Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

Она улыбнулась ему так ослепительно, что Джаред понял – он уже солгал. Через три месяца, три года или три десятилетия он все равно будет обладать этой женщиной! Взглянув на протянутую ему руку, капитан покачал головой:

– Я думал, мы скрепим этот договор поцелуем.

– Хорошо, будь по-вашему.

В следующий миг она прижалась губами к его рту и почти сразу отпрянула.

Джаред приподнял темную бровь. «И это она называет поцелуем? – изумился он. – Если уж на то пошло, то моя маленькая племянница хотя бы чмокает звонче. – Глаза его многозначительно потемнели. – Ну уж нет, – думал он, – эта маленькая мисс еще постарается для меня. И как следует постарается».

– Ну так когда мы перейдем к делу?

– К какому делу? – удивилась девушка.

– К поцелуям.

Фелисити удивленно захлопала ресницами:

– Я ведь только что вас поцеловала.

– Ну нет, не лгите. Уж я бы наверняка заметил это. Я вообще всегда помню, когда леди меня целует.

Фелисити увидела улыбку на его губах и поняла, к чему он клонит.

– Вероятно, ваша хваленая память начинает подводить вас. И потом, я вижу, у вас было так много, даже чересчур много…

– Ну, не так уж и много, как вы полагаете. Но все же я могу разобраться, когда меня целуют, а когда просто морочат голову.

– Похоже, мои поцелуи настолько мало для вас значат, что вы способны тут же забыть о них. Придется вам учесть, капитан, что я не обладаю вашим опытом.

– Ах да, вы уже говорили, что прежде ни разу не целовались с мужчиной. – Секунду помолчав, Джаред вздохнул: – Так и быть, я вас научу.

– Ну, учите, раз вы лучше всех все умеете.

– Конечно, умею, – с готовностью подхватил Джаред. – Смотрите. Сначала сделайте вот так… – Он взял ее руки и притянул к своему лицу.

Фелисити не испугалась. Она улыбнулась, понимая, что сможет остановить все это единым своим словом.

– Но ведь это не поцелуй, – сказала она. – Это лишь прикосновение.

– Это часть поцелуя, точнее – его начало.

Девушка подумала, что небольшой забавный урок не причинит ей никакого вреда. Она сделала то, что он сказал, и с удивлением обнаружила, что ей даже нравится осязать его кожу. Прежде она никогда не думала, что простое прикосновение к мужскому лицу столь необычайно. Лицо Джареда оказалось жестче, чем ее собственное. Ощущение шероховатости под ладонями оказалось даже приятным. Нет, «приятным» – не то слово. Просто иным, непохожим на…

– Что такое? – спросил Джаред, заметив странное выражение ее глаз.

– Кожа совсем другая.

– Вы правы, другая. Теперь приближайте свой рот к моему.

Фелисити тут же прижала губы к его губам, но Джаред отшатнулся:

– Еще рано. Не нужно так резко.

Фелисити нахмурилась:

– Почему?

– Потому что сначала надо вот так, – сказал он, нежно погладив ее губы своими.

– Но это же очень просто! А носами потереться не надо?

– Да, это просто, И носами, если нравится, тоже можно.

Фелисити тихонько хихикнула:

– Как нелепо. Неужели все люди этим занимаются?

Джаред улыбнулся:

– Почти все.

Фелисити никак не могла поверить в то, что он не шутит.

– Выходит, поцелуй – это весьма долгое дело?

– Долгое, если все делать правильно.

– Что ж, благодарю вас. Это было очень мило, – сказала девушка, собираясь уйти.

Джаред крепче обнял стройный стан Фелисити.

– Однако я не закончил.

– Но…

– Не надо так много разговаривать. Если отвлекаться, то все забудешь, а я хочу, чтобы в следующий раз вы ничего не напутали.

Фелисити кивнула и послушно замолчала. Он снова провел губами по влажной поверхности ее губ, а потом неожиданно проник языком внутрь. Это ощущение показалось ей довольно приятным, особенно когда он задышал и по всему ее телу распространилось тепло этого дыхания. Фелисити не успела хорошенько обдумать происходящее, потому что Джаред, почувствовав себя увереннее, слегка прикусил ее нижнюю губу.

Девушка решила, что это очень странно. Она хотела возразить, но рука Джареда крепко и в то же время нежно придерживала ее затылок, так что она не могла пошевелиться. При этом он стал водить языком по губе Фелисити, и она, сосредоточившись на новых ощущениях, была так заинтригована, что забыла о своем намерении возражать.

Наслаждаясь приятным щекочущим чувством внизу живота, Фелисити поняла, что в голове у нее все перемешалось. Она как будто помнила, что собиралась возражать, но теперь уже не могла сказать, чему именно. Ах да, поцелую! Она собиралась сказать Джареду… Фелисити снова свела брови, не понимая, что заставило ее зайти так далеко. Однако это было приятно, более чем приятно.

И она с радостью предалась удовольствию, отныне действуя заодно с Джаредом. Особенно ей понравилось, когда он, отпустив ее нижнюю губу, взялся за верхнюю. Фелисити даже не думала, приятно ей это или нет. Она вообще забыла, что значит думать, отпустив на волю свои естественные порывы.

Приложив небольшое усилие, Джаред разомкнул ее зубы, и кончик его горячего языка осторожно коснулся дрожащего языка Фелисити. От этого ощущения девушка затрепетала. Просто не верилось, что это настолько приятно. Неужели все так и целуются? И почему она столько времени была лишена этого удовольствия?

Она тоже провела кончиком языка по его языку, и Джаред застонал от удовольствия. Теперь он обследовал языком глянцевитую влажную пещерку ее рта, сладкую, как некий диковинный десерт, и такую восхитительную, что он и представить не мог прежде. Похоже, ему никогда не насытиться ею до конца…

Фелисити почувствовала ужасную слабость и, буквально растаяв в его объятиях, стала так податлива, что у Джареда учащенно забился пульс, сигналя о знакомом желании. Но он понимал, что лишь напугает ее, если будет настаивать на большем. О нет, она должна сама постепенно узнать, что второй шаг, а за ним и третий не менее прекрасны, чем тот, который она сделала сегодня. Она должна жаждать продолжения, как жаждет его он сам.

Джаред снова нежно пососал ее губу, так нежно, что девушка ахнула, явно прося его быть понастойчивее. Но он уже перешел к нижней губе и довел поцелуй до конца так же, как начал, – легким, едва ощутимым прикосновением.

Фелисити, с трудом переведя дыхание, спросила:

– Значит, вот оно как?

Она озадаченно свела брови. Что это с ней, в самом деле? Почему так волнуется грудь?

Джаред уткнулся в рыжие локоны, упиваясь сладким ароматом ее волос. Это был самый продолжительный и самый чудесный поцелуй, а Фелисити даже не догадывалась об этом. Слегка охрипшим голосом он ответил:

– Да, вот так.

– Жаль, что я так долго ничего об этом не знала.

Джаред не мог разделить ее сожаления. Ему как раз понравилась полная неискушенность Фелисити и, сказать по чести, не терпелось перейти к следующей ступени обучения.