Опала - Джонатан Смиит Младший

другом мире в теле жертвы покушения, стал главой древнего, но угасающего рода, а теперь пришел в школу. Только вот я не ОЯШ* и даже не ОРС*, так что слегка выбиваюсь из ряда.

К моему удивлению, класс не пустовал. В нем с идеальной осанкой восседала единственная, кого смогу сразу вспомнить из всего нашего потока, — Светлана Белевская. Похоже, тоже любитель посещать училище раньше положенного. Девушка действительно была красива, у меня был в голове образ, сформированный увлеченным этой девушкой сознанием предшественника, но и он не врал ни на йоту. Особенно выделялись ее ярко голубые и словно ко всему безразличные глаза. Могу понять, почему люди даже не пытаются к ней шары катить.

— Привет, Светлана. Ты всегда так рано приходишь?

Качнув русыми волосами, собранными в высокий хвост, девушка обернулась на меня. Учитывая, что дверь в класс была открыта, а шел я практически бесшумно, я, похоже, слегка ее удивил резким приветствием. Один-ноль в пользу того, что она обычная девушка, пусть и очень красивая, а не небесный ангел, как ее воображают местные. Я слегка пособирал слухи насчет нее, учитывая, что ее сравнивали с Алисой. Да и вообще было интересно, откуда вокруг нее такой ажиотаж.

— Привет…

Она слегка запнулась, пытаясь, видимо, вспомнить меня. Даже чутка обидно за оригинал, который с ней аж целый день проучился и даже был ей в тот день представлен. Чтобы не затягивать паузу, решил помочь девушке.

— Магнус Вельяминов.

— Теперь вспомнила, благодарю. Полагаю, ты уже разрешил свои проблемы с посещением?

Как она занятно обозвала покушение на убийство и смерть патриарха рода. То ли мир дикий, то ли она такая странная.

— Хвала небу. А ты с какой целью интересуешься?

Задавал вопрос не столько потому, что мне интересно, сколько хотел посмотреть, как она выкручиваться будет. В училище, конечно, отношения должны быть неформальны, но все же абы кто, абы чьей жизнью интересоваться не будет.

— Меня назначили старостой, так что я должна все знать об одноклассниках. Точнее, все, что касается их учебной деятельности.

— Больше проблем я постараюсь не доставлять.

Едва подавив желание хмыкнуть, сел за свою парту у окна. Теперь я точно главный герой истории*. Дальше мы сидели молча, Белевская уставилась… либо на парту, либо думала о чем-то своем, а я на нее. Все же девушка очень красива, и если ничего более интересного нет, то взгляд за дворянку цепляется непроизвольно. Ну или я попросту оправдываю желание на нее глазеть. Время шло жутко скучно, и если в моем мире был хотя бы смартфон, в который можно залипать до смерти, то здесь развлекать себя приходилось самому. Неудивительно, что студенты не любили ранние посещения.

— Вельяминов! — от созерцания прекрасным меня отвлек сварливый, но подозрительно знакомый голос. — Рад вас видеть. У меня к вам есть дело, но преодолеть стену бюрократии вашей семьи — я не смог.

Передо мной стоял смутно знакомый по чужой памяти учитель. Памятуя нормы приличия, я встал с насиженного места.

— Доброе утро, Сигурд Васильевич. Это вы так за всех учеников переживаете, или конкретно я такой особенный?

Насколько я знаю местные преподы не шибко интересуются учениками, даже больше — плевать они на них хотели. Но, учитывая сферу деятельности данного индивида, я даже примерно могу понять, какой он может испытывать интерес к моей персоне.

— Да-да, доброе, — ответил старик словно на автомате. — Так вот, дело. Вы, я думаю, сами прекрасно понимаете, что ваш случай довольно-таки нетипичен, напротив! Подняв все архивы, точнее, те, до которых меня допустили, я не нашел ни единой записи о том, что подобное происходило! Ни единой, понимаете?

Я-то как раз-таки все понимал прекрасно, а вот до чего додумался этот ненормальный, мне знать неохота.

«— Он опасный.»

«— Знаю.»

— Думаю, это просто везение. Все же я ничего такого не делал и не ощущал.

— Это дилетантский подход, юноша! — старик мертвой хваткой схватил меня за руку. — До урока еще куча времени, так что вы просто обязаны пройти в мой кабинет!

— Не знаю, что конкретно вы хотите, Сигурд Васильевич, — я едва не вздрогнул, услышав голос Белевской возле себя. — Но не думаю, что в вашей компетенции приставать к ученикам. Тем более к дворянам.

Применив ци, Светлана убрала ладонь учителя с моей руки. Это было настолько неожиданно, что я не знал, как реагировать в такой ситуации. Сигурд потирал руку, перекидывая взгляд то на меня, то на старосту. Учитывая, что учитель был помещиком, причем с ненаследуемым титулом, слова девушки можно рассматривать как оскорбление. Или же просто жесткое напоминание разницы в статусах. Ничего не сказав, старик развернулся и быстрым шагом покинул наш класс. Только сейчас вспомнил, что сегодня занятий с ним у нас нет.

— Благодарю за поддержку, Светлана. Но не стоило, я держал ситуацию под контролем.

— Как староста, я обязана не допускать притеснений кого-либо из класса, — говорила девушка как всегда безэмоционально. — Так что не стоит благодарности, я всего лишь выполняю свои обязанности.

— И все же спасибо. Я добро в свою сторону не забываю, так что если будет проблема или просьба всегда можешь ко мне обратиться.

А еще я терпеть не могу находиться в долгах. И невольно я оказался этой девушке должен. Понять бы еще, что за муха укусила Сигурда, раз он хватает за руки дворянина?

«— Сам в растерянности, — произнес Хика задумчиво. — Я хоть и посетил лишь одно занятие, но не замечал за ним ничего такого.»

— Учту, Магнус.

Словно ничего не произошло, девушка спокойно уселась за свою парту, и я последовал ее примеру. До начала занятий оставался еще час, и настроение было безнадежно испорчено. Даже для созерцания красоты великой княжны.

* * *

Роман Григорьевич, учитель истории, со звонком покинул класс, и я наконец мог выдохнуть. Сказать по правде, я люблю историю, даже мечтал поступить на исторический, но выучиться в университете мне средств не хватило. И именно эта любовь сыграла со мной злую шутку — я помнил слишком много дат и событий из прошлого мира, которые здесь в большинстве своем не случились. Зато взамен случились другие. В качестве примера — не было Ордынского нашествия, но при этом умудрился как есть сохраниться Иоан Васильевич, который здесь ни разу не «Грозный». Правда, царь здесь шел по совсем иному пути, но почитали его до сих пор не меньше, а то и больше основателя государства.

«— Не все так плохо. Особого спроса все равно с учеников нет.»

Разумная мысль от Хики. В местных училищах и школах не