Современный российский детектив-2. Компиляция. Книги 1-23 - Андрей Владимирович Поповский

Когда второй, тот, что наблюдал за лежавшими на полу, упомянул про «дам», Хлынов поначалу не понял, что конкретно пацан имел ввиду. А когда понял, у него даже дыхание перехватило. Лежа на полу, он почувствовал, как в нем поднимается ЭТО. Он еще не зная, что произойдет через минуту, но он уже был благодарен судьбе за случай, который привел его сюда. Он осторожно повернул голову и увидел рядом с собой охранника. Лежа, тот пытался своим телом заслонить от грабителя пистолет и незаметно вытащить оружие. Взгляды охранника и Хлынова встретились, и последний спокойно и уверенно кивнул.

Генка уже заканчивал собирать деньги в мешок, когда охранник был практически готов к отпору.

— Я иду! — сказал Генка Андрею, и Хлынов снова кивнул охраннику.

Тот его понял, — и они начали действовать четко и грамотно. Как только ноги Генки оторвались от пола в прыжке через стойку, охранник выстрелил в Андрея, а Хлынов, бросив свое тело по направлению к Генке, одним ударом в сонную артерию отключил того. Генка еще находился в воздухе, но, приземляясь, уже ничего не соображал.

Пуля попала Андрею в плечо, парень дернулся, выстрелил вверх, но в следующее мгновение на него уже навалились, скрутили, не давая даже пошевельнуться. Все произошло в течение нескольких мгновений. Генка лежал без сознания, Андрей, раненый, метался и рычал как дикий зверь, пытаясь вырваться, но цепкие руки держали его крепко. Обессиленный, Андрей наконец сник и перестал сопротивляться.

Всего этого Хлынов уже не видел. Едва тело Генки, тряпично бесчувственное, в чем он был стопроцентно уверен, коснулось пола, а к Андрею протянулись жаждущие скрутить бандитам руки, Хлынов поспешно покидал Сбербанк. Выйдя на улицу, он даже не стал глядеть по сторонам, а прямиком направился к своей машине.

Девочек он увидел в тот момент, когда захлопывал дверь своей машины. И порадовался своему чутью, своей интуиции. Все было именно так, как он и предполагал.

Как только машина с девочками рванула с места, он поехал за ними.

Он не спешил. Он знал, что все будет так, как он хочет.

Потому что он так ХОЧЕТ.

Чума сразу все поняла. Как только раздались выстрелы, ей все стало ясно. Разум ее протестовал против случившегося, но инстинкт оказался сильнее. Поколебавшись не более пяти секунд, она ударила по газам, и машина помчалась по вечерним улицам.

Таню вжало в сиденье — она даже не шелохнулась, когда Чума погнала автомобиль. По логике ее должно было мотать из стороны в сторону, но ни скорость, ни стремительные повороты не заставили ее даже чуть наклониться в бок. Только когда боль в пальцах пронзила ее током, она обнаружила, что так крепко вцепилась в сиденье, что не может разжать пальцы.

Чума рыдала и кричала в полный голос.

— Не могу, не могу, не могу! — кричала она. — Я не могу, не могу!!!

— Что ты не можешь? — спросила ее тихим голосом Таня, но Чума ее услышала.

— Я не могу оставаться там, не могу ждать, когда меня арестуют, понимаешь? — она кричала через плечо, и когда лицо ее поворачивалось назад, Таня видела, что оно залито слезами. — Я должна, я должна убить эту сволочь!

— Какую? — спокойно спрашивала Таня, хотя давно уже догадалась, кого имеет в виду Чума.

— Мама с папой хотели засадить его, но они не знали, с кем они связались! — продолжала кричать Чума, выплескивая из себя все, чем она жила последнее время. — Он пришел к нам домой, сука, деньги давал, но папа послал его подальше, сказал, что пока он жив, все сделает, чтобы посадить его. А у этой хари денег было столько, что он всю Америку купил бы, если б захотел! И началось! Сначала отца выгнали с работы, потом он залез в долги, у нас отняли квартиру, а взамен нашей дали ту, в Барыбине. Отец плюнул на все, хотел убить эту суку, но ничего не получилось!

Машина с девочками мчалась на огромной скорости и уже вырвалась из города, а Чума все продолжала в крике исповедоваться Татьяне.

— А потом мама и папа попали в катастрофу. Это он их убил, он, ему было мало, что он со мной сделал, мало, что он квартиру у нас отнял, он решил еще и убить их. И убил! Сука, сволочь, тварь паскудная, я убью его, я все равно его убью!

— Как? Чума, как?

Они говорили об этом, словно не оставили только что своих ребят, словно и не было их с ними рядом. Чума и Таня, обе были в шоке, — и каждая по-своему.

— Я узнавала, — Чума говорила уже тише, голос ее стад глухим, но в любую минуту мог повыситься до визга. — Я узнавала. Он же теперь совсем высоко сидит, сволочь эта. Чтобы его убить, двадцать тысяч долларов надо заплатить. Киллеру. Я знаю такого, и он меня знает, мы давно с ним договорились, я тебе потом расскажу про него. Вот зачем мне двадцать тысяч нужно, понимаешь теперь?! Понимаешь, почему я не могу стоять там и ждать, пока меня придут и арестуют? Я сначала ту тварь должна убить. А потом — потом я сама приду, пусть меня хоть в тюрьму сажают, хоть расстреливают. Пусть!

Хлынов ни на минуту не упускал из виду машину девочек. Временами он проверял, нет ли за ним слежки. Но все было чисто, и он только удивлялся этому. Девчонок раз пять должны были остановить за превышение скорости и еще столько же за более мелкие нарушения. Но они словно в рубашке родились — прошли через все посты без сучка без задоринки. Это радовало его, потому что подтверждало его правоту: он должен был сделать то, что хотел, и он сделает это. Обязательно.

В банке Хлынов оказался случайно.

И когда началась перестрелка, а вместе с ней и весь этот страшный бардак, устроенный незадачливыми грабителями, охранниками и перепуганными посетителями, он, Хлынов, как бы это странно ни прозвучало, вдруг задумался о цепи случайностей…

Он шел по улице в надежде встретить обыкновенный газетный киоск, где можно было бы купить вчерашний «Московский комсомолец».

Впрочем, сама по себе эта газета Хлынова не ельником интересовала. Обычный бульварный листок. Желтая пресса. Слив всевозможных сенсаций и домыслов. Нет, если, конечно же, быть до конца честным, то кое-что в ней было интересным и даже полезным, как считал Хлынов. Например — хроника происшествий за неделю, которую вел некий А. Фомин. Хронику печатали раз в неделю, по субботам, и