Сороковник. Части 1-4 - Вероника Горбачева

И как я при такой доброте умудрилась Ящера завалить? Случайно, не иначе.

Я думаю о всякой ерунде, пытаясь суетными мыслями заглушить одну, насущную, настойчиво отпихивающую преувеличенные заботы о дорожном скарбе и подножном корме. Наконец, понимаю, что деваться некуда. Надо самой себе ответить: что теперь делать, если Мага жив? Куда бежать? Вот-вот — и я ударюсь в панику. Я почти не помню того, что между нами было, лишь саму суть — было, да! Что-то интересное, романтичное, красивое… так резко и трагично оборвавшееся. Но до сих пор хорошо помню ужас — иначе не скажешь, когда после недельной непрерывной тошноты, головокружений и, наконец, обморока решилась, наконец, пойти к врачу, а мама, видя, как я трясущимися руками перебираю документы, разыскивая медицинский полис, прямо спросила: доча, а ты не беременна, часом? Мать и то раньше, чем я, догадалась о причине недомогания. А я — что я могла ей ответить? Да, мамочка, похоже, у меня и задержка небольшая, но вот только я понятия не имею, как, где и с кем, и когда… Так, что ли?

Пришлось сочинить — сочинить! — историю о курортном романе, о том, что в моём-то возрасте пора уже если не о замужестве думать, то хотя бы родить, для себя. И изображать спокойствие, будто всё идёт по заранее составленному плану. Будто я и впрямь ездила на море за этим — встретить отца своего будущего ребёнка. А на самом деле… я так и пребывала в уверенности, что какая-то сволочь ухитрилась меня подпоить, одурманить, наркотиков подсыпать, загипнотизировать — уж не знаю, что! — но только таким вот гнусным образом мною воспользоваться.

И как после этого я могла относиться к отцу моих детей?

Да, Мага, я, конечно, устроила тебе нелёгкую жизнь. Но и сама хлебнула… Прости, я рада, что ты жив, но к детям я тебя не подпущу. Не надейся. И не смей ломать наш устоявшийся мирок, он не для тебя. Не отдам.

Я решительно сжимаю кулаки.

Вот и определилась. Значит, так и идём дальше, к квесту. Пока не догнали. Победю… Побежу… Короче, пройду третий квест — значит, и на Финал меня хватит. Не пройду — просто вышибет в мой мир, домой, причём, безо всякого портала, и это ещё лучше, потому что тогда никто со мной насильно не увяжется. Страшно, да. Но выхода нет. Только так.

Принятое решение действует на меня, словно допинг, откуда только силы берутся! Я шагаю куда энергичнее, чем в самом начале пути.

Несколько раз основную дорогу пересекают боковые. Но в их сторону я даже не смотрю. Не нужны мне случайные приработки, охота ради охоты, делать мне нечего — за деревенскими упырями гоняться? И опять же, в одиночку… Добраться бы до города; там, хоть никто меня не знает, да всё же люди вокруг.

…Да, фляжка непременно нужна. Дорога подсохла и меня преследует пыль от собственных шагов; мельчайшая, вездесущая и всепроникающая. Мало того, что на зубах скрипит, так и глотка пересохла, а колодцев поблизости не видно. Одёргиваю себя. Терпи, голуба. Никто тебе курорта не обещал. Это у тебя просто неправильная установка. Уже большую половину пути прошла… надеюсь.

Стараясь отвлечься, думаю о гостинице. Особо в планах не разлетаюсь, почему-то в последнее время всё, о чём ни загадываю, летит кувырком. Но имею я право, в конце концов, помечтать… не о чистой постели, тут уж надо быть реалистом, а хотя бы о топчанчике, о диване, пусть даже деревянном, как у Галы, чтобы вытянуться на нём и ноги повыше закинуть… Пусть будет скромная комнатень три на три метра, чтобы втиснулась кровать, чтобы было куда пристроить немудрящее снаряжение, чтоб тазик с водой да хорошая дверь с засовом, а то мало ли кто шляется по коридорам придорожных заведений… В общем, мне бы самый минимум.

Меня снова манит присесть на обочину, но я не решаюсь, помня о времени. Вдруг не успею до темноты к ночлегу? А в степи ночевать, на голой земле, открытой всем ветрам, неизвестным хищникам и змеям… кое-где я их успела заметить, и такое соседство никак меня не прельщает.

Вот и ещё один перекрёсток. Справа со стороны отдалённой деревеньки не спеша приближается всадник. Невольно замедляю шаг. Впрочем, глупо думать, что дорога проложена исключительно для меня, беглянки, удирающей от некроманта. В город ведёт дорога, в город! А в крупный населённый пункт из близлежащих мелких населённых пунктов всегда будет тянуться народ: купить, продать, в гости заглянуть, по делам… Живые люди, у каждого своя свадьба. Потому-то и дорога здесь не заброшена, и на обочинах чисто, и встреченный колодец под приглядом. Скорее всего, мне навстречу едет кто-то местный по своим обывательским делам, или странник, такой же, как я. В любом случае — друг друга мы не минуем. Иду спокойно, с достоинством, но колчан на всякий случай поправляю, чтобы под рукой был, если что.

К перекрёстку мы со всадником поспеваем одновременно. Бок о бок с ним трусит серенькая лошадка под небольшой поклажей.

Странник чинно приподнимает шляпу, похожую на ковбойскую. И вообще с виду — поживший, но бодрый ковбой-профессор, Индиана Джонс, так и состарившийся в седле. Одет он просто: холщовые штаны заправлены в сапоги, из-под расстёгнутой по случаю тёплого дня замшевой куртки проглядывает белая рубаха. Седые длинные волосы собраны в хвост. Абсолютно седая, аккуратно подстриженная бородка. Седые брови. Яркие весёлые глаза… не разберу, какого цвета. Ослепительная улыбка.

Да что б мне в этом возрасте — и такие зубы!

— Приветствую, леди, — учтиво произносит он. — Нам, кажется, по дороге?

— Приветствую, сэр, — отвечаю в тон. — Угадали. Придётся нам немного потерпеть друг друга. Впрочем, это ненадолго, думаю — вы меня скоро обгоните.

— Никоим образом! — поспешно возражает он. — Не могу добровольно лишить себя столь прекрасного общества. Смею предположить, что ближайшей вашей целью является местный постоялый двор? Здесь только один подходящий объект для внимания одиноких путников. — Киваю. — В таком случае, воспользуйтесь моей заводной лошадью. Иначе такими темпами вы до заката не успеете добраться до места. Присоединяйтесь, леди!

Заманчиво. Однако гляжу на лошадку с сомнением. И дело не в том, что она повыше известных мне Лютика и Веснушки, и седло мужское. Несколько часов можно потерпеть, и Индиана выглядит вполне располагающе… Однако скептик я, скептик, воспитанный на маминых страхах. Полученное предложение весьма схоже с предложением от незнакомого автомобилиста подвести, а вы же знаете, чем это иногда может обернуться… Впрочем, чаще всего тебя действительно довозят до нужного места, отмахиваются от денег и улыбаются вот так же широко в ответ на твоё «Спасибо».

— Видите ли, сэр… — тяну кота за хвост. Пожилой джентльмен понимает это по-своему.