Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

крестьянами или ремесленниками. Один из его последователей, Георг Мор, закрыл школу, в которой он преподавал, и увещевал родителей оградить своих детей от букв. Несколько студентов покинули университет и отправились домой учиться ремеслу, заявив, что в учебе больше нет необходимости.

Услышав обо всем этом, Лютер опасался, что его консервативные критики вскоре оправдаются в своих частых предсказаниях, что его отречение от церковной власти ослабит все узы социальной дисциплины. Бросив вызов запрету императора и отказавшись от защиты курфюрста, если Карл попытается его арестовать , Лютер покинул свой замок, вновь принял монашескую рясу и постриг и поспешил в Виттенберг. 9 марта 1522 года он начал серию из восьми проповедей, в которых сурово призывал университет, церкви и горожан к порядку. Теперь он отвергал все призывы к силе: разве не он освободил миллионы людей от церковного гнета, не поднимая пера? "Следуйте за мной", - сказал он. "Я был первым, кому Бог доверил это дело; я был тем, кому Он впервые открыл, как должно быть проповедано вам Его Слово. Поэтому вы поступили неправильно, начав такую работу, не посоветовавшись со мной ..... .94 Дайте мне время.... Не думайте, что от злоупотреблений можно избавиться, уничтожив предмет, которым злоупотребляют. Мужчины могут ошибаться с вином и женщинами; так неужели мы должны запретить вино и упразднить женщин? Солнцу, луне, звездам поклонялись; так неужели мы должны смахнуть их с неба? "95 Не следует препятствовать тем, кто желает хранить картины, статуи, распятия, музыку или мессу; он сам одобрял религиозные изображения.96 Он распорядился, чтобы в одной виттенбергской церкви Месса совершалась по традиционному обряду; в другой причащались только хлебом у главного алтаря, но хлебом и вином у бокового алтаря. Форма, говорил Лютер, не имела большого значения; важен был дух, в котором принималась Евхаристия.

В этих восьми проповедях за восемь дней он был самым лучшим и самым христианским. Он рисковал всем, чтобы вернуть Виттенберг к умеренности, и ему это удалось. Цвиккауские пророки пытались обратить его в свою веру и предложили в доказательство своего божественного вдохновения прочитать его мысли. Он принял вызов; они ответили, что он испытывает тайную симпатию к их идеям; он приписал их ясновидение дьяволу и приказал им покинуть Виттенберг. Карлштадт, отстраненный от должности восстановленным городским советом, получил пасторство в Орламюнде, с кафедры которого он обличал Лютера как "прожорливого церковника .... нового виттенбергского папы".97 Предвосхищая квакеров, Карлштадт отказался от всех клерикальных одеяний, облачился в простой серый плащ, отказался от титулов, просил называть его "брат Андреас", отказался от оплаты своего служения, зарабатывал на жизнь плугом, отказался от употребления наркотиков, предпочитал молитву медицине, выступал за многоженство как библейское и принял чисто символическое представление о Евхаристии. По просьбе курфюрста Лютер отправился в Орламюнде, чтобы проповедовать против него, но его выгнали из города, забросав камнями и грязью.98 Когда крестьянское восстание потерпело крах, Карлштадт, опасаясь ареста как подстрекатель, искал убежища у Лютера и получил его. После долгих скитаний уставший радикал нашел место профессора в Базеле и там, в 1541 году, мирно скончался.

VII. ОСНОВЫ ВЕРЫ

Лютер возобновил неровный ритм своей жизни в качестве священника своей общины и профессора университета. Курфюрст платил ему 200 гульденов (5 000 долларов?) в год, к которым каждый студент добавлял небольшой гонорар за посещение его лекций. Лютер и еще один монах, теперь уже оба в мирском одеянии, жили в монастыре августинцев со слугой-студентом. "Целый год моя постель не заправлялась, и она стала грязной от пота. Но я работал весь день, а ночью так уставал, что падал в постель, не зная, что что-то случилось".99 Тяжелая работа делала его аппетит простительным. "Я ем как богема и пью как немец, слава Богу, аминь".100 Он часто проповедовал, но с гуманной краткостью и простым, энергичным языком, который держал в руках своих грубых слушателей. Единственными его развлечениями были шахматы и флейта; но, похоже, он больше наслаждался часами, которые проводил в нападках на "папистов". Он был самым сильным и несдержанным спорщиком в истории. Почти все его труды - это военные действия, сдобренные юмором и язвительными нападками. Он позволял своим оппонентам излагать свои мысли на превосходной латыни, чтобы их читали немногие ученые; сам он тоже писал на латыни, когда хотел обратиться ко всему христианству; но большинство его диатриб было написано по-немецки или сразу же переведено на немецкий, поскольку его революция была националистической. Ни один другой немецкий автор не сравнился с ним по ясности и силе стиля, по прямоте и резкости фразы, по счастливым, а иногда и уморительным подражаниям, по словарю, укоренившемуся в речи народа, и конгениальному национальному уму.

Печатание вписалось в его цели как, казалось бы, провиденциальное новшество, которое он использовал с неисчерпаемым мастерством; он первым сделал его двигателем пропаганды и войны. Еще не было ни газет, ни журналов; сражения велись с помощью книг, памфлетов и частных писем, предназначенных для публикации. Под влиянием восстания Лютера количество книг, напечатанных в Германии, выросло со 150 в 1518 году до 990 в 1524 году. Четыре пятых из них выступали в поддержку Реформации. Книги, защищающие ортодоксальность, продавались с трудом, в то время как книги Лютера были самыми покупаемыми в ту эпоху. Они продавались не только в книжных лавках, но и у разносчиков и странствующих студентов; на одной франкфуртской ярмарке было куплено 1400 экземпляров; даже в Париже в 1520 году они обогнали все остальные. Уже в 1519 году их экспортировали во Францию, Италию, Испанию, Нидерланды, Англию. "Книги Лютера есть везде и на всех языках, - писал Эразм в 1521 году, - никто не поверит, как широко он продвинул людей".101 Литературная плодовитость реформаторов перенесла перевес публикаций из южной Европы в северную, где он и остался с тех пор. Печатание было Реформацией; Гутенберг сделал Лютера возможным,

Высшим достижением Лютера как писателя стал его перевод Библии на немецкий язык. Восемнадцать подобных переводов уже были сделаны, но они основывались на Вульгате Иеронима, были полны ошибок и неловко сформулированы. Трудности перевода с оригинала были ужасающими; до сих пор не существовало словарей еврейского или греческого языка на немецкий; каждая страница текста вызывала сотню проблем толкования, а сам немецкий язык был еще сырым и только наполовину сформированным. Для Нового Завета Лютер использовал греческий текст, который Эразм отредактировал вместе с латинской версией в 1516 году. Эта часть работы была завершена в 1521 году, а опубликована в 1522-м. После еще двенадцати лет труда, в условиях постоянных богословских