Сборник Наше отечество - Опыт политической истории (Часть 2) - неизвестен Автор

Но произошло нечто. По официальной версии в докладе нового Генерального секретаря на Пленуме Центральному комитету, партии и стране была предложена программа радикальных реформ, осуществление которых должно было преобразовать советское общество, перестроить социалистический дом ко благу всех его жильцов. Что же было и чего не было в этом историческом докладе? И Что могло быть?

Было. Докладчик подтвердил преемственность стратегического курса, разработанного XXVI съездом КПСС и "нашу генеральную линию на совершенствование общества развитого социализма". В духе самых устойчивых традиций правящей партии, он подчеркнул, что страна, "опираясь на преимущества нового строя, ...в короткий исторический срок совершила восхождение к вершинам экономического и социального прогресса, а также, что "впервые в истории человек труда стал хозяином страны, творцом своей судьбы". Что это? Ритуальные поклоны или искренняя убежденность? И если достигли "вершин", то зачем тогда необходима "революционная перестройка"? Разумнее было бы осваивать эти вершины, вкушать от плодов прогресса и двигаться дальше к новым высотам.

На самом деле положение было принципиально иным. Стагнация, спад производства. По данным экспертной группы Госкомитета СССР по статистике, валовой внутренний продукт страны в расчете на душу населения составлял в 80-е годы около 37 % от уровня США. Это позволяло бы СССР претендовать в лучшем случае на статус развивающейся страны. Не в апреле 1985 г., а несколько позже советские люди узнали, что в 80-е годы прирост производительности труда уменьшился почти в два раза и приблизился вплотную к нулевой отметке. Что на единицу национального дохода в СССР расходовалось по сравнению с развитыми странами электроэнер

гии, топлива, металла, цемента в полтора-два раза больше. Катастрофически отставали от уровня развитых стран системы народного образования и здравоохранения. В сущности была взята только одна "вершина" -- военно-стратегический паритет с США.

Тревожные нотки, будем справедливы, звучали в докладе М. С. Горбачева. В общем виде говорилось об усилении неблагоприятных тенденций, о возникших трудностях. Правда, по мнению докладчика, начиная с 1983 г. (т. е. в связи с усилиями Ю. В. Андропова), что-то удалось подтянуть и улучшить. Но для быстрого продвижения вперед еще надо основательно потрудиться. В чем же причины этих проблем и трудностей? Их немало. Но, подчеркивалось в докладе, "...что особенно важно, не проявлялось настойчивости в разработке и осуществлении крупных мер в экономической сфере". На эту фразу стоит обратить самое пристальное внимание. Из нее со всей очевидностью следует, что из сложившейся к 1985 г. социально-экономической ситуации М. С. Горбачев и его окружение делают вывод: основная причина возникших проблем в слабой дееспособности и нерешительности прежнего политического руководства СССР, в его нежелании идти на риск масштабных экономических реформ.

Завуалированная оценка бывших вождей, безусловно, верна. Понятно и почему она давалась в такой замаскированной, безадресной форме. Ведь в составе ЦК, на всех руководящих постах в партии и государстве сидели авторы и творцы той самой "нерешительной политики". Нельзя не учитывать, разумеется, и того, что сам М. С. Горбачев входил в высшую руководящую команду с 1978 г. -- как секретарь ЦК, а с 1980 г. -- как член Политбюро. И нес свою долю ответственности за действия "верхов" периода застоя. Еще совсем недавно, в декабре 1984 г., в докладе на совещании идеологических работников М. С. Горбачев говорил: "Центральный Комитет, его Политбюро ведут многогранную теоретическую, политическую и организаторскую работу, направленную на дальнейшее укрепление экономического и оборонного могущества нашей Родины. Эта работа пронизана духом коллективности и высокой ответственности перед народом".

Но принципиально важнее другой вопрос. Верно ли выявлялась основная причина бедственного состояния советской экономики? Совокупный опыт прошедших после

"апрельского поворота" лет позволяет дать категорический отрицательный ответ. И эта ошибка дорого обошлась народам СССР. Сведя все к субъективному фактору, М. С. Горбачев не только соответствующим образом выстроил "конструктивную" часть доклада на апрельском Пленуме, но и свою стратегию и тактику на все последующие годы. Он встал на хорошо проторенный путь: не посягая на фундаментальные основы, попытаться реанимировать уже умирающую экономику, традиционно опираясь на субъективные факторы.

