Добро пожаловать в Америку! - Татьяна Глисон

познакомил ее с детьми. Старшей дочери Марии было 16 лет, она держалась как взрослая, и младшие ее беспрекословно слушались.

– Моя помощница, – представил ее отец.

Два мальчика Николай и Семен были погодками 12 и 11 лет. Младшая семилетняя Катенька сразу же завоевала сердце Галины. Девочка ходила за ней следом, приносила еду, всячески хотела понравиться. Она чем-то неуловимо напоминала женщине ее умершую дочку. «Петр – моя судьба», – решила она.

Встречались они в основном в церкви, ходили после службы гулять, часто с детьми. Галя узнала, что он с женой приехал с Украины по религиозной визе: баптистов преследовали в Союзе, потом перешел в ортодоксальное христианство. Работал Петр водителем в русской компании по транспортировке больных. Был он жадноват, но она считала, что это от того, что семья большая. Из себя он мужчина видный: высокий, смуглолицый, с густой шевелюрой. В церковь он ходил в костюме и галстуке, что очень нравилось ей. Но главной для Галины была Катенька. Изголодавшееся по материнству женское сердце прикипело к ней. Она покупала девочке платьица, заколочки, шоколадки. И когда Петр позвал ее поехать вместе с ними в Айдахо, она ни минуты не колебалась. Он пообещал, что там они поженятся. Галина рассчиталась на работе, простилась с подругами и поехала строить новую жизнь.

Рита два раза в месяц ходила к психологу – черной неаккуратной женщине средних лет всегда запыхавшейся и несобранной. «Ей бы самой к психологу походить», – думала Рита. Звали ее Лиз. Она не заморачивалась особо знанием психологии, и приемы проходили как болтовня двух подруг. О ее способностях, видимо, в клинике были осведомлены все. Когда Рита первый раз платила свою часть страховки в 25 долларов, регистраторша воскликнула: «За нашу Лиз 25 долларов!» Тем не менее Рите она нравилась. Они даже подружились. Рита приносила ей русские шоколадки и конфетки, и та страшно этому радовалась. Лиз посоветовала Рите найти любовника и уехать от мужа хотя бы на время. Рита заканчивала работать в конце мая и перед тем, как искать другую работу, решила съездить в русский дом отдыха «Сказка», объявление которого она нашла в русском журнале.

Время поджимало. Марине надо было срочно выйти замуж. Она не оставляла надежды, что сможет женить на себе Армена. Девушка пошла на хитрость. Она сказала ему, что к Матти приезжают родственники, и он просит ее уйти. Идти ей некуда. Она попросилась пожить у него, пока не уедет в Казахстан в июле. Тот согласился. Полу она тоже сказала, что переехала, но не уточнила, что к любовнику. Она сказала доверчивому кавалеру, что хозяева не разрешают ей показывать мужчинам, где она живет. Он поверил и подвозил ее со свиданий за квартал до дома Армена. Марина подарила Полу абстрактную картину, написанную собственноручно. Он был в восторге от ее таланта и спрашивал с испугом у Риты, разбирающейся в живописи, чтобы это значило. «Полет фантазии», – отвечала она ему. Армен не женился. Через месяц виза кончалась, поэтому, когда Пол сделал предложение, Марина согласилась. По этому случаю он поменял свой «Джип» на «Ниссан», потому что Марина не хотела ездить в старом «Джипе», и нанял людей ремонтировать кухню. Свадьбу наметили на 7 июля.

В доме отдыха Рита заказала себе отдельную комнату и поставила в нее все возможные «экстра»: холодильник, телевизор и кондиционер. Это в основную плату не входило, надо было доплачивать. Экономные евреи жили в комнатах на 2, 3 и 4 человека без каких-либо удобств, не считая туалета и душа. Оказалось, что первый сезон, на который купила путевку Рита, состоял из пенсионеров, потому что он был дешевле, чем следующие. Дом отдыха находился у подножья Бекширских гор в сосновом бору, по его территории пробегала небольшая речушка. Несколько длинных одноэтажных зданий, напоминающих русские бараки, были предназначены для проживания отдыхающих. В расположенном в центре дома отдыха здании находился офис, столовая и бильярдная. Рядом с Ритиной студией была открытая танцевальная площадка. «Натанцуюсь за все прошедшие годы!» – с радостью подумала Рита. В офисе Рита познакомилась с шестидесятичетырехлетней женщиной. Ее звали Татьяной. Она приехала из Бостона. Короткая стрижка седых волос делала ее моложе, тучноватая, но подвижная фигура, нос с горбинкой и яркие синие глаза дополняли ее портрет. Женщины договорились встретиться на танцплощадке. Рита надела короткое бархатное платье с глубоким вырезом и блестящей пряжкой, черные лаковые босоножки с такими же пряжками как на платье, от души по-русски накрасилась и пошла покорять старческие сердца. Покорение прошло удачно. Мужчины приглашали ее наперебой. Ее новая знакомая тоже пользовалась популярностью. Риту забавляло это внимание, но глаз положить было не на кого. Чаще других ее приглашал невысокий, все еще черноволосый мужчина лет 65 с печальным лицом. В середине вечера он осмелился представиться: «Юрий из Нью-Йорка». Татьяна танцевала с высоким плотным мужчиной с рыбьими глазами. К концу вечера обе пары сошлись вместе и решили отметить приятное знакомство. Собрались, конечно же, у Риты, остальные делили комнаты с другими отдыхающими. Новые знакомые принесли все, что захватили с собой из дома и устроили пир до утра.

Когда утром Рита вернулась с завтрака, она застала у себя в номере молоденькую девушку, убирающую комнату. Ее звали Люда, приехала она, как и остальной обслуживающий персонал, по визе для студентов «Работа и путешествие» с Украины. Девушка была не красивой, но очень милой, даже множество юношеских прыщиков на лице не портили ее миловидности. Она была стройная, с длинными слегка вьющимися каштановыми волосами и мягким украинским говорком. Они подружились. Люда прибегала в свободные минутки, чтобы поучить английский с Ритой.

Однажды Рита поинтересовалась, сколько же хозяева дома отдыха платят студентам за работу. Возмущению ее не было предела, когда она узнала, что они получают сто долларов в неделю, работая с 6 утра до 9 вечера семь дней в неделю! Это выходило меньше, чем один доллар в час при минимальной плате в штате 8 долларов! Но студенты радовались и этому: они привезут домой аж 1000 долларов за два с половиной месяца работы. Правда, питание и жилье были за счет хозяев. Питались они тем, что оставалось от отдыхающих, а жили в непригодных для обитания полуразрушенных бараках. Они даже не успевали посмотреть Америку: между окончанием работы и возвращением домой оставалось только пара дней. Люда очень сожалела об этом.

– Ты можешь остаться, – предложила ей Рита, – перейди на студенческую визу, поучи здесь английский, возьми академический отпуск в институте или перейди на заочное, вот у тебя и будет возможность