Алхимик в Пустыне - Лана Туулли

Когда с нанесением колдовской мази было покончено, она встала, аккуратно протерла инструменты, сложила ингредиенты в заветную шкатулку и с недовольством посмотрела на следы предрассветной драки. Интересно, куда пропали девчонка и карлик? Карлик — тьфу на него, всё равно сдохнет после того эликсира, которым его попотчевал Раддо. А вот девчонка ей бы пригодилась. Молодая, здоровая, и — что очень важно — с магическими талантами.

Очень слабыми. Скорее всего, естественных способностей — пшик, блохе не хватит, чтоб утопиться. Но ведь способности можно развить, усилить, если знаешь, как…

У Кассандры-Аурелии, при всех достоинствах ее молодой, изящной и такой соблазнительной фигурки, — думала иберрийка, пристально изучая свое отражение в зеркале, — и тени магических способностей нет. Иначе бы она наверняка заподозрила бы… И по губам отражения промелькнула змеиная, недобрая усмешка.

Впрочем, что именно должна была заподозрить Кассандра-Аурелия, осталось не выясненным: заметив подозрительное черное пятнышко под левым глазом, иберрийка приблизилась к отражающему стеклу и тщательно вытерла черную слезу, вытекшую на щеку. В какой-то момент — если бы в комнате вдруг оказался кто-то посторонний, — можно было заметить, что чернота выразительного, горящего взгляда красавицы какая-то ненатуральная — как будто черный дым заволок настоящую, прячущуюся под жирным смогом радужку более человеческого, темно-серого цвета.

Но никого посторонних в этот момент в комнате гостиницы "Золотая Пика" не было. Ах да, спящий Оск…

Но какой же он посторонний? Доверенное лицо чернокнижника ни в коей мере не может считаться посторонним для подчинившего его мага. Теперь, до тех пор, пока действует замешанная на крови магия, Оск будет послушно исполнять приказы донны Кассандры. До самой ее смерти.

А возможно, и после.

И все же. Куда пропали карлик и девчонка? Девчонка может ей пригодится… не сейчас — но позже обязательно.

Впрочем, если подождать, то обязательно подвернутся и другие возможности, — улыбнулась своему зеркальному отражению донна Кассандра. Потом нахмурилась, вспомнив о более насущной проблеме — сегодня ей предстоит сделать несколько важных визитов. Что надеть? Темно-розовое, с вышитыми дракончиками? Или чуть более строгое платье, темно-серого шелка, с узорами из черного стекляруса? Хмм… Выбирая наряд, донна прошла к сундуку, стоящему в углу — и не заметила, как от ее движений закатилась под половицы оторванная от какой-то темной одежки пуговица.

Где-то. Время неизвестно

Цогобас очнулся — от боли, острыми шипами терзающей его раны в плече и в середине груди. Во рту пересохло, перед глазами пульсировали огненные круги… Со стоном карлик снова смежил веки и сделал попытку провалиться в спасительное забытье.

Не получилось. И тут, и снова, и опять — ничего не получилось!!!

Хоть вешайся. Интересно, найдется ли здесь какая-нибудь веревка? И вообще, где это — здесь?

Карлик приоткрыл глаз и осторожно проверил окрестности.

Полутемная комната. Потолок деревянный, старый. Стены дощатые — но в щели, что удивительно, не дует. Пол, на котором карлик лежит — удивительно жесткий. Но тоже деревянный.

Тепло. Ну, относительно — об этом карлик догадался по отсутствию в обозримом пространстве характерной для подвалов, крипт и ледяных крепостей изморози. Что еще? А…

— Пить, — слабым умирающим голосом прошептал Цогобас.

— Здесь ничего нету, — печально и уныло отозвалась Джоя. — Я уже искала, но ничего не нашла.

Она сидела рядом, положив голову карлика себе на колени. И даже, кажется, поглаживала круглый лысый череп. Прислушавшись к ощущениям, карлик решил, что они, пожалуй, приятные, а значит, можно не умирать.

Он просто закрыл глаза и провалился в забытье.

Второй раз он очнулся от кошмара. Ему снилось, что любимый царсари Госпожи — тот, который альбинос, раза в два крупнее своих собратьев, — точит об него свои острые зубы-сабли. Чудовище смотрело на добычу, щуря красные, злые глаза, потом без предупреждения набросилось и вонзило клыки в плечо, заставляя кричать, плакать, молить о пощаде…

Мягкие, заботливые руки промокнули пот, выступивший у карлика на лбу.

— Что, очень плохо? — спросила Джоя.

— Еще нет, — подумав, ответил Цогобас. — А тут воды точно нет? Да и не вода сгодится… Может, какое-нибудь болото поблизости имеется?

— Здесь нет болота, — став еще печальнее, ответила девушка. — Здесь вообще ничего нет. Я проверила, пока вы были без сознания — это очень странное место. Мы сейчас в подвале, а если подняться по лестнице, то окажешься в доме, который вроде как стоит на каком-то берегу. Там есть терраса, с которой должен бы открываться прекрасный вид, но вместо этого дом окружен плотным серым туманом, в котором нет ни звуков, ни шевеления ветерка. В доме два этажа — но крыши нет, вместо нее тоже серый плотный туман…

— Серый туман, говоришь? — заинтересовался карлик. — А какой? Мокрый, как в Ллойярде?

— Нет, — задумалась Джоя. — Если бы он пах дождем, здесь было бы сыро, верно? Да и за то время, пока мы здесь сидим, туман или разогнал бы ветер, или действительно сменился дождем…

— Тогда я знаю, где мы оказались, — с мрачной торжественностью изрек Цогобас.

— И где же?

— В субреальности. Можешь откусить мне ухо, если это не так!

— Я, вообще-то, ушами не питаюсь, — смутилась Джоя. — Но разве субреальность — это не магические карманы, которые маги делают, чтобы носить с собой всяческие мелочи? Этот дом в карман никак не поместится… И он совсем не воображаемый, он реальный, я даже стучала по стенам, и они не проваливались!

Цогобас нахмурился и строго возразил, недовольный, что такая приличная с виду девушка проявляет столь вопиющее незнание основ Магического Искусства:

— Во-первых, давай разберемся в терминологии. Надеюсь, про то, что Вселенная есть множественная реальность, ты слышала?

Джоя утвердительно кивнула.

— Отлично. Так вот, есть разные способы эту реальность создавать. В большинстве случаев реальность создают Демиурги — сверхсильные божества, которым изобрести новый мир, населить его живностью, растительностью, а потом и разнообразными существами, претендующими на разумность — раз плюнуть. Но реальность действительности — не единственная возможность реальности.

— То есть?

— Есть реальность воображения, реальность замещения, реальность возможного… И таким образом мы подобрались к пункту «во-вторых». Маги, использующие Игры Разума, используют реальность воображения — у некоторых существ, особенно всяких там сочинителей, художников, тех же магов воображение настолько переполнено энергией, что кажется живым, действительным. Быть запертым внутри собственной головы, встречать там разнообразных чудовищ можно на самом деле — сосредотачиваешься, забываешь обо всем насущном, и хоп! — ты в странном Нигде-Никогда, безжизненной пустыне, в которой имеет значение только твоя Сила и твое собственное воображение…