Плохо дело идет? Значит не те кадры, плох стиль работы, не овладели прогрессивными методами управления, неверна инвестиционная политика, несовершенен хозяйственный механизм, недостаточно активно ведется воспитательная работа, низка трудовая дисциплина, партийные комитеты и организации не сделали все возможное для мобилизации трудящихся. Поднимали, нажимали, меняли, овладевали, исправляли. Не получается. Значит не тех меняли, не так исправляли, плохо овладевали, слабо нажимали и еще хуже поднимали. Словом, как в "Соснах" у Пастернака: "Мы переглянемся -- и снова меняем позы и места". Этот порочный круг действовал десятилетиями с предельно низким коэффициентом полезности.

Мог ли М. С. Горбачев в 1985 г. разорвать этот круг? Мог ли в принципе в то время любой другой человек на его месте, обращаясь к товарищам по КПСС, сказать: друзья, а может быть мы вовсе не туда дело ведем? Может быть надо освободить экономику от идеологических оков, разрушить монополизм государственной собственности, не давать дотацию нерентабельным предприятиям, допустить конкуренцию, дать землю крестьянам в собственность, резко сократить военные расходы и провести конверсию оборонных отраслей промышленности. Ответ очевиден. Этого в 1985 г. быть не могло. Такого партийного вождя тут же изгнали бы из КПСС и незамедлительно препроводили бы в психушку.

Это могло бы произойти несколько позже в результате целенаправленной подготовки народа и партии к трезвой, идеологически незамутненной оценке истинных причин многочисленных проблем советского общества. И это в конце концов произойдет. Значительная часть людей отрешится от догматизма, раскрепостится. Но мучительно, с огромной потерей времени. А М. С. Горбачев, сохраняя приверженность "социалистическому выбору" в больше

вистской интенции, предпочел действовать и в последующем в традиционном режиме. Антиалкогольная кампания, государственная приемка, государственный заказ, неоднократные изменения в структурах управления народным хозяйством и многое другое. В итоге -- углубление экономического кризиса, достигшего к 1991 г. стадии развала народного хозяйства, всеобщий дефицит, социальные потрясения.

Что могло быть. Теоретически существовала возможность для подлинного, смелого реформатора, опираясь на опыт Китая, который к 1985 г. дал прекрасные результаты, не прибегая к идеологическому разоружению и реформе политической системы, раскрепостить аграрный сектор экономики. То, что при этом можно было бы в два-три года снять остроту продовольственной проблемы, говорит и более поздний опыт реформ во Вьетнаме (1988--1989 гг.). Но для М. С. Горбачева этот путь был исключен априори. Инициатор, ведущий автор Продовольственной программы СССР, без малого три года непосредственно руководивший ее практической реализацией, М. С. Горбачев исходил из необходимости и в дальнейшем усиленно подпитывать агропромышленный комплекс ресурсами и конечно же совершенствовать управление им.

Нужен не хозяин земли, а единый хозяин на земле -- вот основной постулат этой с треском провалившейся программы. Но в 1985 г. провал еще не ощущался. Печальный прошлый опыт аграрных "экспериментов" не в счет. Авторы программы, безусловно, считали себя новаторами и без колебаний шли взятым курсом. И поэтому в докладе на апрельском (1985 г.) Пленуме ЦК звучит твердая установка: "...следует осуществить меры, которые позволят управлять, планировать и финансировать агропромышленный комплекс как единое целое на всех уровнях". Этим и занялись.

Уже в ноябре 1985 г. принимается совместное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР "О дальнейшем совершенствовании управления агропромышленным комплексом". И единый "хозяин" на земле вскоре появился в лице Агропромышленного комитета и его многолюдных структур на всех этажах управления (рапо, облапо и т. д.). Затем последовали новые и новые решения и ...многомиллиардные инъекции из госбюджета. Только в 1990 г. за счет повышения закупочных цен, списания долгов с колхозов и совхозов,

дотаций и т. п. аграрный комплекс получил около 100 млрд. рублей.

А положение с продовольствием с каждым годом становилось все хуже. В 1989 г. обозначился дефицит на самые необходимые продукты, и он нарастал. Вводились всевозможные регламентации на продажу продуктов. Возникли сахарный и табачный кризисы. В 1990 г. талоны, карточки, визитки действовали уже на территории всей страны. А 2 января 1991 г. газета "Известия" опубликовала заметку -- "Продовольствие из Германии для Украины". Финита.