Алексей Навальный. Гроза жуликов и воров - Константин Воронков

Сейчас они сделали все еще хитрее: поскольку их все время поливают, они, и в „Роснефти“, и в ВТБ, внесли поправки в регламент, и если раньше вопросы и выступления акционеров были после каждого доклада, то теперь они их согнали в конец. Все это вождение мордой по столу они спрессовали в один час, который нужно вытерпеть, отсидеть и скорее бежать…»

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Трэш какой-то. Выступить никому не дают. Сечин сказал: все желающие выступить смогут это сделать после того, как закончится повестка дня. Ну, я ору с места: это нарушение регламента, если я хочу выступить по вопросу 3-й повестки, то хочу выступать при обсуждении вопроса 3, а не в конце собрания. Но он не дурак и слушать, как Роснефть размазывают акционеры, не хочет.

Выяснилось, кстати, что впереди и позади меня посадили охранников. Как начал выкрикивать, чувак сзади стал настойчиво стучать меня по плечу. Как потом сказала одна корр-ша – хорошо, что не прикладом по голове.

В перерыве подхожу к Сечину. Вы че, говорю, меня охранниками обсадили? А он смеется: это для вашей безопасности.

«…Вообще, все эти собрания акционеров для них парадоксальная вещь, потому что они считают, что акционеры – это их подчиненные. Милиция, судьи – тоже их подчиненные. Это чисто российская вещь. Формально эти компании субъекты рынка. Но никто не считает их частными – ни люди, ни чиновники, ни руководители, никто. Все их считают государственными. В результате их государство не контролирует, потому что по закону они могут делать что хотят. Но и с моей стороны, когда я пытаюсь использовать механизмы контроля за частными акционерными обществами, это тоже не работает. Суды считают их начальством. У меня были очень смешные ответы из милиции: „Мы принесли запрос в компанию ‘Транснефть’, а нас не пустили в здание“. Они не воспринимают себя как бизнесменов. У них у всех мигалки, вертушки – у Сечина, Костина, Миллера[37]. Но моя деятельность выходит за эти рамки. Я их беспокою почаще, чем раз в год. Если я считаю, что в их компаниях что-то украли, я несу заявление в прокуратуру.

Самое интересное – это посетить собрание акционеров ВТБ. На этих собраниях все время жесткач, и я там далеко не самый кровожадный. Например, на последнем выходит человек, берет стойку микрофона, разворачивается спиной к президиуму и говорит: „Я буду обращаться к вам, а к президиуму буду стоять спиной“. Другой человек на каждом собрании говорит: „Костин, вы жулик и вор, вы грабите компанию, и если это не так, подайте на меня в суд“. В следующем году он приходит и говорит: „В прошлом году я сказал, что Костин жулик и вор, он на меня в суд не подал, значит, он согласен с тем, что он жулик и вор, поэтому я хочу повторить – он жулик и вор!“.

Таких выступлений большинство. Дело в том, что люди, которые купили акции „народного[38] IPO, до сих пор в минусе. Эти акции даже не вернулись к начальной стоимости. Разместили их по тринадцать копеек с небольшим. Уже через пару дней они упали, а в кризис упали вообще до двух копеек. На мой взгляд, это грандиозная махинация. И Путин, и Кудрин фактически участвовали в рекламе, были задействованы государственные механизмы, 185 000 человек стали акционерами. Некоторые вложили серьезные суммы – миллион рублей и больше. А потом выяснилось, что банк в ужасном состоянии, цена размещения была рассчитана слишком высокая. Все люди, вложившие деньги, проиграли. Причем, дело не в кризисе. У Сбербанка был кризис, и у „Роснефти“, но у них все выросло. Там же собралась компания людей, компетентность и чистоплотность которых у меня вызывают большие сомнения, а кадровая политика построена на найме родственников и детей всяких влиятельных чиновников. И это превращается для людей в конкретные убытки.

И вот однажды я пришел на очередное собрание акционеров ВТБ, перечислил какие-то явные нерыночные и странные сделки, привел примеры их вранья и двурушничества. После этого несколько акционеров мне сказали: они после IPO потратили аж полмиллиарда долларов, купили 30 буровых установок, которые теперь валяются на Ямале под дождем и снегом, займитесь этим. Я довольно долго не обращал на это внимания, мне слали много писем, а потом, когда набралась уже критическая масса, решил позаниматься и начал искать.

