михалыч спит, поди? Опять ничего не видел? Или есть живые и трезвые свидетели?

— Нет Михалыча.

— Ты можешь рассказать, что произошло?

Сима поведала свою печальную историю — как могла коротко, сжато, чтобы время сэкономить. Когда заунывное повествование подошло к концу, Сима поняла, что забыла упомянуть что-то важное. Что-то, над чем раздумывала как раз перед тем, как ее тюкнули…

И тут Симу озарило — свеча! Она держала в руке свечу, когда на нее напали. Где же свеча теперь? Сима стала всматриваться в темноту переулка, пытаясь определить, куда могла ее добыча откатиться. Ничего путного из этого не вышло.

— Эй, на том конце? Ты сдохла, что ли? Отзовись.

— Да. Я тут. Да. Просто… отвлеклась…

— Дура ты, Серафима. Валила бы в свою столицу и там экспертизы проводила.

— Тебе заняться нечем? — с обидой спросила магиня. — Ты уже должен быть на полпути сюда, а все болтаешь по телефону.

— А кто тебе сказал, что я на месте сижу?

— Как? Но… ты же…

— Телефон у нас сотовый, не стационарный. Так что я уже практически рядом. А вот ты, насколько я понял, все еще до больницы не добралась. Ну и кому из нас заняться нечем? Знаешь, есть такой анекдот старый, на тему…

Сима отключилась. Выслушивать скабрезные и несмешные анекдоты не было никаких сил. Решив, что от нее особо не убудет, а свечу найти очень хочется, Сима шепнула два магических слова и ощутила, как головная боль и тошнота уходят. Здоровья от единственного известного ей лечебного заклинания не прибавилось, но самочувствие улучшилось. Сима с грустью подумала о том, сколько дней жизни у нее отняло это воздействие, но долго предаваться скорби не было возможности. Принципы принципами, а свечу найти надо.

Медленно, аккуратно, опираясь на стену, Серафима встала. Поводила в стороны руками, поняла, что тело более-менее подчиняется приказам мозга. Следующие пять минут, до самого прихода Егора, она потратила на то, чтобы нашарить фонарик и с его помощью обыскать переулок.

Но свечи-то нигде и не было. Странно — ей и закатиться было решительно некуда. Ровный асфальт и стены. Сима даже, преодолев брезгливость, заглянула ещё раз в «замок» Михалыча, но и там ничего не нашла.

Что это значит?..

Или не значит? Неужели кому-то так сильно могла понадобиться недогоревшая свеча? Сима озадаченно нахмурилась. В подобное предположение верилось слабо, однако это не отменяло того факта, что свеча исчезла!

Сима еще раздумывала над случившимся, когда в переулке показался Егор.

— Скучаешь, Сим-Сим? Ну, давай, рассказывай папе Егору, как ты докатилась до такой жизни.

— Зачем? Это еще зачем? Я себя нормально чувствую. Не надо меня ничем колоть! Я запрещаю.

С садистским удовольствием медсестра вонзила в упирающуюся Симу тонкую углу и нажала на поршень. Серафима вскрикнула — больше от испуга, чем от боли.

— Зачем? — завопила негодующе.

— Чтобы жизнь медом не казалось, — ответила медсестра и зажала место укола проспиртованной ваткой. — Держи.

Серафима, к своему великому сожалению, до больницы самостоятельно добраться не смогла. Даже несмотря на наложенное повторно заклинание, которое, опять же к ее великому сожалению, сняло лишь некоторые симптомы, но до конца её на ноги не поставило. Здоровье — не ее профиль, она знала лишь несколько общих формул, призванных поддержать жизнедеятельность до прихода квалифицированных медиков, не более. Да и не была фанаткой подобного метода лечения.

Егору пришлось вызывать бригаду медиков, так как альтернатива — героически тащить её на руках до ближайшего медпункта — его не прельщала.

После прибытия в медпункт, Сима была всесторонне осмотрена. Сначала одним врачом, который дико раздражающим образом все светил ей в глаза фонариком. Потом другим — тот вообще вел себя неадекватно, и либо пытался заставить Симу вытянуть вперед руки и застыть в столь нелепом положении, либо принуждал взглядом следить за шариковой ручкой — как будто ей больше делать нечего! Серафима возмущалась, но ее никто не слушал. Под аккомпанемент вполне искренних проклятий ей выстригли здоровый клок волос, чем-то помазали рану на голове, что-то приложили, поматерились, забинтовали. Теперь Сима выглядела как помятая в хорошей драке уличная девица. Затем ее повезли на каталке по коридору и одновременно умудрились переодеть в жесткий от постоянной стирки казенный халат. В холодном кабинете переложили на стол и попытались засунуть в жутких размеров трубу, подсвеченную изнутри.

Разумеется, Сима тут же попыталась со стола сползти, но ей не позволили.

— Лежать, — как на собаку шелудивую, прикрикнул доктор, и Сима отчего-то послушно замерла.

Стол дрогнул и поехал. Ее в буквальном смысле засасывало в трубу.

— Что это? — спросила она.

— Расслабься, — посоветовал добрый доктор. Легко ему говорить, возмутилась она, это не его в гроб с освещением запихнули раньше времени, не спросив разрешения. — Расслабься. Перестань возиться, кому говорю.

Сима понимала, что ее обследуют, что врачи правы, однако это знание не утихомирило панику, поднявшуюся в ней, когда она увидела в руках очередной медицинской сестры шприц с угрожающе длинной иглой, которая вполне могла проткнуть её насквозь.