Надежда Дурака - Майк Шэкл

В этом он прав. Впереди еще больше. Больше веселья для меня. Больше боли для тебя.

— Пожалуйста.

— Мы подумаем об этом, генерал. Хорошо?

Джакс откинулся на спинку стула, слишком измученный, чтобы продолжать спорить.

— Тем временем, нам нужно что-то сделать с Кейном и Карой.

— Что с ними?

— Они все еще в подвальных камерах, верно?

Джакс кивнул. В камере с его руками.

— Я пошлю кого-нибудь из парней за ними и принесу сюда их тела. Чтобы мы все могли попрощаться должным образом.

Джакс сдержал слезы:

— Спасибо.

— Это не проблема.

— И найдите женщину, которая помогала нам — Яс. Убедитесь, что она в безопасности.

— Да. Я попрошу Кастера этим заняться.

Хасан оставил его и присоединился к остальным, пока они ели скудный ужин из сушеного мяса и хлеба. Солдаты продолжали поглядывать на Джакса так, как будто считали, что он собирается сделать что-то глупое.

Джакс сел на край кровати, пытаясь не обращать на них внимания. Он не хотел спать, не сейчас, когда знал, что Монсута ждет за его закрытыми глазами. Он не мог никуда идти. Ни хрена не мог сделать. Он бы перерезал себе горло, если бы у него были силы.

Один из людей Хасана вошел в комнату, заставив Джакса подпрыгнуть. Мужчина заговорил с Хасаном, и какими бы ни были новости, Хасан улыбнулся.

— Приведи его. — Он повернулся к Джаксу. — У нас гости, которые могут вам понравиться.

Полминуты спустя Шулка вернулся с Дреном и еще четырьмя людьми, шедшими за ним по пятам.

Дрен ухмыльнулся, увидев Джакса:

— Все еще жив, старик?

— Что-то вроде того. — Клянусь богами, Джакс был рад видеть парня. Затем взгляд мальчика упал на его отросшую руку, и приятное чувство исчезло. Мальчик, однако, не упомянул об этом. По крайней мере, это было уже что-то. — Что с королевой?

Дрен подтащил стул, развернул его и сел так, чтобы можно было опереться на его спинку:

— Доставил ее на борт мейгорского корабля. Хотя, черт побери, были близки к смерти. Гребаные Дайджаку пришли за нами и точно прикончили бы, если бы не появилась подмога. Нам повезло. Чертовски повезло.

— Почему ты не поехал с ними?

Дрен потер подбородок, затем ухмыльнулся, демонстрируя недостающие зубы:

— Что я могу сказать? Я парень из Киесуна. Что я знаю о других странах? Не владею местным жаргоном, вероятно, возненавидел бы их еду. Здесь я знаю, что к чему. И, кроме того, я не мог оставить тебя развлекаться в одиночестве, ага?

Джакс уставился на мальчика. Веселье? Забава? Они в аду. Смерть и отчаяние — их единственные спутники. Мальчик был дураком, что вернулся.

Дрен почувствовал, что сказал что-то не то, и его улыбка погасла:

— Ты знаешь, что я имею в виду. Я вернулся, чтобы драться. Полагаю, тебе понадобится любая рука, которую ты сможешь достать.

Джакс посмотрел на свою руку, которую Монсута отращивал столько раз. Она ему была не нужна. Совсем не нужна.

Хасан подошел к ним и хлопнул Дрена по спине:

— Рад видеть тебя снова, бешеный пес.

— Эй, ничего подобного. Теперь я на вашей стороне. Больше никаких беглых крыс. Больше никакого такого дерьма. — Дрен сделал паузу и улыбнулся. — Ну, я, конечно, буду рад поиметь Черепов. Это само собой разумеется.

— Это хорошо, — сказал Хасан. — Я только что говорил генералу, что у нас есть хороший шанс выбить Черепов из Киесуна, если мы поторопимся, а затем укрепим то, что у нас есть, прежде чем у них появится шанс нанести ответный удар.

Дрен захлопал в ладошки, как будто услышал лучшую новость в мире:

— Да. Давайте это сделаем.

Джакс вздрогнул от звука и опустил взгляд в пол.

Дрен заметил:

— Что? Что-то не так?

Голос Хасана был тише, нежнее:

— Джакс считает, что нам следует уехать из города. Перегруппироваться в горах.

— Что? Сбежать нахуй? Ты же не это имеешь в виду. Верно, Джакс?

Он поднял глаза и увидел, что все они наблюдают за ним:

— После сегодняшней ночи у нас останется двести мужчин и женщин, самое большее. Этого недостаточно, чтобы сражаться с Черепами.

— В городе все еще около пяти тысяч человек, — сказал Дрен. — Из них могла бы получиться треклятая армия.

— Они гражданские, а не солдаты, — сказал Джакс.

— Ну, я только что там был, — сказал Дрен, — и люди носят оружие, строят оборону. Они все знают, что Черепам все равно, кого убивать. Они просто увидят джиан и захотят закопать их в землю. Теперь всем придется сражаться. Неважно, кто ты — Ханран, Шулка или прачка.

Джакс на секунду закрыл глаза, увидел Монсуту и его окровавленные ножи, и снова их открыл:

— У тебя есть огонь, парень. Но у Черепов есть численное преимущество, бомбы, монстры, магия. Это погасит твой огонь — и огонь всех остальных.

— Я здесь. То, что осталось от моей команды, здесь. Мы готовы. Мы подготовим всех. — Он пару раз кашлянул, пытаясь прочистить горло.

— Ты в порядке? — спросил Хасан.

— Это просто дым, — сказал Дрен.

Джакс глубоко вздохнул:

— У нас две проблемы — Черепа в городе и Черепа, которые собираются прийти им на помощь. Даже если мы бросим все, что у нас есть, на тех, кто здесь, в Киесуне, к тому времени, когда мы их уничтожим — если мы их уничтожим, — появятся другие в огромном количестве, и мы вернемся к тому, с чего начали.

— Мы убили городскую Тонин, так что любое подкрепление придет пешком, по горной дороге из Анджона, — сказал Хасан. — Я пошлю туда несколько солдат, чтобы оказать им теплый прием.

— Это только выиграет городу больше времени, — сказал Джакс. — Черепа, в конечном итоге, все равно придут и приведут еще больше людей.

— Да, но мы могли бы использовать это время, чтобы окопаться самим, сделать город нашей крепостью, — сказал Дрен, полный безумных мыслей. — Эти улицы похожи на кроличье логово. Им придется заплатить за каждый дюйм, который они попытаются захватить. Мы сделаем город настолько горячим, они могут не захотеть забирать его обратно.

Хасан улыбнулся:

— Я думал, ты пришел сюда за приказами, парень. Но теперь мне кажется, что ты и сам неплохо все продумал. А?

— Что