В бурях нашего века. Записки разведчика-антифашиста - Герхард Кегель

На мой вопрос, где в таком Берлине будет находиться квартал печатников, профессор сказал, что этого он не знает. А когда я, продолжая настаивать, спросил, когда же будет готов такой общий план застройки Берлина и когда мы сможем начать строительство производственных объектов, например типографий, он с обезоруживающей простотой заявил, что для этого может потребоваться еще десять, а может быть, и двадцать лет. План таких масштабов, составление которого не только позволяет, но и прямо диктует разрушенный Берлин, – это великое дело, это шанс, который выпадает один раз в тысячу лет. Поэтому торговаться о каких-то десятилетиях было бы жалким и мелочным делом.

Тогда я попытался разъяснить своему собеседнику, что в Берлине живут сотни тысяч трудящихся, которые все еще не могут получить соответствующее их квалификации рабочее место. Я напомнил ему о том, что сотни тысяч людей все еще не имеют над головой прочной крыши, что в конце концов Берлин и его архитекторы могут существовать лишь благодаря продуктивному труду его жителей и что, следовательно, в восстановлении необходимо обеспечить известный приоритет материальному производству. Ведь можно же совместить различные интересы и найти разумный компромисс, который максимально учитывал бы как «тысячелетний шанс», так и жесткие требования сложной нынешней обстановки. Я, например, вполне могу себе представить, что мы сегодня в состоянии восстановить с минимальными издержками частично разрушенные типографии с таким расчетом, что в зависимости от хода реализации «тысячелетнего шанса» мы через два или четыре десятилетия снесем эти типографии.

С подобным компромиссным решением, сказал я Ройтеру, профессор Шарон, к сожалению, не согласился. Но поскольку, с другой стороны, мне поручено создать производственную базу издательства «Берлинер-ферлаг», чтобы удовлетворять потребности населения в газетах и журналах, мне, к сожалению, пришлось избрать иной путь. Офицеры СВАГ относятся к нынешним потребностям населения Берлина и к проблемам ускоренного восстановления города с полным пониманием.

Г-н Ройтер с кисло-сладкой миной сделал несколько похвальных замечаний по поводу наших строительных успехов. В заключение его визита состоялось совещание, в котором депутатов городского собрания представлял товарищ Карл Марон, а издательство – я и товарищи Леопольд и Каллам. Было совершенно очевидно, что г-н Ройтер и другие правые социал-демократы усматривали в изменениях, происшедших в политическом составе городского собрания депутатов, возможность оказания политического, а также и личного влияния на газету «Берлинер цайтунг».

В этом мы, разумеется, заинтересованы не были. На крайний случай мы могли прибегнуть к помощи СВАГ, но мы стали искать другое решение проблемы освобождения нас от слишком тесной зависимости от магистрата и связанных тогда с этим политических неожиданностей.

Прекращение зависимости от магистрата

В середине 1947 года в Управлении информации СВАГ мне сообщили, что на повестку дня ближайшего заседания Межсоюзнической военной комендатуры будет вынесен вопрос, касающийся «Берлинер цайтунг». Дело в том, что несколько месяцев тому назад, еще до избрания обер-бургомистром г-на Ройтера, англичане, американцы и французы внесли предложение обязать магистрат Большого Берлина четырехсторонним приказом прекратить в кратчайший срок все организационные, политические и финансовые связи с издательством «Берлинер цайтунг». Во внесенном предложении содержалось требование, чтобы обер-бургомистр в течение трех месяцев доложил Межсоюзнической военной комендатуре об исполнении этого приказа. Западным державам явно не подходило, чтобы у магистрата был прогрессивный печатный орган. До сих пор советскому представителю в Межсоюзнической военной комендатуре удавалось не допускать включения данного вопроса в повестку дня, но теперь это уже невозможно. Завтра упомянутое предложение будет обсуждаться. Отдел информации СВАГ, сказали мне, хотел бы знать мое мнение на сей счет.

Я ответил, что, по моему мнению, не может быть ничего лучшего, как если Межсоюзническая военная комендатура примет, по возможности единогласно и без обсуждения, решение в духе внесенного представителями западных держав предложения. Имеются ли тут какие-нибудь трудности, спросил я. Советский товарищ ответил отрицательно. Руководить заседанием Межсоюзнической военной комендатуры на этот раз в порядке очередности будет представитель СВАГ, сказал он. И поскольку речь идет о совместном предложении западных держав, то, если представитель Советского Союза заявит о своем согласии с ним, вопрос может быть решен в течение нескольких минут. На всякий случай я условился с советским товарищем о том, что позвоню ему вечером, если в ходе обсуждения указанного вопроса в ЦК СЕПТ будут высказаны иные соображения.

Но каких-либо других соображений не возникло. И на следующий день этот вопрос повестки дня был решен без затруднений и без дискуссий, на что инициаторы его постановки явно не рассчитывали. Не знаю уж, что произошло затем у представителей империалистических западных держав за кулисами.

Соответствующий приказ от имени Межсоюзнической военной комендатуры был передан магистрату Большого Берлина председательствовавшим тогда советским представителем.

Поскольку я знал, что г-н Ройтер обязан доложить в трехмесячный срок о выполнении приказа Межсоюзнической военной комендатуры, нам удалось без особого труда договориться о весьма выгодных для нас условиях отделения от магистрата. Тем самым было устранено политическое и организационное препятствие, мешавшее дальнейшему укреплению и определению четкого профиля газеты «Берлинер цайтунг», издательства «Берлинер-ферлаг» и всей его тогдашней и будущей продукции, а также других подразделений издательства.

Новые задачи

В конце 1948 – начале 1949 года в основном завершился тогдашний этап становления газеты «Берлинер цайтунг» и связанных с ней других газет и журналов, издательств и типографий. Оправившийся после тяжелой операции на легком товарищ Гернштадт стал к тому времени главным редактором газеты «Нойес Дойчланд».

Наши редакции и отделы издательства и типографии возглавлялись опытными в деловом и политическом отношениях коммунистами, которые могли работать самостоятельно. Я видел, что все будет хорошо и без меня. Теперь мне удавалось уделять все больше времени публицистической работе. Я начал также заниматься вопросами прогнозирования развития нашей печати и издательского дела в целом и, в частности, определением дальнейшего профиля и расширением программы издательства «Берлинер-ферлаг».