Гром - Дмитрий Шимохин

class="p1">— Неа. Нет. А как? — полетело от малышни, что его окружила.

— Наскальная живопись, — и Варин поднял указательный палец.

— Ха, — не удержавшись, рассмеялся я над немудреной шуткой.

— Правда так и называется? А я не знала. Ух ты, — малышня начала восторгаться.

— А то ж, дядька Варин глупости не скажет, — расправил он плечи.

— Еще, еще расскажи, — загомонили дети.

— Никогда не шутите над ростом гнома, это низко, — выдал очередной перл Варин. Заставив меня заржать во весь голос.

— А почему? — вдруг прозвучал вопрос от рыжей девчонки, на вид которой было лет семь.

— Ты же видела гнома? — с улыбкой спросил Варин и, дождавшись кивка, продолжил: — Вот они небольшого роста и, когда шутят об этом, обижаются. А обиженный пьяный гном, я вам скажу, это больно, и под столом от него не спрячешься.

— А-а-а, — протянула детвора, а Варин продолжил рассказывать свои немудреные шутки и истории. Так и прошел весь день, в конце дня дверь в нашу комнату открылась, и забрали ведро из-под каши. Рея попыталась заговорить и узнать, куда нас везут, но ответа так и не получила.

Когда свет в окне померк, мы завалились спать, вырубило меня сразу.

Проснулся я резко, раз и все. Вокруг темнота, а я не могу сделать и вздоха, шею что-то сильно давит. Страх затопил мой разум, я пытался вздохнуть, но не мог. Руки метнулись к шее, на которой я обнаружил цепь, которая меня душила.

— Что сопляк думал, на Грая просто так можно руку поднять, да я таких, как ты, на завтрак с потрохами ем. Сейчас ты сдохнешь, и никто тебе не поможет, — услышал я яростный голос разбойника рядом с собой, а цепь начала душить еще сильней.

Я заметался во все стороны, силясь вырвать или стянуть с себя цепь, толку от этого не было.

— Сдохни, тварь, сдохни уже, — раздавался рядом со мной этот противный голос. Перед глазами уже все поплыло, и тут я вспомнил, что я все же одаренный и могу эту тварь долбануть разрядом, и моя рука потянулась на голос разбойника, дабы вцепиться в эту гадину.

Вдруг сбоку, откуда и шел голос разбойника, раздался звук удара и вскрик, а потом еще один удар — и цепь мгновенно ослабла.

Я смог вздохнуть, как же это, черт возьми, приятно, просто дышать, сбоку же возня прекратилась, лишь слышалось женские всхлипы.

Стянув с себя цепь, я повернулся и осклабился. Разбойник находился рядом, я прям чувствовал его, и с горем пополам смог его разглядеть, он полусидел, откинувшись на стенку. Не теряя времени даром, я два раза долбанул ему по лицу с локтя, но он никак не прореагировал, что и заставило меня остановиться.

Найдя на ощупь его шею, я попытался почувствовать пульс, но его не было. Эта тварь была мертва.

Я вгляделся в темноту и заметил сидящую и сжавшуюся в комочек Рею, это она всхлипывала.

— Эй, что случилось? — раздался неожиданно голос Варина, и в ночной тишине его голос был как гром среди ясного неба.

— Все хорошо уже, эта тварь решила со мной поквитаться и чуть не придушила, — бросил я в ответ.

— Вот оно как, точно все хорошо? — уточнил Варин, в его голосе слышалось переживание.

— Да, спи уже, — ответил я, в этот момент заголосил кто-то из детей, а следом и остальные.

Не обращая внимания на их плач, я перебрался к Рее. Ее всю трясло, и я начал аккуратно гладить ее по руке и приговаривать:

— Ты молодец, ты меня спасла.

Девчонку потряхивало, а я все так же ее гладил. Все-таки она явно не уличная, не та реакция на агрессию и насилие, я это еще днем заметил, она домашняя девчонка.

Заметив, что Рея успокоилась, я спросил:

— Чем это его ты?

— В… в…ведром, — произнесла она, заикаясь.

— Ведром, значит, — пробормотал я. Действительно, деревянным ведром и пришибить вполне возможно, что и произошло.

— Я его-о убила. Да? — все тем же заикающимся голосом спросила она.

— Нет, что ты. Ты меня спасла, а убил его я, — ответил ей, беря на себя вину и успокаивая девчонку.

Рея начала всхлипывать, видимо, до конца мне не поверив.

Поднявшись, я схватил тело разбойника и перетащил к противоположной стенке, после уселся рядом возле Реи и обнял ее, так и уснули.

С утра вновь открылась дверь, и все тот же бугай зашел к нам в комнату, огляделся, дети, до этого играющие, вмиг затихли.

— Что это с ним? — властно спросил Бугай, кивая на труп разбойника.

— Ссать ночью пошел да в темноте, видимо, запнулся, головой ударился, — пояснил я.

— Опять запнулся, значит, забавные вы, — с легкой усмешкой проговорил бугай.

Он обернулся в сторону двери и закричал:

— Жезик, сюда только воду. Мясо себя плохо ведет, поэтому останется сегодня голодным, и к нам в комнату занесли только ведро с водой.

После бугай подошел к мертвому телу.

Нагнувшись к убитому, он вытащил из кармана штанов какую-то металлическую пластинку и приложил ее к браслету, к которому крепилась цепь. Раздался щелчок, и браслет раскрылся, освобождая, бугай, подхватив тело, вытащил его из нашей комнатушки и захлопнул дверь.

У кого-то громко заурчал живот, а одна из женщин, имени которой я так и не узнал, вмиг окрысилась на меня с Реей.

— Это вы виноваты, что мы сегодня голодные остались, — визгливым голосом произнесла она.

— А это тварь, значит, не виновата, он мимо проходил, — со злой усмешкой проговорил я.

— Да дала бы она разок ему, ничего страшного, с нее не убыло бы, а сейчас мы голодные по вашей милости, — все тем же истеричным тоном произнесла она.

Я медленно поднялся и подошел к ведру с водой и утолил жажду, а после медленно повернулся к этой истеричке и заговорил:

— Закрой свой поганый рот, накипь ходячая. Еще раз посмеешь его открыть в мою сторону и Реи, тоже споткнешься и не один раз, возможно, даже насмерть.

Она хотела что-то сказать, но я тут рявкнул:

— Ты меня поняла, чучундра?

Не знаю, что она увидела в моем взгляде, но закивала, а после уткнулась в пол и не поднимала головы.

Я спокойно вернулся на свое место. Больше ни у кого никаких вопросов ни ко мне, ни к Рее не было.

Дни сменялись ночами, Варин пытался нас развлекать, рассказывая истории. Корабль иногда садился на землю на пару часов, после чего вновь поднимался в небо.

Спустя шесть ночей корабль приземлился, но так и не поднялся, а сутра же начался шум, приносить еду и воду нам никто