Реформация. История европейской цивилизации от Виклифа до Кальвина: 1300—1564 гг. - Уильям Джеймс Дюрант

совесть находится в плену у Слова Божьего. Я не могу и не буду ни от чего отказываться, ибо идти против своей совести нехорошо и небезопасно. Да поможет мне Господь. Аминь.*76

Экк возразил, что невозможно доказать ошибки в вероучительных постановлениях соборов; Лютер ответил, что готов доказать такие ошибки, но император императивно вмешался: "Достаточно; поскольку он отрицает соборы, мы не желаем больше ничего слышать".78 Лютер вернулся в свой домик усталый от разборок, но уверенный в том, что он дал хорошее свидетельство в том, что Карлайл назовет "величайшим моментом в современной истории человечества".79 Император был потрясен не меньше монаха. Рожденный в пурпуре и уже привыкший к власти, он считал самоочевидным, что право каждого человека толковать Писание, принимать или отвергать гражданские или церковные постановления в соответствии с частным суждением и совестью, вскоре подорвет самые основы общественного порядка, ибо он, как ему казалось, основывался на моральном кодексе, который, в свою очередь, черпал свою силу из сверхъестественных санкций религиозной веры. 19 апреля он созвал ведущих принцев на конференцию в своих покоях и представил им декларацию веры и намерений, написанную по-французски и, по-видимому, им самим:

Я происхожу из длинного рода христианских императоров этой благородной германской нации, католических королей Испании, эрцгерцогов Австрии и герцогов Бургундии. Все они были до смерти верны Римской церкви, защищали католическую веру и честь Бога. Я решил следовать по их стопам. Один монах, который в течение тысячи лет идет вразрез со всем христианством, должен быть неправ. Поэтому я решился поставить на карту свои земли, своих друзей, свое тело, свою кровь, свою жизнь и свою душу. Выслушав вчера упорную защиту Лютера, я сожалею, что так долго медлил с выступлением против него и его лжеучения. Я больше не буду иметь с ним дела. Он может вернуться под своим конвоем, но не проповедуя и не устраивая беспорядков. Я буду действовать против него как против отъявленного еретика и прошу вас объявить о себе, как вы мне обещали".80

Четыре выборщика согласились на эту процедуру; Фредерик Саксонский и Людвиг Пфальцский воздержались. В ту ночь - 19 апреля - анонимные лица вывесили на дверях ратуши и в других местах Вормса плакаты с немецким символом социальной революции - крестьянским башмаком. Некоторые церковники были напуганы и в частном порядке предлагали Лютеру заключить мир с церковью, но он остался при своем мнении. 26 апреля он отправился в обратный путь в Виттенберг. Лев X прислал приказ о соблюдении правил безопасности.81 Тем не менее курфюрст Фридрих, опасаясь, что имперская полиция может попытаться арестовать Лютера после истечения срока конспиративного ареста 6 мая, с неохотного согласия Лютера устроил ему на обратном пути засаду, словно разбойники, и отвез в замок Вартбург для укрытия.

6 мая император представил на рассмотрение Сейма - уже поредевшего от многочисленных отъездов - подготовленный Алеандром проект "Вормсского эдикта". В нем Лютер обвинялся в том, что

осквернил брак, пренебрег исповедью и отрекся от Тела и Крови Господа. Он ставит таинства в зависимость от веры получателя. Он язычник в своем отрицании свободы воли. Этот дьявол в монашеском одеянии собрал древние заблуждения в одну зловонную лужу и изобрел новые. Он отрицает власть ключей и призывает мирян омывать руки в крови духовенства. Его учение ведет к мятежам, расколам, войнам, убийствам, грабежам, поджогам и краху христианства. Он живет жизнью зверя. Он сжег декреталии. Он презирает и запрет, и меч. Он наносит больше вреда гражданской, чем церковной власти. Мы работали с ним, но он признает только авторитет Священного Писания, которое он толкует в своем собственном смысле. Мы дали ему двадцать один день, начиная с 15 апреля..... . По истечении этого срока никто не должен укрывать его. Его последователи также должны быть осуждены. Его книги должны быть изглажены из памяти людей".82

Через два дня после представления этого эдикта Лев X перенес свою политическую поддержку с Франциска I на Карла V. Скупщина согласилась с эдиктом, и 26 мая Карл официально обнародовал его. Алеандр воздал хвалу Богу и приказал сжигать книги Лютера везде, где их найдут.

VI. РАДИКАЛЫ

Вартбург сам по себе был мрачным наказанием. Старинный замок, расположенный на вершине горы в миле от Айзенаха, был скрыт как от мира, так и от императора. Почти десять месяцев (с 4 мая 1521 года по 29 февраля 1522 года) Лютер провел там в мрачной камере, оборудованной кроватью, столом, печью и пнем в качестве табурета. Крепость охраняли несколько солдат, за территорией присматривал надзиратель, два мальчика прислуживали Лютеру в качестве пажей. Для удобства и, возможно, в качестве местной маскировки он сбросил монашескую рясу, облачился в рыцарское одеяние и отрастил бороду; теперь он был юнкером Георгом. Он ходил на охоту, но ему не нравилось убивать кроликов, когда вокруг было так много антихристов, еще не убитых. От безделья и бессонницы, а также от избытка еды и пива он стал больным и тучным. Он ругался и проклинал, как юнкер. "Лучше я буду гореть на живых углях, - писал он, - чем гнить здесь..... Я хочу быть в бою".83 Но министр Фредерика посоветовал ему скрываться в течение года, пока пыл Карла не остынет. Карл, однако, не предпринял никаких усилий, чтобы найти или арестовать его.

В интеллектуальном одиночестве Лютера терзали сомнения и галлюцинации. Может ли быть так, размышлял он, что он прав, а многие эксперты ошибаются? Разумно ли разрушать авторитет установленного вероучения? Неужели принцип частного суждения предвещает революцию и смерть закона? Если верить истории, которую он рассказал в своем анекдоте, в замке его потревожили странные звуки, которые он мог объяснить только как деятельность демонов. Он утверждал, что несколько раз видел сатану; однажды, по его словам, дьявол забросал его орехами;84 Однажды, гласит известная легенда, Лютер метнул в него бутылку с чернилами, но не попал.85 Он утешался тем, что писал яркие письма друзьям и врагам, сочинял теологические трактаты и переводил Новый Завет на немецкий язык. Однажды он совершил полет в Виттенберг, чтобы запустить революцию.

Его неповиновение в Вормсе и его выживание вызвали у его последователей восторг. В Эрфурте студенты, ремесленники и крестьяне напали и разрушили сорок приходских домов, уничтожили библиотеки и списки арендной платы, а также убили гуманиста (июнь 1521 г.). Осенью того же волнующего года монахи-августинцы из Эрфурта покинули свой монастырь, проповедовали лютеранский символ веры и осудили Церковь как "мать догм, гордыни, скупости, роскоши, безверия и лицемерия".86 В Виттенберге, пока Меланхтон писал свои "Loci