Мир плавающих театров - Джек Вэнс

Большая часть народа из города вышла на пристань, горбясь в строгости и почти полной тишине. Замп не был обескуражен. Каждая общность вдоль реки имела свой отличительный стиль, и Порт Вант пользовался дурной славой по своему отношению к чужестранцам.

Сходни спустили на пристань. Замп шагнул на землю. Он посмотрел назад, через плечо и сделал радостный взмах руками. Башенное представление немедленно остановилось, и члены труппы с радостью опустили на главную палубу.

Замп на мгновение сделал паузу, фокусируя внимание публики. Он одел один из своих наиболее тщательно сделанных костюмов: широкополую шляпу с огромным оранжевым плюмажем. Коричневый камзол расшитый оранжевым и черным, заправленный в широкие коричневые штаны. Щегольские ботинки до колена густо намазанные кремом и вычищенные. Лица глядящих на палубу не выражали ни гостеприимства, ни дружелюбия, ни даже большого интереса. Замп чувствовал лишь состояние сосредоточенного уныния. "Очень красивый народец,"- подумал он. И мужчины и женщины выглядели бледными, широколицыми, имели прямые черные волосы, тяжелые черные брови, дородное телосложение. Тем не менее, для всех в несомненно одинаковый одеждах из граба и одинаковых по покрою, ощущение персональности и полу автономии было сильным — возможно как результат тягостной меланхолии, которую Замп сейчас решил рассеять. Он поднял руки.

— Друзья из Порта Ванта! Я — Аполлон Замп. Это — мое удивительное судно "Очарование Миральдры". Мы совершили путешествие вверх по Ланту, чтобы показать вам одно из наших ни с чем не сравнимых представлений… Сегодня мы планируем показать программу, которая из-за явного великолепия может никогда не быть переплюнута за долгую и славную историю Порта Ванта!.. Граждане! Сегодня вечером мы представим не одно, не два, а трех актную программу, где каждая часть — верх элегантности. Во-первых: Люди-птицы, или так по крайней мере они называют себя, из-за того, что буквально летают по воздуху. Для них гравитация не больше чем грязь для куриц. Они прыгают, они ныряют, они летают со свистом и делают всевозможные сальто с грацией и апломбом. Во-вторых, мы планируем исполнить озорную, маленькую шутку, полностью пристойную и непровокационную, озаглавленную "Пути любви далеких страх и далеких времен". Я предполагаю, дамы и господа, что вы будете удивлены этими совершенно достоверными привычками… но, естественно, это все достаточно забавно. Наши девушки носят бледно-зеленое и бледно-синее и их дерзкие шутки — просто игра. Если кто-нибудь решит, что такая программа предосудительна и намекает на что-то, пожалуйста обсудите это со мной. Мы покажем равно удивительную и забавную шутку. Третья и кульминационная часть вечера эта знаменитая драма о ненависти, страсти и горе — "Насильник"! Вы убедитесь на опыте в реализме представления. Вы будете свидетелями измены короля, дворцовой оргии, смерти изменника, которая случиться на самом деле. Программа поставлена и подготовлена персонально для жителей Порта Ванта!.. Разве за это грандиозное представление мы требуем большую и неразумную сумму? Ни в коем случае! Одна крупица с человека позволит вам стать причастным к происходящему. Итак! Один час дайте нам на то, чтобы все население Порта Ванта собрать здесь на пристани! Сейчас время для всех идти домой, передать новости друзьям и соседям, привести всю семью на борт нашего удивительного плавучего театра!

Замп поднял руки. Оркестр ударил в фанфары.

— Через час эти сходни поведут вас в мир ярких цветов и удивительного действа! Благодарю вас, мои друзья, за внимание! Замп кивнул и метнул свою шляпу с плюмажем на палубу. Вантцы забормотали друг с другом и стали покидать пристань.

— Странная группа! — сказал Замп Бонко. — Они казались бескровными и апатичными, так словно поднялись со смертного ложа.

— Что говорит "Речной указатель"? — сказал Бонко.

— Вантцы описаны как удивительные люди, быстро оскорбляющиеся. Эти Вантцы действуют так словно они обратились к религии отречения и самопожертвования.

— Сюда идет старик. Почему бы не задать эти вопросы ему?

Замп оглядел человека, появившегося на причале.

— Со всей прямотой я не хотел бы задавать никому никакие вопросы, из страха вызвать раздражение. Тем не менее этот человек кажется достаточно мягким.

Замп спустился на причал и подождал пока старик прохромает мимо.

— Добрый вечер, дедушка. Что нового в Порту Ванте?

— Новости обычные, — заявил старик. — Убийство, захват, погром и зло. Почему вы так хотите показать вашу великую трагедию?

— Только потому, что моя труппа может помочь утолить ваше горе, — бойко ответил Замп. Очевидно даже старейшие не могли чувствовать себя легко. — Наша драма "Насильник" может хорошенько вычистить ваши души от бесполезных эмоций.

— Легче сказать, чем сделать. Лоп Лоукюа ушел, став жертвой предательства, и часть наших душ ушла вместе с ним. Где мы найдем другого на его место; на место того, кто был известен как бич Яйлов? Прибытие вашего судна можно истолковать как хорошее предзнаменование.

— Так это и есть! — сердечно провозгласил Замп. Предзнаменование развлечения, но не больше!

— Определенно вы не собираетесь диктовать, как мы должны истолковывать предзнаменования?

— Не собираемся! Я только рискну предположить…

— Ваши предположения к делу не относятся. Вы ничего не знаете о нас и о нашей жизни.

— Я согласен со всем вами сказанным. Моя единственная цель — обеспечить ваше хорошее отношение ко мне.

Старик повернулся на каблуках и захромал прочь, единственный раз остановившись через несколько шагов и посмотрев назад через плечо.

— Я только скажу, что ваши настойчивые аргументы конечно рассердят людей горюющих менее, чем я! — Он пошел своим путем. Замп задумчиво поднялся по сходням. Он созвал труппу и сделал объявление:

— Относительно нашего представления вечером и нашего общего состояния. Жители Порта Ванта никогда не были ни легкими в общении, ни экспансивными. Попытайтесь не делать никаких фамильярностей. Отвечайте на все вопросы "да" и "нет" с подходящим уважением, предлагаю не умничать! Женщины не должны иметь в одеждах даже намека на желтый цвет. Мужчины должны содрать со своих одежд все красное. Черный — цвет стыда и унижения. Не предлагайте Вантцам ничего черного! Не смотрите на публику, чтобы они не заподозрили, что вы пристально разглядываете их. Сохраняйте выражение слабого удовольствия, но никаких притворных улыбок, которые могут быть истолкованы, как насмешки. Сразу после представления мы отчаливаем. Я сделаю так, чтобы на бояться их мести. Теперь все в костюмы. Сыграем свои роли с мастерством!