ИВЦ: жаркое лето 81-го - Виктор Дан

– Это правда? – спросил участковый.

Сожительница энергично закивала, а Иван что-то промычал неразборчивое.

– Скажи четко, да! Лейтенант сомневается, – надавил на Ивана майор.

– Да. Мы поженимся, – выдавил из себя Иван.

– Тогда уборка по очереди через неделю, – подвел итог участковый, – а через месяц, от силы полтора, покажите мне свидетельство о браке. У меня все. Предписание прокурора получите до конца недели.

И действительно пришло письмо за подписью районного прокурора, в котором подтверждалось решение участкового, но уже в четких юридических формулировках: «В ответ на ваше заявление от такого-то числа сообщаем, что Ваш сосед такой-то предупрежден…, ему указано на нарушение им…», – короче, семья Виталия получила полную поддержку закона. Иван тоже получил соответствующую официальную бумагу.

Так как решение профсоюзного собрания было направлено в отдел кадров, то Виталий показал Яковенко письмо прокурора и затем предал Сошенко в руки для подшивки в личное дело.

А Яковенко Виталий сказал:

– Вы не находите странным, что прокурор и участковый, люди которые меня видели впервые, разобрались в ситуации и поддержали мою семью, а с вашей подачи коллектив, в котором работаю несколько лет, принял сторону лживого алкоголика?

Вопрос остался без ответа. Яковенко сделал вид, что куда-то торопится, и покинул свой кабинет.

Развязка истории была неожиданной. На следующий день после получения предписания Иван вдруг попросил Виталия выслушать его и разразился монологом:

– Не хочу жениться. Я ей не нужен. Ей нужна моя комната. Хочет стоить кооператив, но частный дом ей мешает. Она пропишется, продаст свою развалюху, а меня отправит в ЛТП или вообще посадит. Ей ничего не стоит. Этот майор у нее пасется. И еще у нее куча любовников. Все мои приятели-грузчики с ней переспали.

Иван заскочил в свою комнату и вскоре вернулся с авоськой полной каких-то бумаг.

– Вот поддельные накладные. Она ворует по-крупному. Если не уберется, то я отнесу их в милицию. Или заставлю ее заплатить.

– Иван, зачем нам все это знать?

– Мы же соседи. Мне нужна ваша поддержка.

– Не путай нас в свои дела.

На следующий день явились на удивление трезвые приятели Ивана и устроили разборку прямо в прихожей.

– Иван, бля, не дури! Ты посадишь нас всех. Вчера нас потрошил майор. Он и тебя достанет. А мы ему поможем. Отдай ей бумаги…

– Ребята! Я не хочу вас подставить. Раз так получается, пусть увозит свои шмотки, и я отдам ей документы. И еще скажите, что костюмы, которые мне купила в кредит, оставлю себе. Компенсация за всю нервотрепку. Гы-Гы! – с подобострастным смешком закончил Иван.

Надо же так случиться, что на следующий день одновременно две бригады грузчиков выносили мебель и вещи семьи Виталия и Ивановой сожительницы. Виталий и Альбина переезжали в изолированную квартиру, пусть даже сильно запущенную, но в престижном районе, известном еще под названием «еврейское гетто» Харькова.

Иван метался недоумевая:

– Что происходит?! Вы куда?

– Переезжаем в другую квартиру.

– А кто будет жить здесь?

– Через три часа узнаешь!

Понедельник, 25 мая

По контрасту с тревожным и мрачным настроением Виталия утро радовало поистине летним великолепием. Свежий воздух, яркая зелень в золотистых лучах еще не жаркого солнца, веселый гомон детворы, спешащей в школу на последние уроки перед каникулами. Старшеклассникам еще предстоят экзамены, но они не идут ни в какое сравнение с учебными буднями. Виталий учился легко, без особого напряжения и волнения сдавал экзамены. Вся подготовка проходила на берегу водохранилища, куда он уезжал на велосипеде на весь день один, чтобы не отвлекали друзья. Загорал, купался, читал учебники. Виталию вдруг захотелось вернуться в школьное детство. Мысль эта развеселила, потому что в те годы он так спешил стать взрослым. Сердце и воображение заносит нас то в будущее, то в прошлое, а жить нужно сегодня и каждый день.

Для начала завтрак в гостиничном буфете: сосиски с черным хлебом, полстакана сметаны и чай. Потом десять минут в переполненном автобусе по дороге, которую тесно обступил с двух сторон лесопарк. Еще низкое солнце просвечивало между деревьями и бежало вдогонку за автобусом, что создавало гипнотизирующее мельтешение света и тени – иллюзию стробоскопа.

