Гор. Сага о Джандаре - Джон Норман

— Тебе понадобится легенда, чтобы рассказать о себе, — размышлял лорд Яррак, принимая мой план. — Ты можешь сказать, что служил наемником в Сорабе, городе на севере. Чак Юл уже десять лет не были на севере, и у тебя не будет опасности при расспросах ошибиться в какой-нибудь детали.

— Милорд, у Джандара могут встретиться затруднения из-за его необычной окраски кожи и цвета волос, — заметил старый Застро, мудрец ку тад, присутствовавший при обсуждении.

— Я могу просто сказать, что происхожу из далекой земли, — ответил я, — и скажу чистую правду.

Все улыбнулись: им известна моя история, и мои слова показались слишком слабыми. Потому что моя земля находится в трехстах семидесяти восьми миллионах девятистах тридцати тысячах миль отсюда — действительно далекая земля!

— Мне кажется, тебе нельзя на такое опасное дело идти одному, Джандар, — сказал своим серьезным голосом Коджа. Храбрый старый учитель энергично кивнул в знак согласия.

— Не могу не согласиться с другом Коджей, — сказал он. — Мы вдвоем… — Втроем, — поправил Коджа.

— Спасибо, но я думаю, у одного человека больше шансов пройти, чем у троих, — твердо сказал я.

— Но…

— Я достаточно молод, неплохо владею мечом, чтобы сойти за бездомного бедного наемника, — указал я. — А ты, Лукор, известный мастер своего дела и подлинный джентльмен по внешности, манерам и вкусам. Трудно будет убедить подозрительных Чак Юл, что образованный джентльмен с твоим чувством юмора — это бродячий разбойник, продающий свой меч. Коджа, когда благородный вождь племени ятунов записывался в Черный Легион? Нет, друзья, благодарю вас. Но это дело только мое.

Мы еще немного поспорили, но в конце концов решено было по-моему. Я уйду на рассвете.

2. К воротам Шондакора

Рассвет на Каллисто — или на Танаторе, как я привык уже думать об этом мире джунглей, — поразительное зрелище. Нужно его увидеть, чтобы поверить.

Танатор, пятый спутник Юпитера, буквально не имеет солнца. Вместе с остальными двенадцатью лунами гигантской планеты, он так далеко от центрального светила нашей солнечной системы, что солнце кажется просто самой яркой звездой на его небе.

По всем правилам, как мне кажется, поверхность Каллисто должна быть холодной безвоздушной пустыней мертвого замерзшего камня, погруженной в постоянные сумерки, освещаемой только отраженным светом Юпитера, потому что эта величайшая планета гигантским диском висит в его небе. Приведенные выше слова явно противоречат трезвым и обдуманным утверждениям земной науки[11]. Но на самом деле сила тяжести на Каллисто лишь совсем немного меньше, чем на моей родной планете, и, каким бы невозможным с точки зрения догм современной науки это ни казалось, Танатор теплый и даже тропический мир, кишащий плодовитой жизнью.

Небо луны джунглей состоит из смеси пригодных для дыхания газов, аналогичной земной атмосфере (если бы было не так, как мог бы я дышать и жить здесь?), но с одним своеобразным отличием.

Это отличие — само небо.

Высоко в стратосфере Танатора виден слой золотистого тумана. Небо покрытого джунглями Танатора не голубое, а сверкающее янтарное.

Рассвет на Танаторе вспыхивает внезапно; без всякого внешнего источника загорается золотой купол, и полуночная тьма сменяется полуденной яркостью в считанные минуты.

Этот необычный эффект охватывает весь небесный купол, так что здесь рассвет не «встает» на востоке, а закат не «садится» на западе. Я так и не нашел удовлетворительного объяснения этого феномена, но на Танаторе много загадок, и это одна из них.

Всю ночь мы двигались к северу по Кумале и незадолго до рассвета оказались чуть севернее Шондакора. Здесь я попрощался со своими друзьями. Отсюда я должен идти один навстречу ожидающим меня опасностям.

Я пересек равнину, добрался до берега реки Аджанд, вброд переправился через реку и подошел к вымощенной камнем дороге, на которую обратил мое внимание лорд Яррак; здесь я повернул на юг и направился в Шондакор. Поскольку я согласно легенде приехал из Сорабы — этот город расположен на южном берегу внутреннего моря Корунд Ладж, — мне нужно было приближаться к Шондакору только с севера. Ехал я быстро, и вот золотое небо неожиданно ярко вспыхнуло, и вся окрестность осветилась полуденным светом.

Ехал я на тапторе — это животное туземцы используют в качестве лошади, которая в этом мире неизвестна. В сущности млекопитающие вообще чрезвычайно редки на Танаторе, как я заметил.

Тапторы — бескрылые четвероногие птицы. Они очень напоминают невероятный гибрид птицы и лошади, и когда я вижу таптора, тут же вспоминаю старую земную легенду о гиппогрифе[12], потому что таптор вполне мог бы послужить прототипом этого сказочного существа. Размером он с большую лошадь, но у него когтистые птичьи лапы, одет он в перья, и за головой у него хохолок из перьев, напоминающий гриву. Клювастая голова и птичьи глаза совсем как у попугая.

Тапторы — непослушные и норовистые животные и так до конца и не были одомашнены. Поездка на них всегда рискованна. Обычно танаторский всадник несет притороченную к седлу небольшую деревянную дубинку, называемую оло; ею ударяют таптора по голове, чтобы он тронулся с места или если он начинает загибать голову и пытается ухватить клювом ногу всадника. Эта привычка тапторов заставила меня гадать, почему танаторцы так и не изобрели специальные сапоги для верховой езды.

В джунглях ку тад почти не пользовались тапторами, но держали несколько: вестник на них добирается гораздо быстрее, чем пешком. Поэтому Яррак смог предоставить мне верховое животное: я вызвал бы подозрения Черного Легиона, если бы сказал, что преодолел многие мили от Сорабы пешком.

Через час быстрой езды я увидел Шондакор.

Великий город ку тад поднимается на равнине Харат, на западном берегу реки. Это великолепный метрополис. Могучие стены с массивными башнями окружают его; высокие шпили вздымаются в яркое утреннее небо, и я видел купола дворцов и больших зданий. Все каменное, а наружная стена еще и оштукатурена и блестит золотом — отсюда и прозвище Золотой город. Подъезжая к воротам, я чувствовал себя героем какого-то романа жанра «мечи и волшебство». Я выпрямил спину, расправил плечи и лихо положил руку на рукоять меча.

К моему удивлению, ворота оказались открыты и в них проходили фермеры, ведя телеги и фургоны, нагруженные мешками зерна, мясными тушами, связками овощей и тому подобным. Я скоро понял, что сегодня базарный день и фермеры из окружающей сельской местности везли в город свои продукты. Я встал в очередь проходящих и увидел перед собой воинов Чак Юл, которые небрежно пропускали крестьян в ворота. Скрипели колеса, вздымалась пыль, и тяжело груженные повозки стучали по брусчатке мостовой. Их тащили не знакомые мне животные, тяжелые, неуклюжие, с короткими толстыми хвостами и массивной головой, с клювом и рогами; похожи они были на невероятную помесь носорога и трицератопса.