Рыцари комариного писка - Александр Розов

- Теперь, - сказала Шошо, - я поняла, почему люди в американских и гонконгских TV-сериалах такие странные. У них религия: делать деньги. Но Леа говорила про товары.

Леа утвердительно кивнула, продолжая шлепать пальцами по клавиатуре ноутбука.

- Да. И сейчас Лео перебросит к этому мостик.

- Переброшу, - подтвердил он, - итак: религия называется: «успешно делать деньги». В общем случае – это бизнес по производству какого-то товара, или по продаже какого-то товара, или по инвестированию денег в производство или продажу какого-то товара. Я забыл сказать: инвестирование - это часть религии: «деньги должны делать деньги».

- Это, - сообщила юная муи-муи, - есть в американских и гонконгских TV-сериалах. 

- Шошо, тебе нравятся американские и гонконгские TV-сериалы? - спросила Леа.       

- Нет, мне не очень нравится. Но охотнику надо знать, как мыслит его добыча.

- Гм… - буркнул Лео, - …Ладно, вернемся к сабжу. Религия успешности требует сбыта товара, произведенного с использованием денег, которые должны быть инвестированы, чтобы работать и делать деньги, которые снова должны быть инвестированы, чтобы…

- …Снова делать деньги, - договорила Леа, - поэтому, надо чтобы товар продавался.

- Любое говно, - сказала Шошо, - можно продать путем рекламы. Так в TV-сериалах.

- Верно, - сказал Лео, - но вот беда: покупательная способность людей ограничена.

Шошо, в свою очередь, тоже возразила: 

- Но реклама может убедить людей брать кредиты на покупку. Так в TV-сериалах.

- Верно, - повторил Лео, - но, почти во всех в развитых странах не более, чем 40-часовая рабочая неделя. Вычтем 4-недельный отпуск и 3 праздничных недели, и получим 1800 рабочих часов в году. Люди умеют считать, они не купят объем товаров, для расчета за который надо работать лишку против обычного…

- Но, - сказала Леа, - в развитых странах Азии, например, в Японии и в Южной Корее у многих трудящихся в крупных корпорациях по факту 60-часовая рабочая неделя.

Леа Варгас кивнул, сделал паузу, и продолжил:

- В мире сейчас разброс тенденций от 30-часовой рабочей недели в Скандинавии до 60-часовой недели в некоторых развитых странах Восточной Азии. Именно восточная Азия показывает курс на идеальное общество потребления. По прогнозам, в таком обществе нормой станет 65-часовая рабочая неделя, а отпуск надо накопить путем сверхурочных работ. Никаких праздников! Примерно 3400 рабочих часов в году. Вот где радикальный рост успешности! Но как же люди найдут время на шопинг, чтобы тратить заработанные деньги на покупку произведенных товаров? Ведь у людей окажется относительно много денег и относительно мало свободного времени…

Снова сделав паузу, Лео торжественным тоном объявил:

- …Эту задачу решила власти Лаголарго. Товар продается автоматически. Продавец не зависит более от капризов покупателя, который не хочет тратить время на шопинг, или вообще не хочет покупать новый товар. Теперь бизнес там может увеличивать рабочую неделю, не опасаясь кризиса сбыта! Все, что произведено, будет куплено. TV-Lagolargo сообщило на днях, что по массовым просьбам трудящихся, желающих повысить свое благосостояние, рабочая неделя в стране увеличена с 40 до 50 часов. Это для начала.

- А, - подала голос Шошо, - эти просьбы просто вранье по заказу Корпорации Канала.

- Нет, - отозвалась Леа, - это правда. Массовые просьбы были.

- Не понимаю! – туземка прикрыла глаза ладонями, - Зачем трудящимся это?

- Интереснейший вопрос, - ответил Лео.

- …Только, - сказала Леа, - давайте отложим это на завтра. Что-то в сон клонит.

Да, действительно, время было уже позднее, и участники семинара пошли спать, чтобы поутру вернутся к этой теме. Они не могли знать, что утро внесет свои коррективы… 

…

*14. Сеньоры, а может, не надо…

…Ехать туда? – почти жалобно спросил Карлос Сурито, локальный жандарм дистрикта Имбаро, обращаясь к двум гонконгским китайцам - офицерам из столичной охранки. Но столичные гости были непреклонны.

- Мистер Сурито! Приказы не обсуждаются! – жестко сказал старший из гостей, - Все сомнительные отели в сельве должны быть проверены! Наше задание: проверить этот мини-отель. Садитесь за руль и везите нас в этот мини-отель!

- Зря вы это, сеньоры, - печально ответил жандарм, и полез за руль старого джипа. Под рулевой колонкой джипа была приклеена какая-то маленькая посторонняя коробочка с кнопочкой и лампочкой, и жандарм, как бы невзначай, нажал эту кнопочку. Лампочка коротко тускло мигнула синим светом…

…У некой девушки муи-муи вдруг негромко зазвенела почти незаметная пластиковая клипса на левом ухе. Это произошло за завтраком в маленькой столовой мини-отеля, и реакция девушки была спокойной.

