Иллюзия обмана - Илона Романова

— Вода здесь просто замечательная, — спокойно сказал он, утирая губы тыльной стороной ладони.

Вояки странно переглянулись. В воздухе повисла короткая, но опасная пауза. Художник молчал. Равнодушно переводил взгляд с одного солдата на другого и обратно.

"Вот примерно так несколько сотен лет назад Оделонар стоял перед своими убийцами! — промелькнула в голове совершенно неуместная мысль. — Его история закончилась так… Чем же закончится моя?"

— И-именем и п-по при-иказу зак-конного Им-мператора Ц-цервемзы… — начал Заика.

"Тоже неплохо! Переворота нам только не хватало… Оказывается, бывают встречи более неприятные, чем с Арнитом. Допрятался, в общем… Ладно, по крайней мере, ясно, на чьей они стороне. Если не блефуют, то не худо было бы наших предупредить!" — подумал Художник. Вслух же он произнёс максимально язвительным тоном, как будто давным-давно ожидал от них именно этого:

— Простите, именем кого? Я полагал, что с позавчерашнего дня Сударбом правят Его Величество истинный Император Арнит и его Высочество…

Он не успел произнести имени Кайниола, и осел, от сильного удара. На Художника обрушилась глухая слепящая темнота. Потом память сохранила какие-то невнятные обрывки… Кажется, Заика и Коренастый бурно переругивались… Темнота… Почти бесчувственного Художника куда-то поволокли… Снова глубокий провал… Вероятно, притащили в его нынешнее обиталище… Швырнули на застеленную жёстким покрывалом постель и поспешно исчезли.

"Значит, ни убивать меня, ни калечить в их обязанности не входило. Это хорошо! — решил брат Мренд и снова напряг память. — Выходит, я пока им нужен. Опять кому-то внешность менять придётся… Ох, тоска!.."

Наверное, Коренастый не рассчитал и нанёс слишком сильный удар… Во всяком случае, получалось, что Художник пробыл без сознания не меньше недели. Один из двоих солдат, неотлучно находился около постели больного. Время от времени они сменялись. Иногда заходил ещё какой-то древний старик. Лицо его тогда казалось брату Мренду неуловимо знакомым, а потом как-то совершенно изгладилось из памяти. Пару раз появлялся Цервемза. Молча стоял в изголовье. Свирепо глядел на больного, явно борясь с искушением прикончить того прямо сейчас. Не стесняясь в выражениях, орал на подчинённых, требуя от них, чтобы поторопились… После его посещений Заика и Коренастый брались за свои лекарские хлопоты с удвоенной энергией. Вроде бы лили в рот какую-то приторную гадость — то ли отпоить пытались, то ли опоить…

"Забавно, это они меня так лечили, да? Выходит, дело-то у них секретное, а то зачем бы им со мной возиться — слугам это сподручнее и привычнее, — невесело усмехнулся Мренд. — Сколько раз себе, старому дураку, говорил, что вылазки в одиночку и тому подобные увеселения не для моей персоны. Возраст, знаете ли, не тот… Понадеялся на собственные силы — вот и влип! Похоже, засосало меня в эту трясину почти по… так скажем, горло… Ладно… Что же было дальше? Это непременно нужно вспомнить. Непременно! Если опоили, надеюсь, я не наболтал лишнего… Да и не наделал тоже… Очень надеюсь!"

Его истязатели, в отличие от Отэпа или, скажем, Арнита, были не очень сильны в зельях. Будь эти двое чуть поумнее и поосведомлённее, они не стали бы тратить свои силы и вообще пачкать руки. Просто воспользовались бы чем-нибудь из арсенала Квадры. В любом случае — вряд ли стали бы его бить. А били Художника крепко. Со вкусом. И пониманием процесса. День за днём. Неделю за неделей.

Странное дело, медальон у него не отобрали. Уж кто-кто, а Цервемза точно знал о его действии и не преминул бы лишить своего врага последней защиты и оружия. Палачи будто даже не заметили тяжёлый пятиугольный щит, висевший у Мренда на груди. Конечно, Кинранст когда-то обещал замаскировать дюковские обереги под обычные амулеты, но когда он успел это сделать — оставалось загадкой.

Художник внимательно осмотрел себя. Синяков не было, однако всё тело болело. "Мастера!" — буркнул Художник и прибавил к этому несколько весьма выразительных слов.

III

Он и сам не заметил, что давно уселся за стол, достал из папки чистый лист, карандаш и начал рисовать Тийнерета. Мохнатая чёрная шкурка выглядела только что вылизанной. Глаза загадочно сверкали. Усы воинственно топорщились.

— Вот ведь какое дело, кот… — помедлив, обратился Художник к рисунку. — Как же тебя здесь не хватает! Где ты теперь бродишь?..

— Мя-ау! — раздалось позади него.

Брат Мренд подумал, что ему мерещится, и даже не обернулся. Тогда, уставший привлекать внимание непонятливого человека, Тийнерет увесисто запрыгнул ему на колени. Художник онемел от неожиданности. Потом подумал, что сходит с ума. Протёр глаза. Встряхнул головой. Кот не исчезал. Наоборот, он перебрался на стол, преудобнейшим образом уселся на папке с эскизами и начал скептически рассматривать свой портрет. Вполне удовлетворённый изображением, кот шагнул к человеку и покровительственно замурлыкал.

— Откуда… ты… здесь?.. — только и смог вымолвить Художник.

Пока он приходил в себя, кот усердно нализывал спинку.

— А впрочем, чему тут удивляться? — брат Мренд помедлил. — Кайниол рассказывал о чём-то подобном… Как знать… как знать, не правда ли это?

Кот осуждающе посмотрел на него.

— Ну, уж прости меня, дурня этакого! — он осторожно протянул руку и примирительно запустил пальцы в нежную шубку. — Неужели ты, мудрая душа, услышал меня и пришёл на помощь?

Тийнерет галантно склонил голову.

— Эх, жаль, я не владею безмолвной речью, а то мы бы славно побеседовали. Ты ведь знаешь, что творится в Сударбе? — Художник глубоко задумался и долго молчал, потом с надеждой произнёс. — Ну, рассказать ты мне ничего не сможешь… — он опасливо покосился, не обидел ли своего пушистого собеседника. — Точнее говоря, я не пойму… Но на вопросы ты ответить сумеешь?

Кот устроился поудобнее, нетерпеливо выпустил и убрал когти и выжидающе уставился на человека.

— Значит так… В стране переворот?

Кот мрачно сощурил глаза.

— Угу… Власть захватил Цервемза?

Тийнерет зашипел, выказывая абсолютнейшее презрение к новому сударбскому Правителю.

— Печально… Я-то надеялся, что это был лишь горячечный бред. Террор разводит?

Мохнатый рыцарь повторил свой предыдущий ответ, присовокупив к нему ещё и выпущенные когти.

— Ясно. Из наших-то никто пока не пострадал?

Кот обнадёживающе замурлыкал и потёрся об руку брата Мренда.

— Это хорошо… Они всё так же в "Гладиолусе"?

Зверь отрицательно помотал хвостом и что-то часто-часто замяукал.