Мой нежный цветок - Кэтрин Спэнсер

Он пожал плечами и продолжал идти. Вечер для марта был удивительно мягким. Тропинки парка загородного дома сестры, находящегося в часе езды от города, манили к прогулкам. Деревья и масса цветов, уже начинающих распускаться, радовали глаз.

— Бианка, позволь мне сегодня расслабиться.

Завтра будет время побеспокоиться относительно матери. Ты прекрасно знаешь, что я справлюсь с ситуацией независимо от ее реакции на мой брак.

— Особо не обольщайся, тем более теперь. Сестра нежно взяла его под руку. — Не хочу сразу обрушивать на тебя скверные новости, но она меняется день ото дня. Боюсь, что по сравнению с твоим предыдущим визитом ее поведение и общая ситуация кардинально ухудшились.

— Не верится, что такое возможно. Работников уже тогда можно было по пальцам пересчитать. Я им всем хорошо заплатил, а по приезде обещал неплохие премии.

— Насколько я знаю, остались немногие. Остальные ушли. Хуже того, недовольство распространилось и на кухонную прислугу, и на тех, кто содержит в порядке дом. Серджио на этой неделе уволился, а значит, и его жена с дочерью тоже.

Два дня назад ушел Гьюдо. Осталась только Сперанца. Можно лишь догадываться, сколько оскорблений обрушивается на ее бедную голову.

— Что же это такое! — Сперанце было уже за семьдесят. Она пришла в их семью еще до рождения Бенедикта. Он был уверен, что она останется верна им до самой смерти, считая их семью своей. Сваливать на нее работу, ранее выполняемую четверыми, гораздо более молодыми людьми, и нереально и непростительно.

— Что делать! — Бианка удрученно покачала головой. — И как быстро все произошло. Год назад дела шли гладко, все были довольны. А теперь полнейшая разруха. Не представляю, что в октябре будет со сбором бергамота. Если ты не сможешь быстро все уладить, мы потеряем многих клиентов. А с ними — не только существенные деньги, но и репутацию.

— Такого не случится, — пообещал он. — Я все улажу.

— В медовый месяц? Не думаю, что возможно быть и там и там одновременно.

— Справлюсь. Кассандра поймет.

— Она выглядит хрупкой и озабоченной, твоя маленькая жена, и грустной к тому же. А ты.., ты тоже не излучаешь счастья. Разве не правильнее вам сосредоточиться друг на друге, отложив бизнес в сторону?

— Мы оба просто устали. Последняя неделя была чрезвычайно напряженной — и приготовления к свадьбе, и путешествие.

— Но почему так неожиданно?

Он вздохнул, набирая полную грудь воздуха.

— Причина есть. Она беременна.

— Dio! — Охваченная негодованием, Бианка резко вырвала руку и загородила ему дорогу. — Бенедикт, как ты мог…

— Знаю, знаю! Ты от меня не ожидала. Я сам от себя не ожидал. Но дела обстоят именно так, и лучшего выхода я не видел.

— Ты не любишь Кассандру?

— Я привязан к ней. В любом случае она носит моего ребенка.

— Мать знает?

— О ребенке нет. И в ближайшем будущем я не хочу ей об этом говорить. Тебе, Бианка, я доверился. Мы всегда были близки, и я знаю, ты примешь Кассандру безо всяких оговорок.

— Конечно! Она прелестная женщина. Я понимаю, почему ты увлекся ею, и с радостью назову ее своей сестрой. Но Бенедикт… — Она отвернулась. По ее молчанию он понял, что она глубоко уязвлена.

— Я огорчил тебя. — Он виновато улыбнулся. Я пал с пьедестала, представ перед тобой заурядным человеком.

— Нет, не то! Ты мой брат, и я могу многое тебе простить. — Она снова подавила вздох. — Но трудности дома, о которых я тебя предупреждала.., они связаны не только с матерью.

— Ты хочешь сказать, что есть еще что-то? Но хуже просто некуда!

— Боюсь, ты не прав. Тех немногих, кто еще остался работать, постоянно запугивают. Там появились какие-то подонки, повязанные кровными узами с шайками бандитов. Ты понимаешь, о чем я. Мы имеем дело с мафией. Когда был жив отец, такого просто быть не могло, хотя бы потому, что он никого из них не взял бы на работу.

Бенедикт не был трусом, но сообщение сестры его очень встревожило. Угроза от местной мафии, главным доходом которой было похищение членов богатых семей с целью получения за них выкупа, была не их тех, с которыми можно не считаться. Не имевшие ни стыда, ни совести, они скрывались в горах и не подчинялись никому.

— В таком случае положение критическое, сказал он, задаваясь вопросом, сколь разумно было настаивать на поездке сюда Кассандры. — Неразумно ожидать от них поступков, диктуемых общепринятыми нормами морали. Они ни перед чем не остановятся.

— Точно. Мы выросли на рассказах, как бесследно исчезают люди, о вендеттах. С тех пор ничего не изменилось. Я опасаюсь за Франческу, и за мать тоже. — Она крепче сжала его руку. — И за тебя, Бенедикт, боюсь.

— Не стоит, — ответил он. — Я могу позаботиться о себе, так же как и мать с Франческой. Другое дело — Кассандра. Если ситуация в палаццо покажется мне слишком рискованной, я хочу быть уверен, что могу отослать ее к тебе.

— Конечно! Когда только посчитаешь нужным.

— Спасибо тебе. — Он остановился, сжал ее руку. — На тебя всегда можно положиться.

— Мы всегда полагались друг на друга, саго, и оттого, что мы оба теперь женаты, ничего не изменилось. Мы семья. И останемся ею.

Они продолжили путь. Сгущались сумерки, во многих окнах дома зажглись огни. Но, посмотрев вверх, Бенедикт увидел, что окно комнаты, где должна быть Кассандра, остается темным. Может, она уже легла?

Хорошо бы. Он был не способен появиться сейчас перед ней и скрыть свою озабоченность.

Спрятавшись в складке тонких занавесок, Касси смотрела в сад. Днем по нему важно вышагивали павлины, играли дети. Но теперь поднимающаяся луна освещала только две фигуры — ее мужа и его сестры, прогуливающихся взад вперед по тропинке, заканчивающейся под ее окном. Они легко чувствовали себя в обществе друг друга, а про нее совсем забыли.

Не то чтобы его сестра и ее муж плохо ее приняли. Когда они встретились в аэропорте Малпенса, Бианка Константино-Манчини заключила Касси в объятия, расцеловала в обе щеки и сказала с очаровательным акцентом, но тем не менее на прекрасном английском:

— Я счастлива с тобой познакомиться, Кассандра, и очень рада, что мой брат нашел свою половинку. Добро пожаловать в Милан и в нашу семью!

Энрико с таким же энтузиазмом присоединился к приветствиям жены, что должно бы ободрить Кассандру. Так бы и было, если бы Бенедикт не становился час от часу отстраненное, уделяя ей все меньше внимания. Едва попав в резиденцию Манчини, он без единого слова исчез в кабинете Энрико, предоставив жене устраиваться самой.

— Семейный бизнес, — видя огорчение Касси, так скоро оказавшейся брошенной среди незнакомых людей, пыталась утешить ее Бианка. — В этой семье вначале дела, а развлечения откладываются на потом. Так что, сага, пока мужчины роются в документах и решают глобальные проблемы, пойдем знакомиться с моими детьми. Они с нетерпением ждали встречи со своей новой тетей. Ради этого я даже не отправила старшего сегодня в школу.