Сороковник. Части 1-4 - Вероника Горбачева

— Видите ли, сэр… — тяну кота за хвост. Пожилой джентльмен понимает это по-своему.

— Джон. Сэр Джон. — Ещё раз приподнимает шляпу. — Странствующий рыцарь. К вашим услугам, прекрасная незнакомка.

Рыц… Кто? А чему я удивляюсь? Судя по тому, как приветливо разогревается кольцо паладина на моём пальце, передо мной ещё и коллега моего Наставника.

— Ванесса, — коротко представляюсь я. Звания и титула у меня не имеется, обойдёмся минимумом формальностей. — Видите ли, сэр Джон, я весьма рада вашему предложению, как и вашему обществу, кстати, — и это правда, я не лукавлю, он мне симпатичен, этот седобородый скиталец. — Вот только я не совсем привычна к этому виду транспорта. И к мужскому седлу, честно сказать. И лошадка ваша высоковата…

— Это всё поправимо, — благодушно отвечает он. — Зато не собьёте ноги, и не придётся ночевать в степи.

Он словно читает мои мысли. Пока я медлю с ответом и присматриваюсь к высоте стремени — легко спешивается.

Гмм… Есть в этом мире вообще мужчины с меня ростом? Или это только подростков касается? Везёт мне на высоких паладинов…

— И вот что я вам скажу, прекрасная незнакомка. Я, как опоясанный рыцарь, просто не могу допустить такого нарушения приличий. Дама должна путешествовать только в сопровождении. — И добавляет более просительным тоном: — Уважьте старика, леди. Ведь если вы откажетесь, я вынужден буду идти рядом, поскольку воспитание не позволит мне оставаться в седле, покуда вы пеши.

А у меня в голове что-то явственно щёлкает.

«Я, как опоясанный рыцарь…» «Дама должна путешествовать только в сопровождении…»

Это же не его слова!

Это слова сэра Майкла из моего последнего сна!

Здесь что-то есть. Случайных совпадений не бывает. Еду с ним.

— Благодарю вас, сэр Джон, — отвечаю чопорно. — Было бы ещё неплохо, если бы вы… э-э… немного помогли мне забраться…

— Конечно, я вас подсажу, — белозубо улыбается он. — Подождите буквально две минуты, я подтяну для вас стремена.

А и в самом деле: если упряжь заточена под длинноногого хозяина, будет весьма неловко то и дело эти стремена терять. Да и опора для ноги никудышная. Вот что значит знаток, сообразил сразу.

Мой новый знакомый заканчивает подгонку и делает приглашающий жест. Когда я нерешительно приближаюсь, смотрит оценивающе.

— Собственно, — говорит в задумчивости, — моя помощь тут особо и не нужна. С чего вы взяли, что Мышка для вас высока? В самый раз. Ногу в стремя, леди, и не волнуйтесь, я рядом. Берите-ка повод и обопритесь о моё плечо, если почувствуете себя неуверенно.

И как-то так получается, что всё у меня получается. И стремя ловлю с первого раза, и подтягиваюсь, и сажусь нормально. Чересседельные сумки сэр Джон уже перенёс на своего коня и теперь дожидается, пока я освоюсь.

— Ну, что ж, в путь, леди Ванесса!

Какое-то время он помалкивает, пока мы с лошадкой друг к другу приноравливаемся. Поначалу я слишком напрягаюсь. Но на ум мне приходят уроки сэра Майкла, его тогдашние советы… Я успокаиваюсь, а в расслабленном виде легче войти в контакт с лошадью и приспособиться к ходу.

— Леди в квесте? — деловито осведомляется сэр Джон. — Простите, это не праздное любопытство, хотелось бы знать, к чему нужно быть готовым. Мне, как заядлому путешественнику, многое приелось, и потому любое приключение в радость. И не думайте, что сильно отяготите меня своими заботами. Да и какие заботы могут быть у молодой леди? Итак, поведайте мне, с чем или с кем мы можем столкнуться на этой мирной дороге? Надеюсь, вы не сбежали от грозного мужа?

— Леди в Сороковнике, — с достоинством отвечаю, смахнув улыбку. — Но поскольку второй квест пройден совсем недавно, думаю, Мир выдержит паузу. Это я вас заранее предупреждаю, сэр Джон, чтобы не было потом разговоров, будто я что-то утаивала.

Вот так. Посмотрим, каков ты Рыцарь. Потерпишь ли под боком опасную спутницу?

— О-о, — с уважением протягивает он. — То-то я и гляжу, на вас целый именной набор. Похоже, я вас недооценил. Что ж, тем лучше. Будет интересно, если третий квест нагрянет в моём присутствии, это забавнее, чем встреча с рассерженным мужем. Не сердитесь на старика, леди, в одиночестве от скуки часто болтаешь с самим собой, вот я и несу всякую чушь.

А я чувствую, как снуют по всему телу ненавязчивые мурашки. Что-то мне это напоминает господин Паладин инкогнито. Сканируете без спросу? Не выйдет!

Не знаю, как у меня получается, но я ставлю защиту. Наглухо. Просто прячу свою интересную малахитово-зелёную ауру и не даю разглядеть. А стянутая в плёнку она не позволит отсканировать меня изнутри. Вот так.

Сэр Джон удивлённо поднимает бровь, потом, признавая, что его раскусили, добродушно смеётся. Разводит руками.

— Ну, простите, леди Ванесса. Профессиональная привычка. Не удержался. Обещаю в другой раз придерживать рефлексы.

На него невозможно сердиться. Остаток пути до гостиницы мы проводим в пустопорожней дружеской болтовне: о погоде, о природе здесь и в соседней локации, откуда я совсем недавно прибыла. Он умудряется поддерживать вполне светскую беседу — и ни о чём, и вроде бы обо всём, в то же время стараясь не затрагивать личностных моментов. И, верный слову, никаких более проверок и прощупываний не устраивает.

Хотя, думаю невзначай, я ведь могу распознать только то, с чем знакома. Какие козыри у него в рукаве? По виду, по умным глазам ему — не менее шестидесяти пяти — семидесяти, хотя, конечно, очень моложав, подтянут… Но быть Паладином — и не обеспечить себе здоровье и хорошую форму в любом возрасте? Быть странствующим Паладином, постоянно практикующим — и застрять на том же уровне развития, что в начале Пути? Такого не бывает. Постоянная практика — постоянный рост. Скорее всего, сэр Джон та ещё тёмная лошадка и сейчас перешёл на иной уровень сканирования, мне пока неведомый. Я прикрылась — и он… наверняка прикрылся в ответ.

Пытаюсь как бы невзначай рассмотреть ауру своего спутника.

А её нет. Нет даже отдельных синеватых всполохов или искр, которые иногда проскакивали от сэра Майкла. Не видно и лёгкой контурной дымки, присущей обычному человеку. Я озадачена настолько, что пропускаю очередной вопрос собеседника. Или он не человек, или… или он действительно закрылся. Но как искусно он это сделал!

— Леди Ванесса, — с улыбкой окликает он. — Мы подъезжаем! И не вглядывайтесь так пристально, вы ничего не увидите. Закрываться от посторонних — тоже профессиональная привычка, и вам, кстати, не мешало бы её перенять, вы чересчур доверчивы, дорогая…

Упс.

Мне кажется, у паладинов весьма ограниченный лексикон. И все они учатся в одной и той же школе. Обращение «дорогая» я приемлю только от одного человека.