Очарованный красотой - Патриция Пелликейн

До встречи с мисс Фелисити Драйден Джаред полагал, что столь бесчестное поведение с его стороны совершенно невозможно ни при каких обстоятельствах. Женщин у него хватало, но ни одна не входила в его спальню и не ложилась к нему в постель по принуждению.

Джаред вздохнул, но тут же улыбнулся. У него не было сомнений, что Фелисити быстро уступит. В этой девушке он чувствовал огонь. Он уже вкусил жар ее кожи, сладость ее дыхания и потому знал, какое невообразимое наслаждение ждет их обоих.

– Добрый вечер, мисс, – сказал Джаред. Он заметил, что его голос заставил Фелисити вздрогнуть от неожиданности. – А я думал, что вы давным-давно видите сны.

Ну вот наконец он появился. Только Фелисити не знала, легче ли ей стало от этого. Еще ни разу в жизни она так не волновалась. Сейчас, в самые ближайшие минуты, она услышит, что ему надо. Что ж, по крайней мере хотя бы подошел конец этому жуткому ожиданию.

– Я вышла подышать свежим воздухом.

Джаред снова улыбнулся. Очевидно, она чересчур взволнованна и не в состоянии спокойно заснуть. Прекрасно, он знает снадобье от бессонницы.

– Полагаю, это опасно – в одиночку бродить по саду среди ночи?

Фелисити насмешливо посмотрела на него:

– Ничего подобного. За этой оградой не место всяким подонкам.

Джаред догадался, что нелестное определение могло относиться к нему.

– Вы думаете, никто не сумеет перелезть через забор?

– С какой целью? Вы можете представить себе бандита, которому вдруг очень захотелось сорвать в саду цветочек?

Джаред улыбнулся этому ответу. Ну что за отважная малышка! Он посмотрел на ее красивый рот и представил, каковы будут эти податливые губы в поцелуе. Эта мысль заставила Джареда взволноваться. Он уже чувствовал, что неуемное желание сказывается на его мозгах. Прежде ему никогда не доводилось связываться с колкими на язык дамочками. До встречи с Фелисити ему нравились нежные девушки с пышными формами, с удовольствием разделявшие с ним приятные мгновения близости, а потом уходившие от него с сияющими глазами. Но у этой и глаза, и улыбка сияли ярче, чем у всех осчастливленных Джаредом женщин. Портило картину лишь ее нежелание принадлежать ему. Но капитан верил, что сумеет справиться с этой проблемой. Он посмотрел на нее чарующим взором:

– Но ведь вы и есть самый прелестный цветок в этом саду. Так что вас-то скорее всего и могут сорвать.

Фелисити отвернулась:

– Уже поздно. Мне пора.

– Останьтесь, – почти приказал Джаред и, смягчив свое требование улыбкой, добавил: – Ведь несколько лишних минут ничему не повредят, не так ли?

Фелисити не могла больше терпеть эту пытку. Он, кажется, решил поиграть с ней в кошки-мышки. Сначала исчез на три дня, явно для того, чтобы разжечь ее беспокойство, теперь наконец появился и рассчитывает продолжать эту бессовестную интригу, зная, что каждое лукавое слово, им произнесенное, будет не раз обдумано и тщательно взвешено ею. Он все равно не мог бы придумать ничего хуже, чем эта игра на нервах. Он знал о ней все. Теперь надо было узнать только, что он собирается делать с этими сведениями.

– Ну хорошо, капитан, давайте поговорим начистоту. Что вы хотите за свое молчание?

Хотя она и храбрилась, но все же явно была напугана. Джаред поскорее отбросил глупое сострадание. Надо действовать, пока не упущена единственная представившаяся ему возможность. Он желал эту девушку и знал, что может потом всю жизнь тщетно дожидаться другой такой удачи. Иного пути у него не оставалось, и он выпалил:

– Вас.

Фелисити поняла это еще в ту страшную ночи, но почему-то убеждала себя, что капитан Уокер как-никак джентельмен и ей удастся выпутаться из ситуации, не уронив достоинства. Услышав, с какой легкостью он начинает торг за обладание ее телом, Фелисити вздрогнула. Очевидно, он принимал ее за некую вещь, созданную ради его удобства и удовольствия. И все же в каком-то смысле сам факт открытого разговора принес ей облегчение.

– Что ж, по крайней мере, без обиняков, – отвечала она.

Джаред улыбнулся:

– Беру пример с вас, мисс.

Фелисити нахмурилась. Непонятно почему, но эти слова придали ей смелости.

– Но кто даст мне гарантии, что вы никому не расскажете?

– Никто. Но у вас есть единственная надежда на это, если вы удовлетворите меня.

– Но ведь я могу все отрицать. Что тогда?

– А как вы думаете, кому из нас скорее поверят? Преданному офицеру короля или прелестной девушке из колоний? – Представив себя на месте судьи, Джаред пожал плечами: – Впрочем, у вас, наверное, есть надежда. Прекрасным леди в суде частенько сочувствуют. Хотите попытаться?

Фелисити не стала долго раздумывать над этим вопросом. Ответ был уже известен. Нельзя рисковать всем, имея лишь слабую надежду, что ей могут поверить. Слишком многo было поставлено на карту, в том числе и собственная жизнь. Девушка поклялась себе, что не станет умолять его даже в случае крайней необходимости. Вместо униженных просьб она предупредила:

– За это я вечно буду вас ненавидеть.

– Возможно, но для начала хотя бы ненадолго получите удовольствие от близости со мной.

Это самоуверенное заявление снова заставило ее нахмуриться.

– Вы настоящий англичанин, сэр. Среди вас вообще нет ни одного, кого не назовешь заносчивым, бессердечным ублюдком.

Джаред не обратил внимания на определения, совершенно немыслимые в устах истинной леди. Все это ни на минуту не остудило его желания. Скорее даже распалило его. Все, что бы ни сделала и ни сказала эта женщина, воодушевляло его сильнее и сильнее.

– Что ж, вы можете начать прямо сейчас.

– То есть?

– То есть подойти сюда.

Фелисити сделала, что он велел, и, подбоченившись, встала напротив своего мучителя, испепеляя его гневным взглядом.

– Ну и что теперь?

– Теперь можете поцеловать меня.

Увидев вспыхнувшие недобрым пламенем глаза, Джаред сразу же понял ее намерения и быстро накрыл руки девушки своими.

– Если будете меня бить, вы не избавитесь от ваших проблем, мисс.

– Если убью – избавлюсь! – прошипела она.

Капитан улыбнулся:

– Поцелуйте меня, Фелисити. Давайте посмотрим, как вы это умеете делать.

Только теперь девушка поняла окончательно: он желал получить не только ее тело. Ему нужно было ее полное содействие в затеянных непристойностях. Нy нет, уж лучше умереть!

– Знаете что, капитан? Арестуйте меня прямо сейчас. Не родился еще тот мужчина, ради которого я стану развратничать.

– А как насчет вашего отца? – спросил Уокер. Он не раз слышал нежность в голосе Фелисити, когда она вспоминала своего родителя, и понял, что если леди и любит кого-нибудь, так это мистера Томаса Драйдена.