Союз пяти королевств. Трилогия - Татьяна Геннадьевна Абалова

проник через портал в покои принцессы Роуз Эрийской, – начал Петр свое признание, – то он был изумлен. Куда делась малявка? Невероятной красоты девушка кружилась в танце. Близнец готов был выйти из тени, но услышал, что принцесса готовится стать женой Руффа Бреужского, она счастлива. А еще он увидел Свон, свою приемную мать, и вся та отрава, которую в него вливали долгие шесть лет, всплыла на поверхность. Чтобы забыться, он поступил так, как обычно поступают мужчины – напился.

– Ой! Твой близнец – пьяница?

– Такое с ним случилось впервые, и события, развернувшиеся после чудовищных возлияний, навсегда отвратили его от желания пить.

Петр внимательно посмотрел на Роуз. Она приняла выдумку о близнеце, но судить будет по его, Петра, поступкам.

– Продолжай. Ты говорил о событиях, произошедших после попойки.

– Не после. Во время. Хмель еще не выветрился из его дурной головы, когда он применил магию подчинения и влюбил в себя первую попавшуюся девушку. Она оказалась девственницей.

– Твой брат специалист по девственницам?

Петр скривил лицо. Роуз тоже оказалась девственницей, когда он ее похищал.

– Так получилось. Утром он снял с нее магическую влюбленность, и девушка, очнувшись, пообещала убить его. Он долго ждал казни, хотя в любой момент мог открыть портал и уйти, но палач не пришел. Тогда близнец сам отправился искать его. Он готов был понести наказание. Незнакомка оказалась принцессой драконов, которая стремилась вернуть трона отца, захваченный злой королевой. Узнав, что близнец близок к королеве, его обязали следить за ней. Он согласился и служил принцессе целый год, хотя ни разу за это время с ней не виделся. Им пришлось лишь однажды встретиться, когда близнец попросил спасти дорогую ему женщину. И тогда он узнал, что принцесса драконов его любит. Она предложила близнецу стать ее мужем.

– Какой у твоего близнеца богатый выбор, – Роуз не могла справиться с собой, уголки ее губ дрожали. – Две принцессы спорят за его руку, и ни одной из них он не сделал предложение сам.

– Одной из них он готов предложить руку и сердце, но боится, что его не простят.

– Интересно, какой из двух повезет?

– Роуз, перестань.

– Какие еще тайны скрывает твой близнец? Он спит со злой королевой?

Роуз прекрасно помнила слова Фаруха, что Петр – любовник Лолибон.

– Он был ее фаворитом. Злая королева искусна в постели и очаровала пятнадцатилетнего подростка. Но как только он повзрослел, дурман вожделения покинул его голову.

– Я видела, что злая королева не обходится одним любовником, приходилось ли близнецу делить ее с другим мужчиной?

– Роуз, зачем тебе знать?

– Я хочу быть уверенной, что близнец не перенесет привычки, полученные у королевы, в жизнь другой женщины.

– Близнец развращен злой королевой. Все, что можно было попробовать в постели и вне ее, он делал, даже с плеткой впервые познакомился не из-за наказания, а в любовных играх.

Роуз открыла рот, не зная, что сказать.

– Пожалуйста, не мучай меня. Да, я испорчен, искалечен, но не сломлен. Если ты позволишь любить себя, клянусь, я жизнь отдам, чтобы ты стала счастлива.

Роуз молчала. Она ожидала страшных признаний и думала, что готова к ним.

Как сильно сам Петр виноват в произошедшем с ним? Смогла бы она выстоять, не сломаться, попав в руки к больной женщине, которая изо дня в день в течение долгих лет калечила сознание рука об руку с обозленным жрецом?

Роуз понимала, будь Петр испорчен, он никогда не помог бы ей бежать, не притащил бы Руффа в лабиринты, веря, что Роуз любит его, не расстался бы с магией ради нее.

– Я приняла решение, – Роуз встала и теперь смотрела на Петра сверху вниз. – Я забираю назад свое предложение пожениться.

Огонь потух в глазах Петра, на лицо наползла тень, враз сделав его старше.

– Я понимаю…

– Нет, Петрик, не понимаешь! – горячо возразила принцесса. – Я жду предложения от тебя. Хочу, чтобы ты сделал меня своей невестой, как полагается. Чтобы встал на одно колено, а руку приложил к сердцу, другую протянул ко мне и рассказал, как сильно любишь…

– О, Роуз! – Петр вздохнул с облегчением и тряхнул головой, словно сгонял дурной сон. – Я чуть не умер.

Краски вернулись в его лицо, глаза озорно сверкнули.

– Ничего, что жених не в праздничных одеждах, а невеста совершенно голая?

– Ничего. Будет о чем рассказать нашим детям.

– Тогда слушай…

Петр встал на одно колено, но посмотрев вниз, хмыкнул и потянул палантин не себя. Роуз мило покраснела и сделала шаг в сторону, чтобы освободить тот его край, на котором стояла. Палантин занял место на бедрах Петра, и граф стал похож на древнего бога.

– Ничего, что только невеста осталась совершенно голой? – произнесла с улыбкой Роуз, вкладывая ладонь в протянутую руку.

– Будет о чем рассказать нашим детям.

Губы Петра прижались к внутренней стороне ладошки невесты. Немного задержавшись, приникли к запястью, потом короткими шажками добрались до сгиба локтя.

Роуз сама не заметила, как оказалась сидящей на выставленном колене и искала губы Петра, с готовностью ответившего на ее неумелый поцелуй.

– Ах, мы так никогда не доберемся до нужных слов! – Роуз попыталась вывернуться их крепких объятий Петра, который уже целовал ее грудь.

– Зачем слова? – граф сделал честные глаза. – Я своими действиями красноречивее расскажу о любви. Вот смотри.

Он поцеловал Роуз в лоб, осторожно раздвинув вьющиеся пряди.

– Я ценю твой ум. Только неглупая девушка смогла бы полюбить такого, как я.

Роуз возвела глаза к небу, изображая из себя святую.

Петр продолжил:

– Глупая отдалась бы в первую же ночь, а потом бегала за мной хвостиком. А умная Роуз заставила страдать от безответной любви и сохнуть от неудовлетворенного желания.

– Запретный плод сладок? Да, Петр?

– Да, милая, – произнес Петр, целуя каждый глаз невесты.

– Сейчас ты будешь рассказывать о прекрасных очах?

– Нет, я намекаю на то, что ты можешь видеть самую суть. Ты еще в