Красный. Таинственный конверт - Баккаларио Пьердоменико

«клац!», от которого она мгновенно села в кровати.

Ирина была уверена, что звук донёсся из стены, от маленького книжного шкафа.

Бззз!

А теперь что? Одна из гравюр на стене принялась… гудеть!

Ирина бросилась к ней, но гравюра соскочила на пол, как будто верхняя часть рамы вытолкнула её.

Перныковская подняла гравюру с пола, подумав, как всё это напоминает ей знаменитую проделку художника Бамси: это было довольно тривиальное изображение сцены из греческих мифов, «Одиссей и Полифем». Она перевернула её и подскочила от удивления.

Потому что на обратной стороне кто-то наклеил три больших буквы, вырезанные из газетного заголовка.

– БОТ, – прочла Ирина.

БОТ? Но что же это значит?

И в этот самый момент вся комната словно начала куда-то проваливаться, только очень мягко, как будто в странном, очень странном сне. Вот только это был не сон!

Комната с Кроватью, как гигантская кабина лифта, и в самом деле опускалась вниз. Дневной свет исчез на несколько секунд и затем вернулся, когда спуск завершился мягким и пружинистым приземлением.

Но Ирина Перныковская была сыта по горло выходками мистера Ребуса, и как только Комната с Кроватью снова стала обычной комнатой и пришла в полную неподвижность, рванулась к двери.

Распахнув её, она наткнулась на Ласло Интригио, который держал в руках пару шпилек для волос, и его супругу Бину, стоявшую у него за спиной.

– Госпожа Перныковская! – воскликнул Ласло, подпрыгивая от удивления. – Что вы делали там внутри, запершись на ключ? Я как раз вернулся, чтобы попытаться взломать замок!

– Запершись на ключ? Я не… впрочем, нет смысла вам рассказывать, всё равно не поверите. Зайдите и посмотрите своими глазами, – сказала она, отходя в сторону и приглашая господ Интригио войти.

– Вот это да! Да ведь это точь-в-точь комната господина Триппа! – отметил Ласло.

– Не точь-в-точь, господин Интригио… Это и есть комната господина Триппа! – с решимостью в глазах ответила Ирина.

– Госпожа Перныковская, не усугубляйте своё и без того непростое положение, – предупредил её Ласло, мрачнея. – Видите ли, это первый этаж, а эта комната только что была заперта на ключ, как и та, в башенке наверху, так что…

– Ласло! – перебила Бина, хватая его за руку. – Не знаю, как такое может быть, но… Ирина говорит правду!

– Что?!?

– Ты же знаешь, у меня безупречная фотографическая память… Смотри же: вон на той вазе маленький скол, там внизу уголок ковра свернулся, а в этом углу потемнел паркет, – показывала Бина, направляя взгляд супруга в разные точки комнаты. – Это три детали, на которые я обратила внимание в комнате Триппа. Какова вероятность, что в точности те же самые детали повторяются в двух разных комнатах?

– Практически ничтожная, – ответила Перныковская. – Прислушайтесь к своей жене, господин Интригио. И, если желаете, сходите проверьте верхний этаж. Спорим, сейчас на ключ закрыта дверь Комнаты с Кроватью?

Ласло посмотрел в глаза сначала Ирине, потом своей жене, понимающе перемигнувшись с последней, и стремительно выбежал из комнаты – когда он вернулся, не прошло и минуты.

– Она была права. Теперь на ключ заперта комната на втором этаже. Сложив два и два, я думаю, это может означать только одно…

– …что башенка виллы – на самом деле гигантский лифт! – опередила его Бина.

– Именно так. И что комната, где совершено преступление, – не что иное, как кабина этого невероятного лифта, – добавила Ирина. – Мне посчастливилось обнаружить это только что, когда треклятая комната опустилась этажом ниже!

Ласло стоял, вытаращив глаза и уперев кулаки в бока, размышляя об этом невероятном открытии и спрашивая себя, какое ещё экстравагантное чудачество ждёт его в этот нелепый денёк. Ответ настиг его уже через несколько секунд… из-под земли, которая внезапно заговорила. Голосами отдалёнными и приглушёнными, но несомненно принадлежавшими его детям – Маркусу и Зельде!

– Мамааа?

– Папааа?

– Вы нас слышитеее?

– Вы это тоже слышите? – спросил агент Уолкер, двигаясь наугад в темноте.

– Мышиную возню?

– Нет. Вот этот вот… грохот.

– Подождите. Не двигайтесь… – Голос Белла внезапно изменился. – Ещё как слышу, чёрт побери! Скорее! Назад!

– Это же вода, дааа?!? – успел крикнуть Уолкер.

Ревущий поток воды подхватил обоих и вынес наружу, в ложе пруда, где они отбили себе все бока и некоторое время барахтались в тине, пытаясь выбраться.

С Белла ручьём текла вода. Смеясь, он взял агента Уолкера за локоть и помог ему встать.

– Ну и остряк же он, этот наш мистер Ребус… – сказал он, продолжая хохотать.

– Что в этом такого весёлого, позвольте узнать? – спросил англичанин.

– Ну как же, разве вы не видите? Вот это! – ответил Белл, показывая на другой надувной шар, выплюнутый мощнейшим потоком воды из туннеля вместе с двумя агентами. Внутри этого шара тоже что-то было.

– На сей раз моя очередь! – воскликнул Уолкер. То и дело поскальзываясь на илистом дне, он добрался до шара и с заметным удовольствием разодрал его кончиком ключа.

– Очередной треклятый конверт, – прокаркал он, доставая его из уже сдувшегося шара и энергично открывая.

– СВАН?!? – прочёл он. И показал Беллу записку c четырьмя буквами, напечатанными красивым орнаментальным шрифтом: SWAN, по-английски «лебедь».

– Очевидно, что это подсказка, которую мистер Ребус пожелал нам подкинуть! Зная его, можно предположить, что за ней кроется какая-то загадка, так что нам понадобится немного поразмыслить об этом.

– Нет, – не согласился с ним Уолкер. – Что нам сейчас нужно, так это хороший душ!

11

А если это всё-таки был дворецкий?

Зельда, Маркус и Пенни прокричали из подземной кладовой, как их найти: по счастью, родители у них были как раз из тех, что способны достать детей из-под земли за пару минут. Они прибежали к сараю, где Бина тут же нашла тайную дверь, а Ирина вышибла её мастерским ударом кунг-фу. Осталось лишь пробежаться по длинному коридору, и вот уже родители обнимают своих детей.

– Вы посмотрите на эту клетку!

– А приборная панель!

– Надо же! Всё именно так, как мы думали…

– Да! Лифт!

– Комната господина Триппа, ходящая по башенке вверх-вниз… Невероятно!

– Там в коридоре пятна крови, знаете?

– Я их тоже заметил.

– А Уолкер и Белл? Куда они подевались?

Все говорили одновременно и путано, перебивая друг друга; немного успокоиться им удалось только на террасе. Здесь Бина раздала всем бокалы с щедрой порцией водяного шампанского, и они расселись, чтобы попытаться свести всё воедино.

– Так значит, если комната Триппа ходит вверх-вниз по башенке, значит… – начал Маркус.

– …когда некто ударил в гонг, и мы помчались на