Ботоксные дневники - Линн Шнернбергер

— После рекламы вы увидите еще много интересного. — Он вновь подмигивает. — Оставайтесь с нами.

Уж меня-то об этом просить не нужно.

Я с нетерпением жду, когда закончится реклама лекарства от артрита и чего-то еще в том же духе. Люси не о чем волноваться, в программе Хантера Грина нет молоденьких моделей. На экране вновь появляется Хантер, его рука лежит на плече очередной участницы. Он воркует, она тает — все очень мило.

Я смотрю не отрываясь. Надо отдать Хантеру должное (в конце концов, почему бы мне этого не сделать?), он очень неплохой ведущий.

Сама игра — полнейшая чепуха, но Хантеру удается спасать положение своими добродушными шуточками. Которые, возможно, написаны для него сценаристом, тут же напоминаю я себе.

К началу следующей рекламы — средства от сухости влагалища — я уже уловила суть представления. Так и есть, Хантер вновь появляется перед камерой, соблазнительно щуря глаза и обнимая новую конкурсантку. Ну что ж, лучше ее, чем Люси. Единственным утешением мне служит мысль о том, что, раз сегодня утром Хантер выступает в эфире, значит, сейчас он не барахтается в постели с моей лучшей подругой. Но вот появляются титры, сообщающие, что шоу шло в записи. Странно, что я об этом не подумала.

Я выключаю телевизор и начинаю ходить из угла в угол. О, Люси! Неужели ты ничего не понимаешь? Ты, конечно, самая привлекательная из знакомых мне женщин, но у тебя нет ни одного шанса против Хантера Грина. Этот парень — профессиональный соблазнитель. Это его работа — влюблять в себя женщин. Стоит ему положить свою лапу на хрупкие плечи очередной жертвы, и ее уже ничто не спасет. Но что я могу с этим поделать? Звонит телефон, я хватаю трубку.

— Привет, это я, — раздается голос Люси.

— Привет, ты где?

— В своем номере.

— Но тебя там нет.

— Разве? А мне кажется, я здесь. Номер девятьсот двадцать. Просто потрясающий. Туалетная комната отделана мрамором, джакузи. Лучше, чем дома.

— Трейси сказала, что тебя нет в номере.

— Успокойся. Я только что разговаривала с Трейси, и она сообщила мне, что ты звонила. Я была в спортзале, а потом ходила завтракать. Ну а теперь вернулась в номер.

Значит, она вернулась. Но я знаю, что она лжет. Ни в каком спортзале она не была, эта история выдумана на случай, если позвонит Дэн. А для начала она решила опробовать ее на мне.

— Ну, что происходит в Лос-Анджелесе? — спрашиваю я.

Люси отлично знает, что я имею в виду, но начинает рассказывать о делах.

— С этим пилотным выпуском столько проблем, — вздыхает она, — я провела уже три совещания с руководством телекомпании. Человек, с которым я здесь работаю, утверждает, что…

— Люси! — перебиваю я ее, потому что мне невыносимо осознавать, что она разговаривает со мной, как… как с Дэном. — Люси, ты должна сказать мне правду. Я хочу знать, что у вас было с Хантером.

— Хантером? — Ее тон резко меняется. Теперь она говорит уже не как продюсер, а как маленькая растерянная девочка. — Откуда ты узнала его имя? Я его тебе не называла.

Я молчу, и она начинает хихикать:

— Черт, неужели Лиз Смит уже пронюхала? — В ее голосе слышится не страх, а скорее радость. Видимо, ей льстит, что она стала героиней колонки светской хроники.

— Это не важно, просто скажи мне, что происходив — настаиваю я. — Мне необходимо все знать.

Несколько секунд она молчит, потом медленно произносит:

— На самом деле ты ничего не хочешь знать. Ты понимаешь, что я имею в виду? Тебе только кажется, что ты хочешь знать, но в глубине души ты осознаешь, что это не так.

Она права. Конечно, я не хочу ничего знать. Почти так же сильно, как желаю узнать все до мельчайших подробностей.

— Значит, ты с ним спала.

Люси хихикает, потом некоторое время молчит и наконец сдается:

— Ответ утвердительный.

Ну и что я могу на это сказать? Попробую проявить выдержку.

— Он хотя бы хорош в постели?

Люси снова хихикает:

— Ответ опять утвердительный.

Ну разве это не замечательно! Я бы очень расстроилась, если бы Люси решила разрушить свою жизнь ради чего-то меньшего, чем множественный оргазм.

Внезапно мне приходит в голову, что Люси может совершить кое-что похуже, чем переспать с Хантером Грином.

— Надеюсь, ты в него не влюблена? — спрашиваю я.

— Нет, конечно же, я не влюблена в него, — отвечает она, стараясь казаться равнодушной, но ее голос убеждает меня в обратном. — Я… ну как бы тебе объяснить?.. немного увлечена. Мы так хорошо понимаем друг друга. Я просто чувствую… какую-то связь с ним.

Связь? Этого еще не хватало. Потребность в связи можно удовлетворить, обратившись в «Американ телефон энд телеграф». Эта компания обеспечивает отличную связь, к тому же почти без помех. Но мне тут же приходит в голову, что в любом случае Люси придется платить за роуминг.

Что ж, пора воззвать к ее разуму, если он, конечно, еще не полностью отключился.

— Секс, конечно, дает ощущение внутренней связи с партнером, даже если ты его совсем не знаешь, — заявляю я тоном опытного сексолога. — Все дело в действии пролактина или чего-то вроде того. Я читала об этом. Тот же гормон, который вырабатывается, когда кормишь ребенка грудью, вырабатывается и когда ты… — Трахаешься? Совокупляешься? Занимаешься любовью? — Когда ты занимаешься сексом, — продолжаю я, стараясь, чтобы мой голос звучал с холодной уверенностью профессионала. — Поэтому ты ощущаешь любовь к ребенку и внутреннюю связь с ним. И это очень хорошо. Но то же самое происходит и когда ты (Боже, опять!) занимаешься сексом с мужчиной. А это хорошо не всегда.

Ужас! Где я всего этого набралась? Я хорошо знаю Люси и уверена, что сейчас она начнет надо мной смеяться. Будет меня дразнить, говоря, что я прочитала ей лекцию по биологии, хотя все дело в химии. Или заявит, что все химические реакции в ее организме строго контролируются.

Но она ничего такого не делает, а лишь вздыхает:

— Я сама не понимаю, что происходит. Но это потрясающе. Хантер такой страстный! И настойчивый. Сегодня утром он держал меня в объятиях и смотрел мне в глаза, казалось, целую вечность. Джесс, ты не представляешь, как он на меня смотрел. Так, словно я была единственной женщиной на Земле. Это невозможно себе представить.

Ну как раз это я представить могу. Совершенно случайно сегодня утром я тоже видела этот взгляд. Как и по крайней мере еще два миллиона женщин, которые в это время также смотрели телевизор. Хотя здесь я могу ошибиться, поскольку не знаю последних данных рейтинга «Нилсен». Похоже, Хантер просто не умеет смотреть по-другому. Люси кто-то звонит по другой линии, и я, воспользовавшись так кстати подвернувшейся передышкой, пытаюсь собраться с мыслями. Через нескольку секунд она вновь обращается ко мне, уверяя, что это действительно деловой звонок, и мы прощаемся, условившись продолжить разговор позднее.