Я загадала папу - Екатерина Аверина

Наперегонки добегаем до машины. Пристегиваю Васю сзади, открываю дверь для Снежки. Выезжаю на основную дорогу, сразу перестраиваюсь, стараюсь не дергать машину, чтобы не пугать ребенка. Мой слух улавливает тихое пение. На светофоре поворачиваю голову к Василиске. Она пальчиком рисует на стекле елочку и напевает себе под нос:

Елочка, елка,

Лесной аромат,

Очень ей нужен

Красивый наряд.

Пусть эта елочка

В праздничный час

Каждой иголочкой

Радует нас…

***

– Он такой милый, – Василиска прижимает к себе плюшевого оленя из мультфильма. – Спасибо – спасибо – спасибо. Ма-а-ам, а можно я с ним сегодня буду спать?

– Конечно, – гладит ее по спинке Снежа.

Мультфильм уже не новый, но ребенок все равно в восторге. Ее утянуло в саму атмосферу кинотеатра. Большой экран, удобные диваны, два больших ведра с попкорном и бутылка колы стали приятным дополнением этого вечера. После сеанса не удержался и купил Василиске игрушку, чтобы продлить ее эйфорию и удержать восторженный блеск в детских глазах.

– Прошу, – открываю для девчонок двери Логана.

– По домам? – спрашивает Снежка.

– Нееет, – хнычет Вася. – Не хочу домой.

– Вот и я не хочу. Есть кое-что гораздо интереснее.

Везу их на каток. Уже с дороги видно натянутую по его контуру гирлянду с большими желтыми лампочками. Высокие борта красуются разноцветной спонсорской рекламой. Из динамика играет веселая новогодняя музыка.

– Мы сюда? – пугается Снежка. – Я совсем не умею стоять на коньках.

– Я умею. Умел точнее. В школе немного играл в хоккей. Сейчас проверим, насколько все плохо. Чур громко не ржать! – девчонки кивают с честными глазами и прячут в шарфах улыбки.

Быстро зашнуровываю коньки, встаю, проверяю, чтобы нога внутри не болталась. Делаю первый шаг на лед. Кайф!!! Сколько я не вытворял такого? Лет двадцать? Жесть. Лучше не думать о цифрах. Становится страшно. Но ноги помнят. Разминаюсь, делаю осторожный круг по белому полотну, подъезжаю к бортику, упираюсь в него руками.

– Теперь ваша очередь. Я жду.

– Нет, – крутит головой Снежа.

– Да! Да! И еще раз да! Иди сюда, – протягиваю ей руку. – Я обещаю держать.

– Мамочка, пойдем, – тянет ее за куртку Вася и шлепается попой на лед.

Поднимаю, показываю, как стоять, как двигаться, как правильно держать спину. Смышленая малышка все схватывает на лету. Держа ее за обе ручки, еду спиной. Она с восторгом смотрит по сторонам.

– Теперь надо помочь твоей маме, – подмигиваю малышке.

Вася, кряхтя, пробует кататься сама. Подъезжаю к Снежке. Моя красивая девочка обеими руками вцепилась в борт. Глаза огромные, перепуганные.

– Давай руку, – отцепляю ее пальцы. Стройные ножки дрожат в коленях. – Не бойся ты так. Все хорошо.

Осторожно качу ее по льду залипая на закусанной от напряжения губке. Цепляюсь коньком за лед. Падаю на спину утягивая Снежинку за собой.

– Уфф… – со стоном хватаю ртом воздух.

– Ты как? Головой не ударился? – беспокоится она, не спеша с меня слезать. Так тепло, приятно и … в голове рождаются всякие пошлости. Были бы вдвоем, я бы обязательно воспользовался киношным моментом, чтобы попробовать на вкус эти губки.

– Тебе больно? – возле нас материализуется Василиска. Снежа, отмирает, скатывается с меня, а встать сама не может. Васька тянет мне руку. Принимаю, поднимаюсь и помогаю встать ее маме.

– Устали? – обе кивают. – Тогда предлагаю просто прогуляться, а потом я отвезу вас домой.

Сдаем коньки. Увожу девчонок в сторону уличного киоска. Покупаю на всех горячее какао с зефирками и коробку пончиков, обильно засыпанных сахарной пудрой. Просто, недорого и так подходит этому вечеру. Простые парни ведь могут себе позволить пончики и какао. Надо будет сказать Вику спасибо за наводку на счет катка. Мне чертовски нравится все, что сейчас происходит.

С неба сыплет легкий снежок окончательно превращая мир вокруг нас в зимнюю сказку. Счастливая Вася топает впереди, обнимаясь с оленем и заботливо стряхивая с него снежинки. Мы со Снежкой неловко молчим. То, что я хочу сказать, не предназначено для детских ушек. Хулиганю. Сокращаю между нами расстояние по максимуму, ищу ее пальчики, обтянутые перчаткой, сжимаю своими. Вздрагивает. Испуганно смотрит на меня.

Ну а ты как хотела, малыш? Я ведь большой мальчик и намерения у меня тоже совсем не маленькие.

– А чем еще ты занимался в детстве? – старается снять неловкость вопросом.

– Ой. Мама нас куда только не водила. Была и музыкальная школа, и художка, и шахматы. Отец добавил в этот список бокс и хоккей. Виктору зашел бокс, а я, как ты уже поняла, увлекся льдом.

– На чем учился играть?

– Сначала пианино, как все, наверное, – смеюсь. – Но это вообще не мое. Напросился на класс гитары. Сейчас снимаю ее иногда с гвоздика на стене, когда совсем тоскливо становится. А ты?

– Я, – задумавшись спотыкается о камень, спрятанный под свежим снегом. Ловлю. На мгновение мы становимся еще чуть ближе. Снова смущается, отступает. – родителям по хозяйству помогала. С соседскими ребятами летом купалась в реке до посиневших губ. Я родилась и росла в небольшом поселке. У нас там был дом культуры с кружками, но выбрать особо было не из чего. К шитью и вязанию душа у меня никогда не лежала. Это мама у меня волшебница с золотыми руками.

– А в город учиться приехала?

– Да. Тоже как все, – улыбается и стирает с лица капельки растаявшего снега. – За образованием и мечтами. Вон, – кивает на Василиску. – Бегает моя самая главная мечта.

– А ее отец? – задаю сложный вопрос.

– Отец… – задумавшись пинает снег.

Василисе становится скучно. Она разворачивается, топает к нам. Разговор по умолчанию сворачивается.

– Антон, а давай поиграем, – лукаво улыбается малышка.

– Во что?

– В папу и дочку, – заявляет, словно зная, о чем мы говорили с ее мамой. – Всего пять минуточек. Это даже быстрее чем в прятки.

– И что мне надо делать? – растерянно смотрю на Снежинку. Она тоже не ожидала такой подставы от дочери. Ладно. Будем импровизировать.

– Я не знаю, – отвечает шёпотом. – У меня никогда не было папы, но я бы очень сильно хотела, чтобы мы вместе слепили во-о-от такого, – встаёт на носочки, разводит ручки в разные стороны. – Снеговика!

Снежана

Ну Вася!

Строго смотрю на дочку. Это ж надо было такое сказать! Дома аккуратно проведу с ней профилактическую беседу. Перед Антоном неудобно вышло, но его растерянный взгляд мне понравился. В этом мужчине меня вводит в замешательство абсолютно все от запаха парфюма до пронзительных, умных карих глаз.

Они с Василисой катают первый снежный шар для снеговика, а я еще раз внимательно разглядываю Антона. Мне хочется