Чародейка - Кейт Остин

видела перед собой совсем другого человека. Неужели она тоже втянута в грязные делишки своего ковена? — Давай уже, шевели ногами, ты же не хочешь пропустить всё самое интересное, — рыжая ведьма схватила меня за руку и попыталась утащить за собой, но я упёрлась ногами в пол, сопротивляясь.

— Что пропустить? Куда ты меня тащишь? — попыталась высвободить руку, но следующая реплика ведьмы поубавила энтузиазма.

— Ты разве не слышала? Бьёрн бросил вызов Конору!

Я растерянно моргнула, пытаясь понять, правду она говорит или нет, но тут на нас налетела группа оживлённых студентов, из которой выскочил рыжеволосый ураган по имени Винсент Таббс.

— Слыхали, да? — переполняемый эмоциями, ведьмак активно затряс меня за локоть. — У оборотней очередная заварушка! — воскликнул он, глядя на нас глазами-блюдцами, в которых плескался океан любопытства и детского восторга.

Из меня словно выбили воздух. Я тяжело сглотнула и позволила на этот раз увлечь себя к выходу из замка. Чего ещё не хватало. Что ты творишь, Бьёрн?

Выскочив на улицу, мы с Беллс пустились к лесной опушке, взяв за ориентир поляну, на которой в более тёплое время года у нас проходили занятия по ведьмовским искусствам. Как раз за ней в глубине леса должна была состояться дуэль Бьёрна и Конора. Пока мы пересекали задний двор академии, ведьма из Четырёхлистника успела поведать, что место для поединка выбрано неспроста. Сражаться оборотни будут в волчьих ипостасях. И если остальные видели в этом впечатляющее зрелище, я думала о последствиях. Риск фатального исхода или отчисления слишком велик. Их нужно остановить.

Четвёрка студентов, среди которых мелькал рыжий затылок Винса, скрылась в деревьях, и я не без тревоги отметила, что кроме нас с Беллс никого не осталось: ни на заднем дворе, ни на поляне. Мы были последними.

Я обогнала рядом идущую ведьму и уже собиралась сорваться на бег, чтобы не опоздать, но недавно открывшаяся правда о ней не отпускала, подталкивая к опасному разговору. Я должна была прощупать почву и понять, знает ли Беллс о проделках своего ковена, прежде чем нагнать остальных адептов.

Самым разумным мне показалось ненавязчиво заговорить об Эмили и посмотреть на реакцию. Если девушка будет искренне убеждена, что её сестра поселилась далеко в глуши, оборвав все связи, значит, родители не посвятили её в семейную трагедию и кровавые ритуалы ковена.

— Беллс, ты как-то рассказывала, что твоя сестра тоже училась в нашей академии, — припомнила я. — А где Эмили сейчас? Она осталась в Мальфгарде или уехала работать в приграничные города? — постаралась спросить как можно спокойнее и непринуждённее.

Заминка с ответом и стихшие шаги за спиной заставили напрячься и сбавить темп.

— Я не говорила, что мою сестру зовут Эмили, — мертвенным голосом ответила Беллс.

Мысленно отругав себя за оплошность, я остановилась и, продумывая, как оправдаться, развернулась к ведьме. Беллс стояла в двух метрах, склонив голову и спрятав лицо за водопадом рыжих волос. А затем вдруг сбоку что-то пронеслось, и мой висок прострелило страшной болью. Перед глазами резко потемнело, и мир померк.

* * *

В сознание я приходила медленно и болезненно. Голова раскалывалась, а веки упорно не желали мне подчиняться. Сквозь спутанное и смазанное восприятие прорывались чьи-то голоса. Они звучали приглушённо и далеко, будто я находилась под толстой коркой льда.

Чувствительность тела возвращалась постепенно, вместе с ней же возвращалась и способность двигаться. Поясница нестерпимо затекла, будто я несколько часов находилась в неудобной позе, а в спину давило что-то твёрдое и холодное. Собиралась перекатиться на бок, но тут к своему ужасу натолкнулась на препятствие. Что-то удерживало мои ноги и руки, обжигая кожу тугой хваткой.

Меня что, связали?

Нахлынувший страх помог разлепить глаза, но это не слишком изменило ситуацию. Я оказалась в темноте. Лишь островок неба, окружённый чёрными верхушками деревьев, подсказал, что я больше не на территории академии. Первые звёзды несмело подглядывали за беспределом, творящимся внизу, — значит, я пробыла в отключке до самого вечера и за это время меня никто не отыскал. Паршиво.

Где-то вне поля моего зрения разговаривали люди. Я затаилась и прислушалась. Хотя в моём положении «затаилась» — это громко сказано. Скорее, старалась не привлекать внимания, чтобы изучить обстановку.

— Девочка просто запаниковала. Необязательно её наказывать, — проговорила какая-то женщина; тембр и темп речи выдавали её волнение и испуг.

— Наказывать? — отозвался другой женский голос, низкий и шуршащий, словно шелест листвы. В нём ощущалась власть и притаившаяся угроза. — Что ты, Беллатрикс заслужила свой первый обряд. Она встанет в кольцо вместе со старшими.

От этого заявления в голове загудело, как после оплеухи. Беллс с ними заодно. Однако полностью погрузиться в вызванные чувства от предательства подруги не получилось. Зазвучал третий, но уже знакомый голос.

— При всём моём уважении, Повелительница, — плохо сдерживая раздражение, вмешалась Кибела Гримальди, — вы поощряете Видвулл вместо того, чтобы проучить за самодурство? — с искренним недоумением переспросила мой куратор.

— Беллатрикс смогла сделать то, чего тебе, моя милая Кибела, не удавалось добиться на протяжении трёх месяцев, — одёрнула ведьму таинственная «Повелительница». Что-то в её тоне заставило холодные противные мурашки поползти по моему позвоночнику.

Так, всё, спасибо, належалась, отдохнула. Пора бы и честь знать. Я тихонько завозилась, проверяя путы, связывающие мои руки и ноги, на прочность. Глаза привыкли к темноте, поэтому я уже различала каменные столбы: два в изголовье, два в ногах, и веревки, тянущиеся от них к моим конечностям.

Пока я пыталась высвободиться, на поляне разгоралась ссора.

— Я подставила себя под удар, подчищая за мерзавкой Видвулл! — теряя самообладание, воскликнула профессор Гримальди. — Из-за неё мы все были под угрозой! Это мне пришлось избавляться от факультетского камня Блэквуд, и это я рисковала своей шкурой, чтобы протащить чародейку под носом у преподавателей. Повезло ещё, что все были отвлечены разборками оборотней. — Кибела сделала передышку в своей гневной тираде и совсем по-змеиному зашипела: — Не обманывайтесь, Сибилла, чародейка здесь только благодаря мне. Заслуга вашей мелкой ведьмы лишь в необдуманном поступке, повлекшем за собой…

— Хватит грызться, она пришла в себя, — неожиданно вклинился в их разговор парень.

Меня словно окатили ледяной водой из ведра. Услышать здесь его голос я никак не ожидала. Факт, что Кельвин Скруп оказался среди ведьм Четырёхлистника, встревожил сильнее, чем то, что они заметили моё пробуждение. Значит, и староста нашего курса состоит в ковене! Почему же он всегда смотрел на меня волком и подверг откровенной опасности, отправив в полнолуние на улицу? Разве не должен был переживать за сохранность ценного объекта?

— Альва, что там у вас? — поинтересовалась у кого-то