Звездолёт «Фуэте». Вторая новелла - Вадим Яновский

Стоп, нельзя терять ни единого мгновения, нельзя рассеивать внимание: атаман какой-то периферией рассудка опознал в поднявшейся фигуре Сержа Корсакова:

— Серж, ложись, дурак!!!

Лисин слышал свой голос как будто со стороны, до того он прозвучал глухо и незнакомо, как чужой. В висках молотом стучит кровь и адреналин, пот заливает лоб, угрожая добраться до глаз. Не отвлекаться, вперед! Так, на левый фланг успеваем добраться раньше, чем эти остолопы придут в себя. А что там на правом фланге? Кажется, там должно быть чисто! Черт, рискованно, ну ничего, прорвёмся, где наша не пропадала! Экзоскелет остаётся в тылу, хоть как-то прикроет. Атаман двинулся по дуге: плохо, что приходится крутиться не в ту, неудобную противнику сторону, а как раз наоборот. Ближний солдат уже разворачивает ствол, времени нет! Прыжок, нырок и перекат, удар ножом снизу вверх. Успел!

Теперь второй, где он? Фигура второго бойца медленно оседает на землю, боевой шлем треснул, на грудь стекает струйка крови. Корсаков всё-таки не послушался, но стреляет метко. Это хорошо, поскольку отслеживать еще и его выстрелы не хватило бы никаких сил. Лисин развернулся к правому флангу, бегло окинуть взглядом, никакого движения, тихо. Неужели всё? Нет, еще раз проверить, чтобы не было неожиданностей. Он махнул рукой Сержу, показав на каменный козырёк, который возвышался в тылу Драконов. Тот кивнув, принялся сканировать этот участок местности. Атаман тем временем в темпе накинул еще один круг там, где находились позиции Драконов. Все, кажется можно расслабиться.

Он присел на землю, бешеный стук сердца, отдававшийся в висках, понемногу стихал, Лисин смахнул со лба капли пота. Внезапно навалилась слабость, подступила тошнота, грудную клетку прорезала резкая боль. Только теперь он начал осмысливать, чем для него кончилась рукопашная. Правый бок обожгло плазмой, и теперь он отзывался резкой болью: не мудрено, рана довольно глубокая. Зацепило кисть руки, штурмовую перчатку с неё словно срезало вместе с кожей, наружу торчали окровавленные костяшки пальцев. Видать, силовым полем зацепило, как бритвой полоснуло.

Лисин осторожно разрезал ножом куртку на себе, чтобы добраться до раны на боку, осмотреть и попытаться хоть как-то залепить её, дабы не истечь кровью. Скверная дырка, вот угораздило! В бою тело почти не реагирует на ранения, а теперь, чтобы хоть как-то передвигаться, нужна медицинская помощь. А где её взять? Аннушка далеко, хорошо, хоть биометрия работает, правда, толку от неё сейчас — чуть. К Лисину приблизились уцелевшие казаки, в живых остались трое, да ещё одинокий Корсаков, из наёмников уцелел только он один. Потрепало его изрядно: еле ковыляет, на бедре затянут жгут. И жгут этот, нехорошо потемнел, набух кровью. Лицо Сержа бледное, искажено гримасой боли, хоть и держится бодрячком: поднял руку в приветствии. Откашлявшись, прохрипел:

— Кажется, отбились. Круто они с нами…

— Грант жив? — спросил атаман.

— Холодный, — упавшим голосом отозвался Корсаков, — из наших, похоже, только я уцелел.

Атаман пошарил у себя на поясе, в поисках гарнитуры связи. Надо связаться с «Фуэте» и убираться отсюда поскорее. Гарнитура исчезла, где её теперь искать? Может, на борту сами догадаются прислать за ними шлюпку? Вдруг с каменного козырька позади, посыпались мелкий щебень и раздался незнакомый голос:

— Лисин! Не стреляйте! Я не вооружён, сейчас медленно выйду с поднятыми руками!

Корсаков проворно вскинул свой «Кварк» в поисках цели, атаман смог только повернуть на звук голову. Минуту спустя, на козырьке появилась фигура в униформе Белых Драконов. Действительно с поднятыми руками. Откуда он взялся, интересно? Человек мягко спрыгнул вниз, даже не опустив при этом рук.

— Мне нужно срочно связаться с командованием патрульного флота, — громко сказал незнакомец.

— Кто ты такой? — кривясь от боли, произнёс атаман.

— Я из разведки патрульного флота, это всё, что могу вам сообщить. Возвращаюсь с задания, — отчеканил незнакомец.

— А с какого перепугу нам верить твоим байкам? — спросил Корсаков.

— Если бы я захотел, мог бы просто уйти, ведь никто меня не видел, — веско произнёс незнакомец, — если я не тот, за кого себя выдаю, зачем связываться с вами?

— Как знать, как знать… Может, подкрепление ждёшь, время тянешь? — покачав головой сказал Лисин, — Серж, у тебя гранаты остались?

