Эпоха покаяния - Александр Соколов

Под слоем снега обнаружилась тяжёлая крышка люка и круглый широкий винт. Запорное устройство после диких усилий, наконец, поддалось и со скрипом открутилось. Путники откинули крышку, под которой нашли узкий лаз и проржавевшую лестницу. Рядом с лестницей были проложены толстенные чёрные змеи проводов.

Аюн легко проскользнул вниз, а вот телосложение Дмитрия с огромным трудом позволило ему протиснуться в это отверстие. Кое-как умудрившись свести могучие плечи, он медленно спустился вниз к юноше, который уже ждал его внизу. Прибор на плече тут же замолчал.

Дмитрий выпрямился, подсветил узкий коридорчик, который упирался в наглухо закрытую дверь. Провода в толстой оплётке вели туда. Ляховский дёрнул дверь, но та не поддалась. Дмитрий в задумчивости зажужжал фонариком, который осветил старый вытянутый, загнутый кольцом с одной стороны и слегка раздвоенный предмет, с которого давно облупилась красная краска.

— Как там было? А, вспомнил: «Нужный человек не в том месте может перевернуть мир!», — воскликнул он, поднимая с земли железяку.

Используя принцип рычага, он приподнял и снял с петель дверь, посветил внутрь открывшегося пространства. В крохотной комнатке находилось покрытое толстым слоем пыли оборудование, покосившийся стол и металлический шкаф. На противоположной стене висела точно такая же дверь, закрытая при помощи старой доброй задвижки. Дмитрий открыл шкаф, но, кроме бесполезной рухляди, ничего интересного не нашёл. Затем он покрутил в руках железяку, постучал ею о ладонь, улыбнулся какому-то своему воспоминанию.

— Нет, у этой штуки может быть только один владелец, — со вздохом сказал Дмитрий и бережно положил её на стол.

— А кто он? — спросил юноша, с интересом рассматривая железку.

— Как знать, может, однажды ты познакомишься с ним.

— А разве он жив?

— Пф… живее всех живых! — хохотнул Ляховский, и тут же добавил — ладно, проехали.

— Куда поехали?

— Ёлки-палки…

— Какие палки?

— Аааа, Аюн, прекрати!!!

— Сам прекрати!

Юноша обиделся, а Дмитрию стало совестно. После того, как они вышли через дверь, он терпеливо объяснил все слова, которые он, забывшись, произнёс, за исключением, правда, самого первого. На это ушло много времени, но зато было не так скучно идти длинным сводчатым коридором, который постепенно спускался вниз.

После двух бессонных ночей усталость накатывала на путников волна за волной. Они уже были готовы остановиться и поспать прямо на ледяном полу, наплевав на то, что могут простудиться. Но коридор вскоре закончился очередной дверью, открыв которую, друзья оказались в большой рукотворной пещере. В ней длинными рядами стояли металлические двухъярусные кровати с панцирными сетками. Рядом с каждой них располагались прикроватные тумбочки, в которых хранились туалетные принадлежности и комплекты одежды. Вдоль стены были вмонтированы ровные ряды умывальников. В дальнем углу за невысокими стенками прятался унитаз. На этом внутреннее убранство заканчивалось. Пещера освещалась тусклыми светильниками, которые зажигались по очереди, словно по команде. Путники оделись потеплей, навалили на сетки тряпья, после чего колодами повалились на них и моментально уснули.

Проснувшись, Дмитрий первым делом взглянул на часы и подвёл их. Оказалось, что они проспали около суток. После этого он без особой надежды открутил кран у ближайшего умывальника. Услышав тихий скрип, юноша тоже проснулся. Он встал, зевнул, потянулся за мечом, заложил его себе за пояс.

Путешественники были очень голодны, поэтому Ляховский открыл две банки тушёнки, содержимым которых они и позавтракали. Пришелец с сожалением выбросил пустые жестянки: больше у него в запасе не осталось ни одной. Оставалось надеяться на то, что по дороге удастся наткнуться на что-нибудь съедобное.

Люди отворили противоположную дверь и вышли в слабо освещённый круглый холл, величиной с две хоккейные коробки, который завершался туннелем. Так же, как и предыдущий, он постепенно уходил вниз и вглубь горной цепи. Поглядев по сторонам, Аюн и Дмитрий нашли ещё несколько дверей справа и слева, за которыми, судя по всему, находились точно такие же общие спальные комнаты. От холла в туннель вела железная дорога.

Лампочки равномерно вспыхивали и гасли, звуки шагов резонировали от сводов. Отчётливо запахло сыростью и гнилью. Неожиданно юноша уловил слабые звуки, словно кто-то бежал навстречу на четырёх конечностях. Аюн обнажил меч, чем встревожил Ляховского. На всякий случай тот тоже вытащил пистолет. Вдалеке Дмитрий разглядел вспыхивающий свет, который, подобно новогодней гирлянде, приближался, освещая кому-то дорогу.