- Галего, - обратилась она к мальчишке-официанту, - слушай меня. Сейчас ты отведешь сеньора и сеньору на водопад Солсоноро. Будете ждать. Я приду туда.

- Да, - ответил мальчишка, и крикнул что-то своему напарнику.

- Что происходит, Шошо? – тревожно спросил Лео.

- Вы идете с Галего. Прямо сейчас. Так надо, - ответила она.

- Что-то случилось? – предположила Леа.

- Да, - лаконично ответила юная туземка.

…

Отсюда ясно, что Карлос Сурито с двумя офицерами охранки не имели шансов застать супругов Варгас в мини-отеле. Но, до мини-отеля еще надо было доехать, и вот с этим возникла проблема: старое дерево рухнуло, перегородив своей большой кроной узкую грунтовую дорогу в миле от отеля.

- Эх… - вздохнул жандарм, и остановил джип, - …Эх, не надо было сюда ехать. 

- Прекратите вздыхать, как баба! – рявкнул старший из двух офицеров охранки, вынув пистолет из кобуры.

- Там что-то движется, - сообщил ему младший коллега, и тоже вытащил пистолет.

- Это, - сказал старший, приглядевшись, - просто голая туземная девчонка, она что-то выковыривает из-под коры. Кажется, она жрет каких-то червяков.

- Гадость… - пробормотал младший офицер, тоже присмотревшись, и скривившись от отвращения.

- Дикари! - прокомментировал старший, - Идем! Надо просто оттащить это дерево.

- Эх, - снова вздохнул Сурито и, выйдя из джипа, поплелся вслед за двумя китайцами.

Туземка (кстати, не голая, а в набедренной повязке) бросила короткий взгляд на трех приближающихся мужчин, и продолжила питаться белыми червяками, которых ловко извлекала из-под отломанного куска коры.

- Она тут одна, - заключил старший офицер охранки, убирая пистолет в кобуру, - так! Сейчас берем дерево за вот эти толстые ветки и тащим вместе. Ясно?

- Да, шеф, - сказал младший, тоже убрал оружие и, вслед за старшим, взялся за ветку.

- Вам особое приглашение нужно? – сердито спросил старший, глянув на жандарма.

- Не нужно, - пробурчал тот, и собрался тоже схватиться за ветку, но….

…Туземка, видимо, сообразив, что сейчас эти трое помешают ее питанию, вскочила, подошла к ним и обиженно заверещала что-то на своем непонятном языке.

- Мистер Сурито! – строго сказал старший офицер охранки, - Объясните ей, что мы не претендуем на червяков. Мы оттащим дерево с дороги, и пусть она жрет дальше.

- Я не знаю их языка, - сообщил жандарм.

- Тогда объясните жестами. Вы же как-то объясняетесь с этими дикарями.

- Я попробую, - неохотно согласился тот, подумал немного, потом показал пальцем на поваленное дерево, потом на дорогу, потом в сторону, а потом на туземку.

Кажется, последний жест был неправильно понят (может, не следовало так показывать пальцем). Девушка опять заверещала, вытянула руки, и стала отталкивать жандарма.

- Прекрати! – крикнул старший офицер охранки, и перехватил ее правую руку. Это была ошибка. Туземка мигом вывернулась, и сразу же выбросила левую руку вперед и вверх, изрядно царапнув обидчика по щеке.

- Вот сука! - воскликнул младший офицер охранки, увидев, как на щеке шефа возникли четыре кровавые полосы от ногтей… Тут туземка, развернувшись, плюнула ему в глаза обильной сиреневой слюной (тщательно пережеванными червяками).

- А-а-а!!! – завопил он, потому что глаза будто обожгло концентрированной кислотой.

- Иисус и Мария… - выдохнул локальный жандарм, отскакивая назад.

Между тем, старший офицер охранки громко захрипел, неестественно изогнулся, будто неведомая сила скручивала его в штопор, и рухнул на землю. Младший офицер прижал ладони к обожженным глазам. В этот момент туземка прыгнула на него, обхватила его руками и ногами, и впилась зубами в его шею под левым ухом. Еще миг, и она вырвала изрядный кусок мяса. Сразу же из разорванной артерии брызнул фонтан крови. 

- Иисус и Мария… - шепотом повторил жандарм, и стал медленно отступать к джипу.

- Хр… - утробно прорычала туземка, отцепилась от упавшего тела младшего офицера, стремительно истекающего кровью, и в руках у нее оказался пистолет, извлеченный из кобуры на его поясе. Этот пистолет недвусмысленно смотрел в лоб жандарму.