— Есть еще одна, — ответил Корсаков.

— А ну-ка метни её на козырёк. На всякий случай. Казачки, а этого — держите на мушке, — сказал Лисин.

Раздался глухой взрыв, Лисин навострил уши. Осела пыль, повисла гробовая тишина. Никаких признаков того, что на козырьке кто-то был. А если и был, то уже нету.

— Убедились? Скажите, какой смысл мне с вами связываться? Рисковать своей жизнью из-за пяти уцелевших бойцов? Тоже мне, военная угроза! А местных с вами всё равно нет. И не было с самого начала, это я точно знаю, — склонив набок голову медленно, тщательно подбирая слова, произнёс незнакомец.

— А может и есть смысл, а? — сказал Лисин.

— Тогда подумай, откуда мне известно, что ты — атаман Лисин Олег, ваш корабль называется «Фуэте», приписан к МКК, командует звездолётом капитан Тышковкий Виталий. Находитесь в распоряжении объединенного командования патрульных флотов…

— Может, еще скажешь, кто я такой? — прервал незнакомца Корсаков.

— Извини, не знаю, — отрицательно покачав головой, ответил тот. — Могу предположить, что ты из наёмников, скорее всего командир группы. Да, вот еще: это я предупредил губернатора про охоту на его команду. Бехоев его зовут, правильно?

Повисло молчание. Атаман изучал незнакомца. Невысокого роста, очень широкий в кости, просто квадратный. Без шлема и экзоскелетки, только в штурмовом комбинезоне. Незатейливо. Глаза глубоко посажены, колючие, внимательные, небольшой утиный нос, глубокие залысины, коротко стрижен.

— В общем, так, дорогой. Посидишь на мушке, пока за нами с борта не пришлют транспорт. И не обижайся, ты сам бы так поступил, — сказал Лисин.

— Я не в претензии, атаман, можешь воспользоваться моей связью. У меня в кармане комбеза подходящая гарнитура лежит, только настроить надо на связь с бортом «Фуэте», — медленно произнёс незнакомец.

— Выкладывай на землю. Одной рукой, медленно, — сказал атаман. — Корсаков, забери связь, передай мне. Глаз с него не спускать!

Квадратный незнакомец положил гарнитуру, отошёл в сторону.

— Пусть с борта пришлют самую маленькую шлюпку, какая есть, — сказал незнакомец. — Чтобы Драконов не дразнить лишний раз. Им сейчас, правда, уже не до этого, начинается генеральное наступление.

Корсаков побледнел еще больше, хотя казалось, дальше уже некуда.

— До вечера с наёмниками «Химической добывающей» будет покончено, — сообщил незнакомец, услышав это, Корсаков, скрипнул зубами. — Завтра начинается погрузка трофеев и отлёт, в ускоренном темпе. Да, атаман, у командования Драконов есть чёткое мнение: не связываться с вашим звездолётом. Скажем прямо, реальной угрозы он не представляет, а тратить на вас драгоценное время… в общем, не тот случай. Драконы собираются погрузить захваченное добро по максимуму и поскорее убраться восвояси. Не дожидаясь флота. Самое важное для них — не посадить себе на хвост патрульный флот и не засветить собственную базу. Сейчас информация — главный вопрос, понимаешь, атаман?

Атаман слушал незнакомца, казалось в пол-уха, думая о чем-то своём.

— Ребят надо бы похоронить… — глухим голосом произнёс он.

— Атаман, не беспокойся, мы вернемся сюда очень скоро, а сейчас давай не терять времени, связывайся с бортом! — нервно ответил незнакомец.

Лисин взял гарнитуру, настроил канал связи, потом вызвал «Фуэте» и, не сообщая подробностей, попросил Тышковского выслать малую шлюпку.

Глава 13. Уход

Теперь ждать. Хуже не бывает, чем ждать. Разговор с бортом «Фуэте» закончился, может, пару минут назад, а время тянется так, словно прошел битый час. День уже клонился к вечеру, от реки потянуло прохладной сыростью, для атамана пришлось устроить лежанку из одежды, чтобы раненый хотя бы не зяб, потому как другой помощи, кроме перевязки, спутники не могли ему оказать. Тот, кто выдавал себя за разведчика, уселся по-турецки чуть в сторонке так, чтобы не пропадать из поля зрения и лишний раз не дразнить своих охранников. За ним по очереди наблюдали уцелевшие казаки. Незнакомец чувствовал себя непринужденно, но резких движений на всякий случай избегал.

— Звать-то тебя как? — спросил незнакомца Корсаков.

— Ну, скажем, Хаски, — ответил незнакомец, — таков мой оперативный псевдоним. Кем я был у Драконов, я думаю никому не интересно.

— А по-настоящему? Папка с мамкой как звали? — простодушно поинтересовался Лисин.

— К сожалению, я не помню, — в тон ему ответил разведчик.