Варрэн-Лин: Узы Стаи - Юна Ариманта

Почувствовав, что давящее чувство граничит с болью, она резко выдохнула, расслабляясь и принимая его естество в свое тело. Член тут же скользнул в поддавшуюся плоть и, по увлаженному спермой Штороса проходу, погрузился сразу на всю длину.

Динка вскрикнула от пронзившего ее наслаждения, и сжав внутри себя его кол, замерла, содрогаясь в сладких спазмах и хватая ртом воздух. Тирсвад, дав ей лишь несколько мгновений, чтобы отдышаться и привыкнуть к его вторжению, подхватил ее под бедра и, приподняв над собой, яростно начал врываться в ее тело, выталкивая себя вверх бедрами.

— Ах! — Динка очень быстро подхватила темп, приподнимаясь над ним и выпуская его из себя почти полностью, а затем вновь погружая его в свое тело. Движение внутри ее тела вновь распаляло не успевшее раствориться вожделение. Вот только теперь ей одного Тирсвада было мало. Ей жизненно необходимо было быть наполненной еще больше, ощущать вокруг себя любимые мужские тела. Слышать их стоны, испытывать их ласки.

— Шторос! — простонала она. — Хоегард! Дайм!

— Я здесь, — отозвался рыжий, припадая губами к ее выпяченной груди, и тут же ласково поинтересовался: — Маленькой шлюшке мало одного члена?

— М-м-м… — простонала Динка, не в силах облечь свои желания в слова.

— Эй, Хоегард, — Шторос обернулся и легонько пнул босой пяткой лежащего в стороне товарища. — Нашей женщине нас двоих мало. Иди, помогай.

Шторос схватив Динку за подбородок двумя пальцами приподнял ее голову и начал властно требовательно целовать, проникая языком к самому горлу.

— Я воздержусь сегодня, — тихо ответил Хоегард, не пошевелившись.

— Я тебе воздержусь! — рявкнул Шторос, на миг отрываясь от Динкиных губ и с силой пиная Хоегарда в плечо. Хоегард неохотно развернулся и подполз к ним.

— Хоегард? — шепнула Динка, не прекращая двигаться и постанывая от пронзающего ее тела удовольствия.

Хоегард оседлал бедра Тирсвада и накрыл ладонями ее грудь, сжимая соски между пальцами, а сам прижимаясь губами к ее шее.

— Я здесь, малышка, — прошептал Хоегард ей на ухо, вопросительно поглядывая на Штороса.

— Хочу тебя! — Динка прикрыла глаза и со стоном откинула назад голову, подставляя шею губам Хоегарда. На грудь ей легли руки Штороса, бережно укладывая ее спиной на лежащего внизу Тирсвада. А Хоегард удобнее устроившись верхом на бедрах Тирсвада, подхватил ее под колени, чтобы не давить ей на живот, и, медленно ускоряясь, начал входить в ее лоно. Динка ахнула от новых ощущений, хватаясь за руку Штороса, которая все еще лежала на ее груди, и сжала внутри себя член Тирсвада. Он теперь был неподвижен, но каждый толчок Хоегарда, передающийся ему через тонкую перегородку внутри Динкиного тела, срывал с его губ хриплый стон удовольствия.

Динка облизнула пересохшие губы, и тут ей на язык упала сладкая капля «огненной воды». Динка жадно слизала ее и снова приоткрыла рот. За первой каплей последовала вторая и третья. Динка приоткрыла глаза, чтобы понять, что происходит, и увидела сидящего над ее головой Штороса. Он снова ласкал сам себя, двигая рукой вверх и вниз по своему члену, у самого ее лица. А с влажного, омытого из сосуда, члена ей на губы капала красная «вода» со вкусом топленого молока.

Динка, застонав от бесстыдного жгучего вожделения, заходящего при виде члена Штороса на новый круг, потянулась губами к нему. Шторос не заставил себя долго упрашивать, и вот уже третий член проник в ее тело, скользя нежной чувствительной головкой по ее губам, языку и настойчиво продвигаясь глубже.

Мужчины стонали на три голоса, сжимая ее в объятиях, а Динка не могла издать ни звука, потерявшись в ощущениях, каждое из которых сводило с ума своей чувственностью. Наслаждение разрывало ее на части, но в то же время и соединяло в единое целое с тремя мужчинами. Из глаз катились слезы, а по телу прокатывались сладкие судороги. И Динка тонула-тонула-тонула в этом океане блаженства.

Серьезный разговор

Когда все закончилось, мужчины растянулись вокруг нее и мгновенно засопели. Ребенок в животе тоже затих, то ли убаюканный ритмичными толчками, то ли испугавшийся криков. А Динка неподвижно лежала в объятиях своих мужчин, все еще вздрагивая от остаточных разрядов удовольствия, пробегающих по телу. Сна не было. Она осторожно потрогала свой живот, пытаясь понять все ли там в порядке. И, получив в ответ ленивый пинок изнутри, успокоилась.

Она приподнялась над шкурами и повертела головой. Шторос спал справа от нее, привольно раскинув в стороны руки, а Тирсвад вытянулся рядом с ним, касаясь его головой. И Динка невольно залюбовалась на разметавшиеся вокруг них волосы цвета меди и цвета серебра, переплетающиеся в живописном беспорядке. Хоегард лежал лицом к ней слева на боку, подложив ладонь под щеку, как ребенок. Динка с нежностью рассматривала его. После близости с ней он расслабился. Во сне его лицо было спокойным и умиротворенным, все тревоги с него сошли, а красиво очерченные губы тронула нежная улыбка.

«Надо завтра обязательно расспросить его, что сказала ему мама», — наказала сама себе Динка. Несмотря на то, что внешне все было хорошо, что-то глодало его изнутри. Динка не пропустила тот момент, когда он был так погружен в свои переживания, что пытался отказаться от близости. Если бы не Шторос, то так и лежал бы сейчас, барахтаясь в собственных чувствах. Но Хоегард был не единственный, кому сейчас было непросто. Динка обернулась.

Дайм лежал у ее головы точно в той позе, что и тогда, когда она на него кричала. В том, что он не спит, она не сомневалась. Разве уснешь, когда на расстоянии вытянутой руки такое происходит? Но и поучаствовать в общем удовольствии он почему-то не пытался. Сердится на нее? Динке стало стыдно за свои выпады в его адрес. Он всего лишь пытается уберечь то хрупкое равновесие, которого они, наконец-то, достигли.

Динка протянула руку и нежно погладила его мускулистое плечо. Дайм повернул голову и посмотрел на нее совершенно ясным взором.

— Прости меня, — прошептала Динка. — Я была груба...

— Прогуляемся? — вдруг предложил Дайм, внимательно разглядывая ее лицо.

— Давай! — обрадовалась Динка. Спать не хотелось, а лежать среди спящих мужчин, боясь их потревожить, было скучно и утомительно.

Не превращаясь в истинный облик, они, крадучись, выбрались из пещеры. Дайм остановился и посмотрел на нее сверху вниз своими желтыми глазами. Динка почувствовала, как внутри все трепещет от непонятного волнения, а