По невидимым следам - Матвей Наумович Медведев

всего случившегося. Всю ночь бродила она в одиночестве по городу, сидела в скверах, на набережных. «Какая в ту ночь была погода?» — задал вопрос следователь. «Теплая, — ответила Рябченок, — дождя не было…» Тогда ей предъявили сводку погоды, из которой видно было, что в ночь с 12 на 13 августа почти непрерывно шел дождь. Находясь на улице, Рябченок должна была вымокнуть. Где же она в таком случае сушила одежду, прежде чем пойти на работу? «А я повторяю, что никуда не заходила, — настаивала Рябченок. — Никакого дождя я не чувствовала. И вообще я была в таком состоянии, что если бы с неба валились кирпичи, я и то ничего бы не заметила…» И следователь, который должен быть еще и психологом, поверил такому объяснению.

Кое-кто усомнился: под силу ли было женщине одной совершить такое преступление — убить человека, а затем расчленить труп? Какой же нужно для этого обладать физической силой? Вызывал сомнение и топор, которым был убит и расчленен Богачев, — некоторым он казался слишком тупым. Возник вопрос: не было ли у Рябченок сообщника? И опять ответ на вопрос дали эксперты. Они доказали, что тем топором, которым пользовалась Рябченок, произвести расчленение трупа таким способом, каким она это сделала, вполне возможно. Что же касается силы, то Рябченок никогда физически слабой не была. Силы у нее было вполне достаточно.

Следователь подробно уточнил также, в какой печке сожгла Рябченок труп, сколько топлива она израсходовала на это. Эксперты сделали замер печи, произвели эксперимент и определили, сколько понадобилось топлива. Все, о чем говорила Рябченок, подтвердилось.

Наконец следователь произвел тщательный осмотр комнаты Рябченок. Он перебрал паркет и обнаружил на нем следы крови, которые биологическая экспертиза признала кровью человека.

Находясь в тюрьме, Рябченок, быть может впервые, задумалась над тем, как гадко жила она прежде. Ложь, грязь, аморальные поступки привели ее в конце концов к тому, что она стала убийцей. Ее приговорили к длительному сроку лишения свободы.

Какой же вывод следует сделать из всего этого? Тот, что причиной большинства преступлений являются распущенность, пьянство, душевная опустошенность. Нельзя проходить равнодушно мимо людей, ведущих аморальный образ жизни. Остановить их, строго предостеречь — таков долг прежде всего общественности. В этом — одна из мер борьбы с преступностью, гарантия того, что человек, подобный Рябченок, вовремя одумается и станет жить по-иному.

РАЗМОТАННЫЙ КЛУБОК

Цепко держат иных людей пережитки прошлого. Сплетня, клевета, оговор бывают причиной многих житейских драм, которые нередко оканчиваются в кабинете следователя. Об одной такой драме нам и хочется рассказать. Ее действующие лица — муж и жена. Семенов и Герасимова.

Вера Александровна Герасимова была женщина уже не первой молодости. От первого брака она имела взрослого, женатого сына. Семенов тоже состоял прежде в браке. Но он бросил жену и детей и через некоторое время сошелся с Герасимовой. Была она чистоплотна, хозяйственна, трудолюбива и нравом обладала веселым. Любила шумные компании, в кругу которых можно попеть, поплясать, похохотать.

Жили Герасимова и Семенов в двухэтажном деревянном доме, принадлежавшем железной дороге. Вы, наверное, хорошо знаете такие дома? Они стоят неподалеку от станции, стены их покрашены в желтый цвет, под окнами посажены сирень и акация, а позади, на дворе, аккуратно сложены заготовленные на зиму дрова. Один такой дом занимают обычно несколько семей и живут они, как правило, дружно. Впрочем, с Герасимовой и нельзя было иначе. В дела соседей она не вмешивалась, ссор никогда не заводила. Жила интересами своей семьи.

И вот эту-то женщину, про которую нельзя было сказать, что она кого-то обидела, нашли однажды в бессознательном состоянии, с множеством ран на голове, на территории вагонного депо, где она и Семенов работали. Лежала Герасимова возле забора, и положение, в котором она находилась, свидетельствовало о том, что нападение на нее было произведено в тот момент, когда она пролезала в дыру в заборе. Тут же на земле стояла ее хозяйственная сумка.

Было раннее ноябрьское утро, темнота еще не рассеялась, вокруг мелькали железнодорожные огни, рубиново светились фонари стрелок и семафоров, слышались гудки паровозов, лязг колес, шипение выпускаемого пара. Кому понадобилось напасть в этом месте на Герасимову и с какой целью? Следов на земле обнаружить не удалось: в эту пору на территории депо всегда было слякотно, следы сразу же заплывали грязью. Может быть, Герасимову пытались изнасиловать? Нет, эта версия отпала — одежда на женщине была в полном порядке. Может быть, ее хотели ограбить? И это предположение не подтвердилось. Герасимова шла на работу, никаких ценностей у нее не было, все вещи оказались при ней. Загадочный, весьма загадочный случай.

Герасимова была доставлена в больницу. Там она пришла в себя, но первое время была в тяжелом состоянии. Она не могла даже разговаривать, к ней никого не пускали, в том числе судебно-медицинских экспертов. По крайней мере в течение двух недель никто не мог поговорить с пострадавшей о случившемся.

Первым навестил ее в больнице муж — Семенов. Голова его была забинтована. Он осторожно вошел в палату и оглянулся. В палате, кроме его жены, никого не было. Остальные больные ушли: кто на свидание с родственниками, кто на процедуры. Семенов поздоровался с женой, покосился на ее побледневшие за это время руки, лежавшие поверх одеяла, положил на столик несколько яблок и, криво улыбаясь, произнес:

— Вот как тебя искалечили, Вера. Могли даже убить, пожалуй. Кто это сделал, не помнишь?..

Герасимова молча покачала головой. Она ничего не помнила, совершенно даже не представляла себе, как все это случилось. В памяти был полный провал.

— Ну, так я тебе скажу, почему ты очутилась в больнице, — произнес муж, наклонившись над кроватью жены. — Всему виной Евгений Богданов. Это он бил тебя гаечным ключом. И меня, как видишь, стукнул. Тоже пришлось голову забинтовать. Это он из мести сделал. Вот гад!

После встречи с мужем Герасимова стала уверять, что нападение на нее произвел рабочий того же вагонного депо, Богданов. Об этом она заявила и следователю, после того как тот получил наконец возможность допросить потерпевшую. Она так и сказала:

— Женька во всем виноват. Больше никто.

Богданов был привлечен к уголовной ответственности за нанесение тяжких телесных повреждений Герасимовой и взят под стражу. Сам он ни в чем не сознавался, вины своей не признавал.

Но основания предполагать, что это именно он мог нанести Герасимовой ранения, все же были. Во-первых, резкий, вспыльчивый, спуску никому не дает, во-вторых, любитель поозорничать, поволочиться за женщинами. Он был знаком с Герасимовой и, как уверяли некоторые, оказывал ей