Опасайся дверных ручек (СИ) - Аноним Эйта

Юлга осеклась, обнаружив, что уже откровенно хамит.

Она слишком устала, чтобы здесь сидеть, это вообще, законно, заставлять людей отвечать на вопросы интервью сразу после круговой инициации?

— Давайте я просто заполню ту же анкету, что и люди в очереди? — Попросила она. — Я очень устала, правда. Это будет быстрее.

Преподаватель покачал головой.

— Братья, сестры?

— Нет.

— Близкие родственники?

— Тетя Ато… Простите. Сейчас, попробую вспомнить полное имя…

В голове была пустота. Вакуум. Хорошо, что ее здесь не экзаменуют… Окос, она же не помнит, как зовут тетю Ато на самом деле… Кажется, фамилия у нее Тато… Поэтому Юлга и звала ее все время Тетей Ато, ей в детстве показалось, что первая Т — это от слова Тетя. Так и повелось.

— Эм… Тато.

— имя?

— Род.

— Скажите имя.

— Я не помню. — Юлга была готова провалиться под стол от стыда. — Хоть убейте… такая пустота в голове… Она фольклористка, я не уверена… Подождите, наверное, она мне все-таки не близкий родственник, двоюродная тетя — это же не близкий?

— Нет, можете не вспоминать. Не могли бы вы перечислить обладательниц вашего пси-дара по женской линии?

— Юлга Наль, Селия Наль, Ирна Наль. Я, мама, бабушка.

— Что, ни одного мужчины?

— У женщин нашей семьи не складывается с мужчинами.

Вот так. И пусть думает, что хочет.

— Хм, хорошо. Муж, дети?

— Нет.

— В столице впервые? Где остановились на время поступления?

— У… знакомых.

— Языки в школе изучали?..

Из кабинета Юлга вышла выжатая, как лимон. Вроде бы ничего особенного у нее не спрашивали, не выпытывали никаких тайн, задавали только формальные, стандартные вопросы. Но, тем не менее, Юлга очень-очень устала.

Поэтому то, что Варт сидел с многострадальным томиком А. Кзановы в руках у двери и ждал ее, не вызвало в ней какого-то внутреннего протеста, раздражения, эмоционального отклика — только облегчение, что домой одной тащиться не придется.

Она оперлась на Вартову руку — кожа к коже, радуясь, что вымотана до совершенно безобидного состояния и может хоть немного походить без перчаток. Варт просто довел ее до выхода из института. Охранник на проходной Варту совершенно неприлично подмигнул, на что тот оскалился.

Это должно было быть улыбкой, и, глядя на этот оскал, Юлга почему-то совершенно ясно поняла, что Варт тоже очень устал, что он пропустил через себя целый поток абитуриентов, и каждый из этих абитуриентов что-то чувствовал и о чем-то волновался.

И что это Варт поймал ее там, сразу после танца.

Зачем эмпат вообще полез в приемку?

Он больше не казался страшным. Да, он преследовал какие-то свои цели, но, в конце концов, он же не сделал ничего плохого? Может и правда стоит ему помочь, он ведь ей помог.

Когда она просто вошла в его дом вместе с матерью, он ведь помог ей просто так, еще не успев сделать своих странных умозаключений?

Варт, как оказалось, позвонил Ярту, и тот заехал в ВГТУ по пути из своего ГММНУТа на раздолбанной машине, которую ему подарил какой-то благодарный пациент. Конечно, Ярт ворчал, но как-то мирно, без обычной своей желчной злобы. Варт усадил Юлгу на заднее сиденье, сам сел вперед, и они поехали…

Юлга уже засыпала, когда поймала себя на этой мысли, и у нее не было сил, чтобы встревожиться.

Они поехали домой.

Глава 4

…итак, студиозусы! Боги-покровители магов с даром земли, быстро… э-э-э…

Вопрос был элементарный, да и легенду она знала, но на семинарах у Тянно лучше было не высовываться, потому она чуть ли не обняла батарею в порыве слиться со стеной. К счастью, в этот раз получилось. Тянно указала крючковатым пальцем на ее соседку.

— Валь! Будьте так добры.

— Окос и Живица! — Бодро отрапортовала Эллрочка Валь. — Боги так же имеют отношения к культу жизни и смерти и…

— Что? — Скрипнула преподавательница, — имеют отношение? Это основные боги Смерти и Жизни, их аналоги есть почти во всех культурах мира. Вы не пробовали читать учебник? Или вас только ваши ногти интересуют?

Эллрочка быстро-быстро растерянно заморгала. Гнев Тянно мог выдержать не каждый, но Эллрочка практиковалась чаще остальных и выработала действенную методику.

Она молчала и хлопала глазами.

Это было все, что можно было предпринять в данной ситуации. Тянно была абсолютно непредсказуема, понять, что творится у нее в голове, не мог никто. Можно было вызубрить учебник и все пять томов методических рекомендаций к нему и получить неуд: Тянно требовала понимания. Так-то оно неплохо, но не когда предмет называется «введение в религиоведение и фольклористику».

Взметнулась вверх худая девичья рука.

— Но в учебнике… так и написано!

Это Ланка, местная самоубийца и блюстительница справедливости. Вечно ей неймется, вечно нарывается на проблемы. Лучше бы у Эллры училась.

— Значит, дурацкий учебник. — Неожиданно мирно откликнулась Тянно. — Садитесь, Валь.

Эллрочка села. Чтобы Эллрочку подбодрить, пришлось ткнуть ее локтем в бок и ободряюще улыбнуться. Сработало, та улыбнулась в ответ.

— Хин-Хин, а вам что, неймется? Ответьте вы. — Тут же сменила тональность Тянно.

Она встала и выпалила, не задумываясь, что именно, чтобы не сбиться:

— В Тьене как бог земли почитается Дарфл, Большой Гном…

— Да боги с Дарфлом! Скучный парень! — Отмахнулась Тянно. — Давайте сказку про Окоса и Живицу. И садитесь, как стоя вообще можно творить фольклор, не понимаю.

Это было настолько Тянно не свойственно, что сбивало с толку. Сказка застряла где-то в сердце и отказалась выходить в большой и опасный мир. Было не то место, не то время и не те люди. Сев, она выиграла себе несколько секунд, но это не помогло.

Она честно попыталась вытолкнуть из себя слова, но получилось только не слишком связные предложения из учебника по философии.

— Э-э-э… Сказка об Окосе и Живице — это сказка, отражающая дуализм живой природы. Что бы что-то могло жить, что-то должно умереть, от того Окос и Живица изображаются как божественные муж и жена, в других легендах как брат и сестра… и… — Тянно смотрела на нее задумчиво, как на букашку, которую хорошо бы изучить под огромным микроскопом.

Она смешалась и затихла.

— Ну что же вы? И потому идут рука об руку. Что вас так смутило? Инцест в божественных семьях далеко не редкость… Ладно, поставлю вам одиннадцать, Дарфла сегодня у меня еще никто не вспоминал. После семинара подойдете.

Потом семинар кончился, и Эллрочка убежала вместе с остальными: был обед, а в столовке ее ждал ее парень. Он учился на другом факультете, на курс старше, и у него были какие-то проблемы, из-за которых у них с Эллрочкой почти не оставалось времени на свидания. Попроси она только, и Эллрочка подождала бы за дверью… С сожалением пришлось отрицательно покачать головой в ответ на ее немой вопрос, сама справлюсь, мол.