Золото Карамкена - Юрий Николаевич Мильчинский

центра Москвы за тридцать минут. И тут тоже нет никаких инопланетных или фантастических разработок. Всё придумано мозгами наших родных учёных и собрано руками наших инженеров. К сожалению, на данный момент мы не можем передать эти технологии в общее пользование людям, и вы понимаете почему. У нас есть воздушный, надводный и подводный транспорт. Ну а по тоннелям нашим вы уже путешествовали, и это лишь малая часть подземных коммуникаций из тех, что мы имеем.

Утёс замолчал, глядя на огонь в камине. Потом посмотрел на Орлинского.

– Коллектив у нас приличный – почти пятьсот человек, работают вахтовым методом. Сотрудники живут по всей стране, ведут абсолютно нормальный образ жизни, не вызывая никаких подозрений. Кстати, Юрий, у меня тоже есть семья – трое детей и семеро внуков. Они далеко от Магадана, в средней полосе России. Я тоже веду вполне обычный образ жизни, когда не на работе. В основном наша работа построена вокруг научно-технических разработок с минералом «Жимолость», хотя правильнее его называть веществом. Знает ли о нас высшее политическое руководство страны? Я бы сказал так, догадывается, – Званцев улыбнулся. – Больше сказать по этому поводу ничего не могу.

– Я вас понимаю, Андрей Васильевич, а вот храм православный, что я видел вместе с друзьями – он как появился и для чего? – поинтересовался Орлинский.

– Юрий, там не только православный храм, но и мусульманская мечеть, и буддийский дацан. И ваши друзья, по моим сведениям, уже их обнаружили и исследуют потихоньку, ожидая вашего возвращения.

Утёс сделал паузу и посмотрел на часы.

– У нас ещё есть немного времени поговорить, а потом нам нужно будет идти к золотохранилищу. Кстати, ваши враги, а теперь уже и наши общие, идут буквально по пятам. Одна группа из пяти человек двигается по вашему пути и скоро будет у подъёмника, а две группы ждут на поверхности. Цель у них одна – обезвредить вас. Точнее, ликвидировать и иметь на руках все доказательства, что они первые нашли место хранения золота, чтобы, согласно договору, вывезти его за границу. Но, Юрий, вы же понимаете, что там есть что-то более важное, чем слитки драгоценного металла.

– Я в этом был уверен с самого начала. И, честно говоря, думал, что вы, Утёсы, уже наверняка проникли в золотохранилище и знаете, за чем именно идет охота.

– Юрий, даже с нашими возможностями мы не смогли бы открыть дверь без второго ключа, который сейчас у вас. Там очень серьёзная защита от несанкционированного проникновения. Всего одна, даже небольшая ошибка приведет к взрыву очень большой мощности и уничтожит всё, что там находится. Поэтому мы ждали вас с ключом и кодом от двери. И, слава Богу, дождались, – улыбнулся Утёс.

Орлинский с интересом на него посмотрел. В глазах журналиста читался вопрос. И Званцев тут же на него ответил.

– Да, я крещёный. Христианин. Меня крестили в младенческом возрасте, в том подземном храме, что вы видели. Мой приёмный отец был не простым хлебопёком – он имел отношение к Утёсам. После того как посёлок смыло, мы с отцом иногда приходили туда. Только ночами – ведь нас считали погибшими. Но погибла только моя приёмная мать, и мы, приходя на место трагедии, поминали её. Однажды нас случайно заметили, и людское воображение и фантазии создали легенду о Старце Утёсе с мальчиком. И даже одно время на нас с отцом была устроена охота сотрудников КГБ с фотоаппаратами и аппаратурой. Об этом вы читали и знаете.

– Андрей Васильевич, а скажите вот что. Мой сон, который был как наяву, где я говорил с погибшим другом детства и своей первой учительницей – это случайно не ваша работа? – с улыбкой поинтересовался журналист.

– И да, и нет. В основном вы сами всё это сгенерировали, мы только совсем немного скорректировали. Всё легко объяснить с научной точки зрения, и в этом случае тоже обошлось без мистики. Да и, честно говоря, в нашей работе нет места колдовству и всяким там шарлатанским штучкам. Вся эта наносная мишура появляется благодаря сарафанному радио и фантазиям людей – вот так и рождаются невероятные истории. Но это не страшно, человеку это свойственно. А красивое предание про Старца Утёса, приходящего на помощь терпящим бедствие – не самый плохой вариант для легенды, согласитесь?

Дрова в камине превратились в красные раскалённые камни. Званцев и Орлинский молча смотрели на угли.

– Ну что Юрий Николаевич, пожалуй, нам пора! – сказал, поднимаясь со стула, Утёс. Орлинский тоже встал.

– Андрей Васильевич, крайний вопрос разрешите задать? Званцев кивнул в знак согласия.

– И всё же главная задача у вас, у вашей организации – какая?

– Отвечу так. Главная задача одна – попытаться постичь природу веры человеческой в Бога и понять, как этому может помочь наука. Лично я уверен, что это мы делаем во благо всего человечества. Мы одни, и коллег в мире у нас больше нет. Кто нам поручил это? Никто этого не знает. – и Званцев посмотрел в глаза журналисту.

Орлинский молчал. Он ясно ощутил всю серьёзность и важность той работы, которую делают Утёсы. То, что он услышал – это одно, а вот то, что прочувствовал интуитивно – это совсем другое. Всё настолько серьёзно, что ему никогда и никто полностью об этом не расскажет.

– Скажем так, Юрий. Это суть. А всё остальное – это тайна, и не только моя. А теперь у меня к вам тоже есть вопрос. Задаю? – бодро, с улыбкой поинтересовался Утёс.

– Конечно!

– Юра, как вам мой брат Василий? – с явным интересом спросил он.

– Очень хороший человек. Я благодарен судьбе за то, что его повстречал. Он очень хочет встретиться с вами. И Старшинин тоже.

– И он наверняка благодарен той же судьбе, что послала вас ему. Это точно. Надеюсь увидеть брата, да и Александра Александровича тоже. Ну, что, Юрий, пойдём?

Орлинский на минуту зашел в спальню и быстро собрался. Надел ножны на пояс, пистолет оставил в рюкзаке. Достал цилиндр с ключом и переложил его в накладной карман на молнии. Затянул потуже шнуровку на ботинках.

– Я готов, Андрей Васильевич! Всё взял с собой, ничего не оставил.

– Ну вот, сразу видно – офицер-разведчик, – улыбнулся Утёс.

Они вышли в теперь уже хорошо освещённый ствол штольни и пошли вперёд.

– Юра, план у нас такой. Мы сейчас под Карамкенской Короной на глубине трёх километров. Чтобы попасть в хранилище, нам нужно подняться на пневмолифте вверх на два с половиной километра. Дальше проедем с комфортом на электромобиле к дверям хранилища. Там вы