Хумай - Алсу Флюровна Исмагилова

решительным шагом покинула подземелье. Поднимаясь по ступеням, она вдруг вспомнила об Урале, и в её сердце закралось новое чувство. Она ощутила, как в неё вгрызлась совесть и ей стало печально, оттого что пришлось так поступить с родным братом того, кто ей так понравился когда-то.

Наверху её ждали девушки. Появление двух незваных гостей внесло сумятицу среди них и им всем не терпелось знать, почему Хумай бросила их в ямы. Увидев, что собрались все девушки, Хумай нахмурилась.

– А кто же сидит на крыше дворца?! – спросила она строго.

Девушки потупили взоры и стали что-то невнятное лепетать.

– Я понимаю, вы напуганы. – смягчилась Хумай. – Но я попрошу тех, кто сейчас должен находиться над дворцом, вернуться обратно. Сегодня к нам уже пришли двое пришельцев, кто знает – не идёт ли за ними целое войско змей? Беспечность может дорого нам стоить.

Несколько девушек вылетели в окно, перевоплощаясь на ходу. Хумай проводила их взглядом, и затем, откинув косы назад, посмотрела на оставшихся.

– Те, кого вы сегодня видели, – начала она, – пришли не с добрыми намерениями. Один из них – змей Заркум, сын царя Кахкахи, некогда сватавшийся ко мне. Второй – тот батыр, Шульген, который когда-то меня чуть не съел и который сломал мне крыло. Мой отец был прав, когда говорил, что им нужен Акбузат. Вероятнее всего, они и пришли за ним. Я узнала Шульгена, когда пролетала над ними, и решила, что правильнее всего будет бросить их в ямы. С этого момента мы должны усилить нашу бдительность. Быть может, их хватятся и придут за ними.

Девушки настороженно молчали и не перебивали её. Хумай внимательно вглядывалась в их лица, пытаясь понять, есть ли страх в их глазах и готовы ли они к самому худшему. Помолчав, она продолжила.

– Мы с вами вряд ли сможем воевать, как наши славные батыры, но мы не должны оставаться в стороне от всего происходящего. Я вас попрошу, если вдруг в ваших сердцах поселился страх, унять его и мыслить разумно. Мы не знаем, как будут развиваться события, но мы должны быть готовы к любому исходу. Будем надеяться, что наши мужчины в скором времени вернутся, – она ещё раз всех осмотрела и добавила, – а теперь, я попрошу вас разойтись и продолжить ваши повседневные обязанности.

Девушки, рассеянно переглядываясь между собой, разошлись, остались лишь подруги Хумай Ямиля и Зухра.

– Хумай! – еле дождавшись, пока все уйдут, воскликнула Ямиля. – Как они познакомились друг с другом? Заркум – змей, житель Нижнего мира, а Шульген жил на Затерянной земле!

– Я не знаю, – устало покачала головой Хумай. – Я не спрашивала их об этом.

– Ты говорила с ними? – спросила Зухра.

– Нет, я лишь раскрылась Шульгену, к Заркуму я не подходила. Боюсь, если открою его окно, он выскочит. Дождусь отца, подумаем, что с ним делать.

– Его можно обменять на Айхылу. – сказала Зухра.

– Можно, – кивнула Хумай. – Если она у Кахкахи.

– А если нет? – спросила Ямиля.

– Если она у Азраки, то я сомневаюсь, что что-то получится.

– Почему же? – удивилась Ямиля. – Они ведь все заодно, разве нет?

Хумай потёрла руками глаза, прогоняя сон, который вдруг навалился на неё после того, как девушки разошлись. Сегодняшней ночью она практически не спала, как будто предчувствуя, что что-то произойдет.

– Заодно, – ответила она Ямиле. – Но я не думаю, что Азраку волнуют проблемы Кахкахи. Один отвернется, а другой ему – нож в спину, – пожала она плечами. – Это же нечисть.

Хумай вышла на балкон, и оглядела горизонт. После того, как появились Заркум и Шульген, на душе у неё стало неспокойно. Каждую минуту она ожидала, что кто-то придёт вслед за ними, и что тогда делать, было непонятно. Вызвать Акбузата и велеть лебёдушкам разлетаться и прятаться? Или держаться всем вместе? Наверное, нужно было иметь какой-то план, но как лучше всего поступить, если вдруг к ним ворвутся враги, она не знала.

Солнце беспощадно палило. От духоты Хумай ещё больше потянуло в сон. Она почувствовала, как веки отяжелели, и ей стало тяжело их открывать.

– Хумай, – услышала она позади себя голос Зухры. – Ты очень устала, приляг отдохни, а мы с Ямилей побудем здесь. Не переживай, приглядим и за пленниками, и вылетать будем, смотреть, не идёт ли кто.

– Я тебя провожу до твоих покоев, – мягко улыбнулась ей Ямиля. – Уложу тебя спать.

У Хумай не было сил с ними спорить, поэтому она молча согласилась и пошла с Ямилей под руку в женскую половину дворца. Когда они шли, Ямиля вдруг спросила:

– Как ты догадалась, что этот змей – Заркум?

Хумай пожала плечами.

– Не знаю. Глаза у него змеиные были, ты не заметила?

– Так значит вот, что у него было странное! А я заметила, что он необычайно красив, но что-то было в нём не так. А что именно, я не могла понять.

– А ещё он высовывал постоянно язык.

– Да-да! – вскричала Ямиля. – Я заметила, но подумала, вдруг его мучает жажда и он облизывает губы.

– Нет, – покачала головой Хумай. – Жаждой он не мучался.

– Ну хорошо, – кивнула Ямиля. – Но ты не думала, что это может быть другой змей, а не Заркум?

Хумай призадумалась, словно прикидывая, стоит ли пытаться объяснить своей подруге, как именно она догадалась.

– Я…– начала она и запнулась. – Я не могу это объяснить. Стоило мне взглянуть ему в глаза, как мне на ум пришел Заркум. Как будто я узнала его взгляд.

– Но разве у змей не у всех одинаковый взгляд? – допытывалась Ямиля. – И разве ты уж так много с кем из них разговаривала?

– Мы с Акбузатом многих повидали, но ты права. Глаза у них у всех примерно одинаковые.

– Тогда как ты поняла? – не унималась Ямиля.

– Не знаю. – устало вздохнув, ответила Хумай. – Я просто узнала его и всё.

Они дошли до покоев Хумай, и Ямиля довела её до кровати.

– Ну всё, – улыбнулась она. – Не буду тебя больше мучать своими глупыми расспросами. Спи, Хумай. Неизвестно, что будет ночью.

Хумай послушно легла на кровать и мгновенно уснула, даже не услышав, как тихо ушла Ямиля.

____________________________________________________________

Проснулась она резко, почувствовав, что кто-то вошел. Не поняв со сна, что произошло, Хумай стремительно вскочила с кровати и увидела Ямилю и одну из прислуживающих девушек. Выглядели обе растерянно и взволнованно.

– Что-то случилось? – с тревогой спросила она, чувствуя, как у неё немеют и становятся ватными ноги.

Глаза у Ямили забегали от волнения, и она сложила ладони на груди, словно просила прощения.

– Хумай, там пришёл егет…