Достаточно быстро нашлась одна из обиженных контор. Контракт очень большой, а ВТБэшники на каждом этапе, начиная с покупки и заканчивая доставкой и разгрузкой вагонов, везде включили посредников. Посредники обманывали друг друга. И один из таких обманутых посредников сказал: „Да, есть эти установки, валяются.11 А сколько они стоят? Мы быстро выяснили, что ВТБ их купил по 15 миллионов долларов. А один из посредников нам сказал, что они стоят по 10 миллионов. Как это доказать, было непонятно. И мы сделали очень простую вещь. Мы зашли на сайт китайской компании-производителя, где лежат годовые отчеты, сколько они отгружают по какому направлению. И стало все понятно. Мы взяли их прибыль, посмотрели, сколько ее приходится на установки, и тупо разделили. Оказалось, что китайцы установки действительно продали по десятке кипрской компании-посреднику „Классетер лимитед“, которую учредили прямо перед этой сделкой. А ВТБ у посредника купил их уже по пятнадцать. И стало ясно, что нужно копать.

Тогда я начал искать специалистов по буровому оборудованию. Остальное было делом техники. Обманутые посредники ненавидели друг друга. ВТБэшники кинули кучу народа, этот народ кинул друг друга, все разворовали. В итоге мы вышли на грузополучателя, компанию „Грант“, которая так и не получила оплаты за то, что несколько лет охраняет на своей территории это оборудование, а это 4500 вагонов! Сейчас она в нашем суде против ВТБ заявляется третьей стороной. Они имели значительную часть документов. В том числе у них был контракт на установки между ВТБ и посредником по 15 миллионов долларов.

Потом мы потратили очень много времени, чтобы получить второй контракт, между посредником и китайцами, в котором установки стоили по 10 миллионов. В ВТБ поначалу утверждали, что посредник был нужен, потому что оказывал какие-то услуги. Но когда мы нашли второй контракт, стало ясно, что это вранье, эти договоры идентичны, там только разные суммы. Мы написали заявление в милицию, опубликовали документы. В результате, за прошедшее с тех пор время мы отследили всю цепочку и нашли все документы, фактически провели работу следствия. Если бы у нас еще был свой суд, можно было бы начинать заседания…»

NAVALNY.LIVEJOURNAL.COM:

Я с коллегами уже потратил на все это кучу времени и сил. Потрачу еще. Но сделаю все, чтобы упечь парочку «эффективных менеджеров» туда, где пинаколаду делают из пяти пачек чая.

А то вообще уже оборзели.

«…Руководство банка сначала утверждало, что ущерба нет, но сделка проблемная и ее организаторов они уволили. Потом они стали говорить, что ущерб есть, но они пытаются его минимизировать. Тут возникает два вопроса: если есть ущерб, почему никто не наказан? А потому, что банк не хочет признавать этот ущерб официально, они не хотят поддерживать уголовное дело. И второй вопрос: как вы собираетесь минимизировать ущерб? На установках столько накрутили, что попытки сдать их в аренду или продать ни к чему не приведут, деньги за них вернуть невозможно, потому что рыночная цена все равно ниже. Вместо того, чтобы признать ущерб, списать убытки и попробовать сдать или продать эти установки хоть за сколько-нибудь, банк продолжает вешать всем на уши лапшу.

Если вы ни в чем не виноваты, почему вы так упорно покрываете воров? Ответ здесь может быть только один. Это очень большая сделка, ее стоимость полмиллиарда долларов. Ее размер сопоставим с объемом всех денег, которые они направляют за год на выплату дивидендов. А по некоторым годам даже превосходит. Я никогда не поверю, что руководство банка в ней не замешано. Все понимали заранее, что покупают через посредника.

Если ты пойдешь просить кредит на дом, тебя заставят собрать кучу документов. Если ты будешь покупать что-то у кипрской компании и попросишь прокредитовать сделку, банк у тебя попросит имена владельцев компании. Даже если речь идет о 50 тысячах долларов. У нас же сделка на 600 миллионов, если считать с таможенными платежами. И ситуация с нею просто комическая. Договор заключается с человеком, у которого какая-то доверенность. Его спрашивают, откуда у вас доверенность. Он говорит – принесла такая-то женщина. Женщина эта оказывается женой советника банка. Спрашивают ее: „Откуда у вас доверенность на заключение сделки на 500 миллионов долларов?“ И она отвечает: „Я была в отпуске на Кипре, где ко мне подошли люди и дали эту доверенность“.

Нужны какие-то комментарии? Если встать на сторону закона и разума, то нужно признать: эти люди заключили невыгодную сделку, пропали 150 миллионов, что повлечет за собой обвал акций банка и судебное преследование его руководства. Признать то, что мы правы, то есть признать очевидное, означает, что всех этих людей нужно посадить. Мы власть ставим в патовую ситуацию. Картина, которая мне видится, следующая. Отказать нам – означает показать, что в России нет ни суда, ни закона, ни милиции. Согласиться с нами – будет означать, что первые лица страны должны сами себя посадить в тюрьму. Если посадить Костина, он расскажет, кому он платил деньги. Одно потянет другое. Здесь нельзя посадить часть этого истеблишмента. Какой-нибудь боровичок на поверхности, а под землей – грибница на квадратные километры. Они понимают, что единственная для них возможность оставаться на свободе и сохранять свои капиталы заключается в продлении политической жизни этого режима.