Я – второй Раневская, или Й – третья буква - Георгий Милляр

переименуют в Проспект Кощея Бессмертного, как только будет готова мемориальная доска».

равна потере сознания».

«Кто расписался в моей бесполезности? Рано мне выдали этот диплом!»

На своем 80-летнем юбилее Милляр блистал.

«Я настолько уже обнаглел, что следующий номер моего доклада постараюсь провести под музыку, – говорил он в микрофон. – С вашего позволения разрешу себе некоторые переодевания. Волноваться не надо – стриптиза не будет!»

Поет:

Пришла зима над Юндетфильмом,Велели как-то выживать,Но при желании при сильномНам оптимизм – отец и мать!

Я не поэт, прошу простить.Я лишь одним законом связан:Поэтом можешь ты не быть,Но куплетистом быть обязан.

А сниматься когда же?Скоро же впереди только темный лес.Хоть сыграть бы в нем пьяного сторожа,На березу который полез».

Страшно было остаться без маски и хотелось побыть без неё…

«Если бы не Мария Васильевна, может быть, он долгой жизни такой и не прожил, все-таки Георгий Францевич прожил восемьдесят девять лет, он не дожил до девяностолетия полгода, – рассказывал актер Сергей Николаев. – Почему-то так сложилось, что в девяносто третьем году, в начале года он начал хандрить, и вот эта хандра, она вот завершилась тем, что его не стало. Я ему много раз говорил: «Георгий Францевич, ну, до девяноста надо дожить», – он родился седьмого ноября, и в девяносто третьем году ему должно было быть девяносто лет. Но как-то вот, я говорю, девяносто третий год начался с хандры, и когда я ему говорил: «До девяноста!» – он говорил: «Серёга, хватит, уже хватит». Какой-то уже внутренний настрой у него был на то, что жизнь завершается».

«Когда мы чествовали Милляра в день его 80-летия, – вспоминает Сорокин, – мы до этого с большим трудом обивали пороги Госкино и добились присвоения даже не звания, а всего лишь звания почетного «Отличник кинематографии», которым награждали буквально всех. То есть только представьте, что, дожив до 80 лет, являясь артистом, фильмы которого видели несколько поколений, Георгий Францевич не был отмечен чиновничеством никак».

«Я думаю, что ему не завидовали при жизни, – предполагает приемная дочь Тамара. – А кто хотел бы играть такие страшные роли? Да и вообще ему завидовать было грех. Скромненько был одет. Скромненько жил в быту. У него не было ни машины, ни дачи. Не было стиральной машины, не было пылесоса. У него не было цветного телевизора.

Что ему завидовать?»

И Тамара же продолжает: «Как он умирал? Просто плохо себя почувствовал. Я вхожу к нему – у меня слезы. Он худой, старенький. Но с оптимизмом мне говорит: «Тамарочка, не делайте из этого трагедию». Это говорит о том, что будет то, что и должно быть. Что это все естественно. И за три дня до своей смерти сказал мне, что я замечательный человек. Но попросил: «Только никогда не говорите обо мне плохо». Он меня имел в виду, наверное».

А вот что вспоминает сосед Юрий Зайцев: «Ему тогда трудно было вставать, но он встал. Надел костюм, бабочку, с нами сфотографировался. Я его в апреле сфотографировал и все некогда было проявить. И как раз 2 июня я эти фото сделал поздно вечером. И думал: не буду стариков тревожить. Я утром зайду отдам. И утром уже звоню в 10 утра им в дверь. Мария Васильевна открывает и говорит, что Георгия Францовича нет. Я удивляюсь: “Как нет?” Она: “Умер”».

…Георгий Францевич спокойно готовился к смерти. Попросил отпеть его по православному обряду, ни с кем не разговаривал, отмалчивался на вопросы, углубился в себя. Он ничем не болел и покинул мир спокойно, во сне 4 июня 1993 года.

…После его смерти среди небольшой стопки документов, наград и фотографий обнаружили пожелтевший листочек со стихами, которые Милляр написал накануне своей смерти.

Появился в начале векаИ уйду под конец егоВ те края, где чужая аптекаВряд ли нальет чего.Кто расписался в моей бесполезности?Рано мне выдали этот диплом!Сгорел от безделья и умер от трезвости —Вот что пишите на гробе моем.А сниматься? Когда же? Скорее же!Впереди только темный лес.Сыграть бы хоть пьяного сторожа,На березу который полез.Не нужна мне жена чужаяИ ролей чужих не хочу,Но найдется же роль такая,Чтобы мне пришлась по плечу…А, наверное, было бы здоровоПод финал, под конец путиНапоследок сыграть СувороваИ тогда уж спокойно уйти…

4 июня 1993 года он умер. До своего 90-летия не дожил всего пять месяцев. Похоронен в Москве на Троекуровском кладбище.

«Панихида – беседа в присутствии отсутствующего».

«Георгий Францевич говорит мне:

– Вовочка, скажи, пожалуйста, всем, кто меня будет хоронить – а об этом он говорил – что вы не говорите обо мне плохое», – говорит, актер Владимир Окунев.

«Я в детстве смотрел эти картины. Я понимал – они же вечные. Сегодня рождаются дети, возникает новое поколение детей. И им снова можно показывать эти сказки», – считает педагог ВГИКа Борис Криштул.

Послесловие

Лучше постареть, чем устареть!

Некоторые кинокритики задаются вопросом: а что ждало бы актёра в нынешнем ХХI веке? Был бы он популярен?

Некоторые утверждают: Милляр мог запросто сыграть одну из ролей в «Гарри Поттере». А в современных «мыльных операх» – вряд ли.

«Сложные, чудные, странные, двойственные образы, которые создавал всю жизнь Георгий Францевич, напрочь отсутствуют в современном отечественном кинематографе, – пишет кинокритик Игорь Гавриков. – Неужели настоящее лицедейство уходит из актёрской жизни?»

Милляр был знаменитым – это без сомнения. Но его знали только в гриме. Когда он был без грима – проходили мимо. Да и об успехе монстров Георгий Францевич мечтал всю свою жизнь… Только коллеги, с которыми он работал долгие годы бок о бок, знали, что все его роли уродцев – результат множества несчастий в его жизни. И что каждая его реализовавшаяся фантазия приносила ему не удовлетворение, а страдания.

Ведь несмотря на то, что все фильмы с его участием получили самые престижные награды, Георгию Францевичу более пятнадцати лет доставались только эпизоды и роли в массовке. А он подходил к зеркалу и видел, что похож на великого вольнодумца Вольтера и на великого полководца Суворова. И спрашивал свое отражение: когда же это заметят режиссеры и позовут? Но шли годы, а режиссёров не интересовали ни вольнодумцы, ни полководцы, ни Милляр. Роли Кощея и Бабы Яги окончательно закрепили за ним роли чертей и прочей нечисти. Маска чудовища приросла к лицу навсегда. Поэтому серьёзные драматические роли прошли мимо него.