Крылатый воин - Александр Васильевич Чернобровкин

роли судовладельца. Танкеров сейчас не хватало. «Французская нефтяная компания» готова была зафрахтовать его сразу по вводу в строй. У компании «Мастерские и верфи Франции» был готовый проект танкера за миллион девяносто тысяч — собственный вариант американской серии Т-2А1 дедвейтом шестнадцать тысяч четыреста восемьдесят тонн. Я попросил прислать чертежи, внес в них изменения, добавив много чего, включая двойное дно и балластные танки. Пока что балласт набирают в танки и сливают вместе с остатками нефти. Я знаю, что подобную практику вскоре запретят и после какой-то посадки на мель танкера и сильного разлива нефти потребуют, чтобы у всех было двойное дно. Расчеты сделал сам, а с чертежами помог профессионал.

Судостроительная компания по достоинству оценили мои изменения, попросив продать им права на некоторые предложенные мной изменения. Я согласился. В итоге, несмотря на больший объем работ и расход материалов, цена осталась прежняя. Пообещали управиться за год.

В конце ноября до Западной Европы добрался фильм о летчиках «Я вернусь». Смотрели в кинозале князя Монако, который имел, так сказать, право первой ночи для любого фильма, который показывали в кинотеатрах страны. Якобы цензура. Правда, я не слышал, чтобы хоть какой-нибудь фильма запретили. После просмотра копия возвращалась владельцу. Картина понравилась всем, кроме меня. Идиоты-режиссеры так ни разу и не поняли мои скрытые посылы, заложенные в сценарии, даже написанные заглавными буквами и подчеркнутые. Что с них взять⁈ Режиссером может быть каждый дурак. И только.

На следующее воскресенье мы с Алисой приехали во дворец, чтобы после ужина в узком кругу посмотреть американский фильм «Могамбо» — сопли с сахаром на фоне африканских пейзажей. Впрочем, талантливые талантливее всего обсирают других талантливых. Главную роль исполнял Кларк Гейбл, от которого Ренье Третий без ума. Я даже подумал, не скрытый ли гомосексуалист, как его папаша? В фильме меня заинтересовала актриса второго плана. На имя в титрах я не обратил внимания, но, увидев ее, а девушка очень приметная, вспомнил всё.

— Как тебе актриса, сыгравшая Линду? — спросил я князя.

— Красивая девушка и неплохо справилась с ролью, — ответил он. — Наверное, восходящая звезда Голливуда. Надо будет посмотреть ее имя.

— Грейс Келли, — подсказал я.

— Запомню, — произнес он без энтузиазма.

Еще и как запомнишь, дорогой мой! Это твоя будущая жена. Самая известная свадьбы двадцатого века. Актриса принесет тебе богатое приданое, нарожает детей и, если верить злым языкам, отрастит ветвистые рога.

— Ты знаешь Грейс Келли? — раздраженно спросила Алиса, когда мы ехали домой.

Она опять беременная и вредная. Или наоборот?

— Нет. Литературный агент писал, что она должна была сыграть в моем фильме, но не срослось по какой-то причине, — на ходу придумал я.

Жена почувствовала, что я что-то скрываю, и насупилась.

— Мне кажется, она была бы хорошей парой князю, — сказал я.

— Ты думаешь, такое возможно⁈ — удивилась Алиса.

— Что именно? Что он снизойдет до нее или она до него? — иронично поинтересовался я.

— Оба, — нашлась дипломатичная жена.

— В кинематографе самая невероятная чушь может стать былью, — поделился я жизненным опытом.

165

В моем доме появились голландский катушечный магнитофон «Филипс» и французский телевизор «Томпсон». Первый стоит в моем кабинете, иногда слушаю музыку, чтобы не слышать телевизор, который стоит в холле. Наконец-то в Марселе и потом в Ницце появились телевизионные ретрансляторы, благодаря которым можно было принимать сигнал и в Монако при хорошей антенне. Я мог позволить себе такую. Точнее, жене и теще. Сам это черно-белое убожество на семнадцатидюймовом экране смотреть не желал. Показывает всего один канал «Радио-телевещание Франции». Новости, телеспектакли, цирк, варьете, «Чтения для всех», «Жизнь животных», «Последовательность наблюдателя» о фильмах в кинотеатрах… Работал телевизор с утра до ночи, даже когда никто не смотрел. Создавал эффект наполненности дома людьми — когда ни зайдешь, целая толпа. Ни за что не угадаете, какую комнату чаще и дольше всего убирала горничная.

Двадцать пятого апреля Алиса родила дочку, которую назвали Элен. Теперь земной шар вертелся вокруг девочки, нас с сыном оставили в покое. Я накупил малому конструкторов, сборную железную дорогу и солдатиков, так что не скучает. Обычно приходит в мой кабинет и играет там, чтобы не мешали взрослые. В это время я работаю над сценариями, не отвлекаю его.

Мне пришло в голову, что два танкера лучше одного. Так я смогу набрать три экипажа, чтобы работали шесть месяцев через три, как сейчас принято, или четыре через два, как станет через сколько-то там лет. Пока что французы готовы служить в торговом флоте. Точнее, рады любой хорошо оплачиваемой работе. Начиная с конца двадцатого века их не загонишь на суда, совершающие продолжительные рейсы. Даже под французским флагом экипажи будут сборной солянкой из стран второго мира. Изредка попадаются старшие офицеры предпенсионного возраста, дорабатывающие на достойную старость, и неудачники, у которых не сложилась личная жизнь. Остальным западноевропейцам будет западло шляться подолгу вдали от родного дома. Только на пассажирских лайнерах офицеры будут французами. Так там курорт, а не работа. Некоторые на суше живут хуже.

Компания «Мастерские и верфи Франции» полностью со мной согласна и даже готова сделать пятипроцентную скидку, если закажу у них еще один такой же танкер. Я договорился, что на этот раз платеж будет по частям. Небольшую сумму внесу сразу, а остальное после Нового года, когда получу дивиденды по акциям американских компаний и продам их. Пора распрощаться с американской собственностью, чтобы власти не могли прихватить меня за неуплату налогов. Я для них исчез. Приезжать в США не собираюсь, но все может быть. Что-то получу от «Французской нефтяной компании», которая ускоренными темпами гасит выданный мною кредит «Химическому заводу Ла Мед». Все равно денег на второй танкер не хватит, придется брать кредит под залог его.

Чтобы сумма долга была меньше и что-то осталось на жизнь, я решил написать киносценарий. К тому же, была весна, а это сезон, когда наиболее ярко обостряется маниакально-депрессивный психоз. По крайней мере, мне весной пишется намного легче, чем зимой или летом. Лучше только осенью, когда эта болезнь тоже буйствует. Решил не мудрствовать лукаво, вспомнил вестерн, который смотрел в молодости, и сделал вариацию на его тему. На этот раз индейцы были плохими, но роль их второстепенна, просто одна из преград на пути к цели. Назвал «Меткий стрелок». Не понравится, поменяют.

Присутствие трехлетнего сына в кабинете почти не мешало мне. Наоборот. Закончив вестерн, я подумал, а почему бы не написать комедию об отце, которому оставили на время маленького ребенка? Это же кладезь комичных ситуаций. Я видел несколько