Виталий вышел из автобуса напротив заводской проходной, но направился сначала в парикмахерскую. Из дома он ушел, как говорится, в чем стоял. Нужно было побриться и еще купить в аптеке зубную щетку и пасту. Приехал он за полчаса до начала работы, но в парикмахерской пришлось задержаться. Работал только один мастер, а посетителей перед Виталием оказалось двое. Опоздание ему не грозило, так как в пропуске уже многие годы стоял символ «вездеход», и Виталия знали в лицо почти все вахтеры.

– Виталий Семенович, вам звонила жена и просила срочно перезвонить домой. Оперативка будет?

– Спасибо, позвоню. Оперативка как всегда в девять.

Виталий обеспокоился. Вдруг заболел кто-нибудь из детей. Он позвонил из своей комнаты, которая была пуста. Ребята, которые здесь сидят, были в отпуске, в туристическом походе.

– Что случилось? – спросил он жену не здороваясь.

– А ты не знаешь?! Проверила, что у тебя все в порядке.

– У меня все в порядке: сытый, бритый и даже зубы почистил. Как дети?

– Дети пошли в школу. А про меня ты не спросишь?

– Говори, если есть что сказать.

– Я ночь не спала. На работе отпросилась на полдня.

– А я спал на чистой постели после горячего душа. Если хотела меня наказать, то у тебя получилось.

– Получилось себя наказать. Чтобы сегодня ехал домой. Дети спрашивают, куда ты пропал. Пришлось соврать, что срочно вызвали на работу.

– Предупреждаю, если опять тебе попадет под хвост вожжа – больше из дома не уйду. Поездки на такси мне дорого обходятся.

– Я тебя не прогоняла. Ты сам сбежал с такой готовностью. И где же тебя укладывали в чистую постель?

– В гостинице УФТИ, в Пятихатках.

– Новое вранье.

– Могу назвать номер телефона, позвони. Будешь записывать? Только живее, у меня сейчас оперативка начинается.

– Ладно, успеется! Иди, работай!

– А ты проспись…

С улыбкой на лице и в прекрасном расположении духа Давиденко появился в кабинете начальника, где уже собрались руководители подразделений и слегка помятый Голевский.

Оперативка прошла быстро и без конфликтов. Задание на выходные бюро решения задач, БРЗ, а проще операторы ЭВМ выполнили. Техника тоже не подвела. Массивы перфокарт с полетными программами были отправлены на полигон без задержки.

– Схожу в первый отдел на полчаса, – предупредил секретаря Давиденко.

– Почту смотреть будете?

– Когда вернусь. Оставьте у меня на столе.

Ему нужно было в филиал первого отдела ТО, технологического отделения. План технического перевооружения и повышения эффективности предприятия на год и пятилетку, короче его называли план новой техники, находился там.

В комнате с зарешеченными окнами у окошка стояло несколько человек. Сотрудники получали свои портфели с секретными документами в обмен на пропуск. Несколько письменных столов в два ряда предназначались для тех сотрудников, которые не имели портфеля или не хотели брать документ надолго.

Подошла очередь. Виталий вручил пропуск и назвал документ. Сотрудница проверила в учетной карточке полномочия. Фамилия Давиденко должна быть в списке сотрудников, которым разрешалась работа с документом. В карточке каждый раз делалась отметка о выдаче документа. Виталий расписался и сел за рабочий стол у окна. Солнце сюда еще не заглянуло, было светло и прохладно. Кто-то догадался приоткрыть окно.

Виталий видел документ в декабре, сразу, как только он поступил из министерства, потом еще несколько раз, когда писал проект письма заместителю министра от имени директора, поэтому быстро нашел раздел АСУ.

Алешкин не обманул. По всем пунктам плана в первом квартале стояла отметка о выполнении со знакомой подписью Бриля. Виталий поискал в деле отчет ИВЦ за первый квартал. Его не было. Обычно Бриль для перестраховки заставлял писать и визировать такой отчет Давиденко.

Скверно! До этого момента у Виталия была слабая надежда, что Алешкин говорил наобум или блефовал.

Давиденко вернулся к себе, перед тем показался в приемной, чтобы секретарь и работники планово-диспетчерской группы знали, что он на месте.

Тотчас зазвонил телефон. Зам директора по общим вопросам Соболевский спросил:

– Виталий, здравствуй! А где Бриль?

– В Крыму по ветеранским делам.

– Все с немцами воюет. Выручай, отправляю гонца в командировку, а у меня сухо. Нужно два листа.