Обезьяний лес. Том 2 - Мари Штарк

может, потому и молчал, что из всех нифлемских языков знал только чайлайский. Исиль ухмыльнулся, радуясь, что причиняет дискомфорт этому странному парню. В системе его не было, и насчет всего оставалось только догадываться. Но Исиль был в этом хорош. Не зря же его повысили.

Все трое выглядели так, будто их неделю швыряли по этому лесу: все в черной крови, побитые, раненые. Но без единой царапины или укуса. Муши с открытыми ртами осматривали их, не веря своим глазам. Этот обезьяний лес был куда больше того, что проснулся в префектуре Холотано. Что-то с этими манлио было не так. Исиль цыкнул зубом, осматривая их.

– Вы трое, собирайте свои манатки и на выход. Ошисай Ямада вас отпускает. Они подписали о неразглашении? – спросил он у Цуруты.

Напарник кивнул, тыкая пальцем в планшете. Он заполнял отчетность, быстро набирая текст и перемещаясь между программами во вкладках. Бумажной работы у докчадовцев хоть отбавляй.

– Отлично! – Исиль зевнул в кулак и поежился, передернув плечами. Под дождем он все-таки хорошо вымок. – Вещи и оружие в багажнике, свободны.

Тот, что в центре, – Юншен – медленно кивнул.

– У нас тачка в лесу торчит по рыло в кхампуларе. – Юншен тряхнул руками возле бока Цуруты. – Нам бы доехать до Чая.

– Попросите своего о-ши прислать машину за вами! – процедил Исиль. И когда наткнулся на его недовольное выражение лица, округлил глаза. – Э! Давай, не беси меня! Думаешь, раз ты из династии, то все должны жопы для пинка подставить?! Щенок беззубый, а уже кусается!

– Да жопа мне твоя не всралась! – прикрикнул он.

Исиль вконец обомлел от такого отношения. Юншену было лет двадцать, когда Исилю уже под сорок. Это как минимум неуважительно. Но больше его злило, что манлио из йосу фамильярничал с ним.

– Мы без транспорта в глуши! Сто километров до города, из ума выжил, док? Кто сюда приедет?

– Ты со старшими как разговариваешь? Э?! – громогласно выпалил Исиль. Даже в его ушах звенел собственный голос. – Скажете, для чего сливы, – довезем до города.

Парни притихли.

– Вот сейчас матом пошлют, – подал голос Цурута, все еще заполняющий формы в планшете. – И так по кругу.

Исиль скорчил лицо. Посмотрел в окно и увидел промчавшийся микроавтобус муши. Они включили мигалки и даже визгливый сигнал. Что-то очень серьезное, возможно, манлио еще можно спасти. Столько жертв, и ничего нельзя будет обнародовать. Власти Нифлема пока боятся объявлять о проснувшихся обезьяньих лесах.

Тот, что поедал бургер Цуруты, – Чжудо – пронзительно посмотрел на Исиля и, прожевывая, спросил:

– Есть что попить?

Цурута достал пачку сока с приборной панели и протянул назад.

– Томатный? – Недовольное удивление просквозило в голосе Чжудо. Он перевел взгляд с Исиля на своего дружка в центре: – Мы попали к каким-то извращенцам.

Его дружок Юншен охотно кивнул:

– Не проси у них пиццу: уверен, она с ананасами.

* * *

Работа в поле оказалась простой, но изнуряющей. Кэсси выдали резиновые сапоги и шляпу доули. Прежде чем надеть ее, она вертела ее в пальцах, рассматривала. Кэсси никогда не держала доули в руках. Она оказалась куда мягче, чем могла показаться, но при этом была упругой. Улитка объяснил, что Кэсси предстояло делать – выдергивать больные стебли и сорняки, принимая энергию на себя. Нацзы предупредил, что в воде могут быть угри, улитки, змеи и рыбы и что всего этого пугаться не стоит.

Первые два часа работы Кэсси визжала и выскакивала из террас на дорогу, чтобы успокоиться, когда скользкие угри проплывали совсем близко. Угри были похожи на змей, а сами змеи – на ужасных монстров, скользящих по водной глади. Не пугали только улитки, камнями лежащие под прозрачной водой.

– Че орешь, как будто они от тебя кусок откусят? Тут вся живность к человеку уже давно привыкла, хватит ныть! – пристыдила ее Пич, выливая на свою голову целую бутылку воды. – Че, неженка, не привыкла работать ручками? – Вытерев лицо от капель, она постучала пустой бутылкой по кончику шляпы Кэсси. Звук получился объемным и глухим. – Теперь каждые выходные сюда ездить будешь, пока все не восстановится. Ты там в своем Ив Рикаре, наверное, только снег и месила под ногами?

Кэсси вытащила руки из воды и выпрямилась, утерев лоб локтем.

– Там теплое лето. И я работала в огороде. – Ее ответ был лаконичен.

– Ну и не ной тогда.

Пич надела шляпу поверх пушистых волос и вернулась на свое место.

Еще где-то час выматывающей работы, и всех наконец позвали на обед. Ели все где и как придется. Кто сидя в машине, кто на земле, кто стоя. Именно во время обеда Кэсси смогла оценить, сколько на полях Улитки работало людей. Их было много, наверное, больше сорока. Бо́льшая их часть – возрастные женщины, в очень закрытой одежде. Все они явно на опыте: использовали всякие примочки, выбирали правильную одежду. Многие из людей были босоногие. Как потом объяснила Пич, они мажут ноги кокосовым маслом, чтобы не парить кожу в сапогах. Ая сделала то же самое, вспомнила Кэсси. Маниша постоянно держалась в стороне от всех людей. Она набрала себе немного еды и сидела в полном одиночестве, поглядывая на горизонт со скучающим видом. В этой широкой одежде и шляпе она больше походила на юного лам-хана, что Кэсси видела на страницах книг.

Брайан летел как угорелый, когда заприметил среди всех людей Кэсси. У него не закрывался рот весь обед: он много ел и говорил. Рассказал, что они строят с парнями какой-то новый домик чуть ниже в долине, сказал, что ему здесь нравится, а Уилл изнылся, хотя его задача очень проста – следить за состоянием всех людей. Уилл устроился в тени деревьев и просто лежал, надеясь, что никто его не потревожит.

Кэсси так сильно устала, что легла на траву, закончив обедать. Спина ныла, ноги и руки подрагивали от перенапряжения, в мышцах не осталось ни грамма сил. А еще от духоты гудела голова. Кэсси было все равно, что она легла, ничего не подстелив под себя. Земля была теплой, пахла влажной травой. Отчего-то вспомнился Симон, который спешил доесть обед на стройке, чтобы как можно скорее развалиться на чем-нибудь мягком. Кэсси улыбнулась, глядя в небо и думая о том, что сейчас бы променяла это все, чтобы хотя бы на один день оказаться в сером, но родном Элькароне до того, как он пал. Перед глазами предстал образ Симона, зараженного демонической лихорадкой. Кэсси закрыла глаза. В ушах послышались рык красных обезьян и визги лихорадных.

Кэсси открыла глаза, когда почувствовала, как кто-то стучит по ее руке. Брайан