Вскоре существо было совсем близко. Оно вскинуло вперёд руки, завопило, и кинулось на юношу.

— Не стреляй, — крикнул Аюн, поднимая клинок. — Я что-то чувствую.

Но было уже поздно. Прогремел выстрел, раскатился многочисленным эхо. Существо с глухим стуком упало и забилось в агонии.

— Чёрт, теряю навык, — пробормотал Ляховский.

Он подошёл, наставил на существо ствол. Аюн подскочил, схватил Дмитрия за рукав, заставляя опустить руку. Юноша прервал агонию, вогнав меч в спину, после чего перевернул труп ногой, ахнул и отступил в изумлении.

Вне всякого сомнения, это был человек. Вернее, это существо являлось прямым потомком человека. С ног до головы покрытое коричневыми волосами на сильном теле, с небольшим выделяющимся животиком, оно, скорчившись, лежало и смотрело на них гипнотическим взглядом сильно расширенных зрачков. Концом лезвия парень приподнял ему верхнюю губу, но на слегка выпяченных вперёд челюстях не было длинных клыков, признаков хищника. Босые ступни с далеко оставленными большими пальцами были неестественно сжаты подобно кистям рук в кулаки. Голову венчали удлинённые уши, которыми оно могло шевелить.

Ошарашенные путешественники переглянулись. В этот момент тёмный коридор снова озарился далеко вдали мутным светом. Гирлянда огней приближалась. На половине коридора свет вдали вспыхнул снова. Потом ещё раз, и ещё. А потом Ляховский просто перестал считать. Было очевидно, что грохот выстрела привлёк внимание множества этих живых существ.

Дмитрий бешено выругался, но ответил на угрозу без промедления. Он быстро снял рюкзак, из которого извлёк запасные обоймы. Аюн, наблюдавший за приготовлениями широко открытыми глазами, нервно сглотнул. Ляховский опустился на колено, сгиб левого локтя упёр в бедро, положил на ладонь руку с пистолетом.

На пару секунд повисла напряжённая тишина. Дмитрий замер, ловя в прицеле неуклюже подпрыгивающее существо. В нужный момент прозвучал выстрел, животное по инерции проехало на брюхе пару метров и затихло. Ляховский не сдвинулся с места. Второе существо с воем выпрыгнуло из-за тела соплеменника. Белая вспышка на секунду ослепила, пуля попала в голову, резко откинув её назад.

Гирлянда света впереди продолжала неистово мигать. Ещё одно существо подбежало под выстрел и было тут же убито. А потом начался самый настоящий дурдом. Выстрелы гремели непрерывно. Друг с другом чередовались яркие вспышки, летевшие кубарем тела, дикие вопли, переходящие в предсмертный визг, стекающая по коридору ручьём кровь, едкий дым, от которого слезились глаза, короткие передышки, прерываемые металлическими щелчками перезарядки, и снова вспышки, грохот, падающие гильзы и коричневые тела.

Дмитрий до крови закусил губу: это не могло длиться вечно. Боезапас таял, появлялась усталость. Он пропустил очередную атаку. Существо уже скакнуло на него, вытянув все четыре руки-лапы. Аюн, видя это, среагировал мгновенно. Он прыгнул сбоку, заведя меч за голову.

Последовал свист клинка, хлёсткий удар сверху вниз, меч лязгнул о камень, высекая искры. И, внезапно — тишина, тёмный туннель. Обезглавленное существо повалилось рядом с Ляховским, которого стало колотить мелкой дрожью. Рядом шлёпнулись отсечённые по плечи руки. Аюн поднялся после неловкого падения, осмотрел лезвие, на котором не оказалось ни единой щербинки. Вот уж, действительно, уникальное оружие.

— Неужели всё? — выдохнул Дмитрий, вставая на ноги и вытирая тыльной стороной кисти струйку крови, бегущую по подбородку.

— Нет, не всё. Они спрятались. Боятся выходить на свет, любят темноту, — ответил юноша, вкладывая катану в ножны.

— Дьявол! Но мы должны идти дальше. Другой дороги нет!

Аюн тихо вздохнул, но смолчал.

Они медленно протиснулись сквозь гору трупов. Ляховский стрелял очень метко и быстро. Каждая из выпущенных им пуль принесла верную смерть тому, кому адресовалась.

Туннель впереди продолжал безмолвствовать. Лампочки над друзьями послушно зажигались и тухли, словно по указке. Они осторожно шли, напрягая зрение и слух. Но вот очередная лампа потухла за их спинами, а новая так и не загорелась. Что-то сломалось во всей этой системе. Дмитрий зажужжал фонариком, но маленький светодиод почему-то именно в этот неподходящий момент перегорел. Друзья оказались в кромешной тьме.