Дрожь в основании ада - Дэвид Вебер

ковра под потолочным люком. Он налил виски в два стакана, протянул один своему посетителю, а затем устроился во втором кресле и откинулся на спинку.

— Надеюсь, вы не поймете это неправильно, сейджин Дэйджир, — продолжил он, — но это скорее облегчение — встретиться с сейджином простых смертных измерений.

— Не все из нас такие высокие, как Мерлин или Абрейм, — согласился Кадд с тем, что на этот раз, несомненно, было ухмылкой, а не улыбкой. Он был не более чем на дюйм или два выше Абата.

— Да, думаю, что это так. — Абат на мгновение отхлебнул виски, спокойно глядя на сейджина. Затем он пожал плечами. — Однако, похоже, что все вы… одинаково одарены неожиданным появлением. Будет ли нарушением каких-либо секретных знаний сейджина спросить, как вы случайно наткнулись на нас?

Кадд признал, что это был разумный вопрос. В данный момент «Тандерер» находился примерно на полпути между островом Хилда и Паррот-Пойнт, более чем в девятистах милях к востоку от острова Тэлизмен. Теперь, когда Тэлизмен был защищен и береговые батареи были на месте, Абат делал именно то, что он должен был делать, намеренно показывая броненосец так далеко к востоку от пролива Харчонг. Удастся ли ему отвлечь сколько-нибудь значительную часть эскадры сэра Даранда Росейла от бухты Сарам и Земли Джека или нет, в лучшем случае оставалось открытым вопросом. Честно говоря, Кадд думал, что у такого хитрого человека, как Росейл, было относительно мало шансов таким образом угодить графу Шарпфилду, но попытаться, безусловно, стоило.

— На самом деле, никаких особых тайных знаний сейджина не требовалось, сэр, — ответил он почти, но не совсем, честно. — До меня доходили слухи о том, что корабли чарисийцев захватили остров Тэлизмен, и казалось разумным предположить, что они могут действовать дальше на восток, чем раньше. Для того, кто не хочет подходить к адмиралу Росейлу ближе, чем пришлось мне, канал Хилды покажется лучшим маршрутом от Гората до острова Кло. — Он пожал плечами. — Все, что мне нужно было сделать, это внимательно следить по пути, и ваш корабль не так уж трудно узнать, сэр Брустейр.

Он решил, что нет необходимости упоминать, что Сова использовал один из воздушных грузовиков с мощным тяговым лучом, чтобы доставить его рыбацкую лодку за пределы видимости «Тандерера», прежде чем он начал внимательно следить за ним.

— Понимаю. — Абат кивнул, хотя и подозревал, что все было не так просто, как предполагал сейджин. — С другой стороны, — продолжил он, — весьма сомневаюсь, что вы зашли просто для того, чтобы обменяться наблюдениями о росте других людей.

— Вы правильно сомневаетесь. — Выражение лица Кадда стало серьезным. — На самом деле, когда я услышал, что вас послали завладеть Тэлизменом, то решил, что для вас эта информация даже важнее, чем для графа Шарпфилда. — Абат вежливо поднял брови, и Кадд поморщился. — Похоже, у графа Тирска появилось вдохновение в том, что касается его винтовых галер, сэр Брустейр. На самом деле…

* * *

— Спасибо вам обоим за то, что прибыли так быстро, — сказал капитан Абат, когда Дейвин Килман, его первый лейтенант, проводил Хорейшио Варнея и Ливилина Пимбиртина в его дневную каюту.

Прошло девять дней с момента его встречи с Дэйджиром Каддом, в течение которых «Тандерер» трудолюбиво возвращался на остров Тэлизмен, несмотря на постоянные встречные ветры. Чарисийский офицер — особенно офицер чарисийского флота — должен был принимать собственные решения в отсутствие конкретных приказов от своего начальства, и Абат провел эти дни, обдумывая последствия информации сейджина. Вся его эскадра теперь была собрана в заливе Ражир, набирая пресную воду c водяных барж, посланных вперед с острова Кло, и он дал сигнал двум другим капитанам собраться на борту броненосца едва ли не раньше, как его якорь коснулся песчаного дна залива. Они должны были сгорать от любопытства из-за внезапного, безапелляционного вызова.

Варней командовал КЕВ «Вендженс», а Пимбиртин — его побратимом «Виндикейтор». После «Тандерера» пара шестидесятивосьмипушечных галеонов была двумя самыми мощными кораблями всей эскадры Абата, а Варней был его заместителем. Он также был непревзойденным моряком и одним из лучших командиров боевых кораблей, которых Абат когда-либо видел, но во многих отношениях Пимбиртин был еще более интересен. Он был подданным Старого Чариса, но говорил с сильным таротийским акцентом, потому что еще пять лет назад он был подданным короля Таро Горджи, а не Хааралда VII. Однако, когда король Кэйлеб и архиепископ Мейкел решили бросить вызов храмовой четверке, Пимбиртин отказался от всего, что у него было в Таро, подал в отставку со службы во флоте Таро и отправился в Теллесберг, чтобы предложить свой меч и свою верность Чарису. Ярый реформатор и опытный моряк, он также стал горячим патриотом Чариса, который полностью заслужил свое нынешнее положение.

— Ваш сигнал действительно указывал на определенную срочность, сэр Брустейр, — ответил Варней за них обоих, и Абат кивнул.

— Да, так и было. У нас проблема, джентльмены. — Абат постучал парой медных циркулей по карте, разложенной на его обеденном столе. Это была не морская карта, и его посетители удивлялись, почему он смотрит на карту, на которой изображены объекты на расстоянии до тысячи миль вглубь материка. — Примерно через двадцать пять дней адмирал Поэл Халинд из королевского доларского флота прибудет в Ю-шей по меньшей мере с двенадцатью, а возможно, и с пятнадцатью бронированными винтовыми галерами Тирска.

Два других капитана уставились на него на мгновение, затем одновременно повернули головы, чтобы посмотреть друг на друга, прежде чем снова повернуться к нему.

— Простите, сэр Брустейр? — сказал Пимбиртин, и Абат оскалил зубы.

— Не виню тебя за то, что ты думаешь, не сошел ли я с ума, Ливилин, но я серьезно. И нет, они не собираются пытаться протащить их через проход Швеймут мимо нас. — Он снова постучал по карте, концы