Глаз дракона - Лилия Батршина

В библиотеке Сонэра не было, в столовой тоже. Девушка вышла в холл и осведомилась у стражи, не видели ли они ее мужа. Стражники ответили, что хозяин уж часа два как прошел мимо них в свои покои; при этом, сказали они, на нем не было лица, он был то ли взбешен, то ли совершенно ошарашен, и даже не ответил на их приветствие, чего не делал никогда. Лада поблагодарила их и отправилась обратно, понимая, что оставалось только одно место, где Сонэр может быть — его комната. На волне своей тревоги она не замедлила туда постучаться, а когда не услышала ответа, вошла.

Лада не ожидала, во-первых, что дверь окажется открыта, а во-вторых, что Сонэр будет внутри. Она вошла и замерла на пороге, во все глаза глядя на мужа. Сонэр сидел в кресле у едва-едва горящего камина, ссутулившись и согнувшись, опершись локтями на колени, смотрел пустыми темными глазами в огонь и рассеянно вертел в ладонях бокал с какой-то янтарной жидкостью. Недалеко от него, на подстилке, лежал Олум, опустив голову на передние лапы и тоскливо глядя на хозяина. При виде Лады пес еле-еле шевельнул хвостом, здороваясь с ней, а Сонэр поднял и тут же опустил голову, хмыкнул и одним махом выпил все, что было в бокале.

Лада вошла и закрыла дверь. «Он пьян?» — вертелся у нее в голове вопрос, на который она не могла найти ответа. Подойдя чуть ближе, она разглядела стоящую на камине бутылку с той же янтарной жидкостью, полную едва-едва до половины. «Если он все это выпил в одиночку, то он точно пьян», — решила Лада и остановилась у камина, не сводя взгляда с Сонэра.

Прошло несколько минут, прежде чем Сонэр произнес:

— Ты меня ненавидишь?

Лада вздрогнула и скептически приподняла одну бровь.

— Что за гадость ты пьешь? — она взяла с камина бутылку и, открыв, поднесла к носу. Пахнуло чем-то очень терпким и крепким, Лада поморщилась и отставила бутылку подальше. — Только не говори мне, что ты столько этой гадости выпил в одиночку.

— Ты меня ненавидишь? — Сонэр поднял глаза и в упор посмотрел на нее. Глаза его, большие, темные, глубокие, как море вокруг, совершенно не были пьяными, они требовали от Лады ответа с прежней решительностью и настойчивостью, и девушка мгновенно растеряла весь появившийся было боевой пыл. Она растерянно пожала плечами.

— Нет, — сказала она уже совсем другим голосом — тихим и покорным. — А что, должна разве?

— Должна, — кивнул Сонэр, не отводя взгляда. — Должна. Я тебя похитил, насильно заставил выйти замуж, лишил семьи, друзей… что еще надо? Ты должна меня ненавидеть.

— Должна, да не обязана, — чуть улыбнулась Лада. Она не понимала, к чему он это выспрашивает, но ему это было важно, и девушка была рада его разубедить. — Не помнишь разве, что я по своей воле за тебя замуж вышла? Али ты думаешь, что я бы с норовом своим без своей охоты пошла бы за тебя? Не было бы этого. Если бы не хотела я замуж за тебя, ты бы меня в тот же вечер на скалах нашел, или море бы меня выбросило бездыханную к твоим стенам. Что до семьи да друзей, то ты прав, ты лишил меня их, и я каждый день их с тоской вспоминаю, только за это разве ненавидят? Все равно, рано или поздно, но вышла бы я замуж, и увез бы меня муж в свой дом, как ты это сделал. Ну а что похитил… Твоя воля на то была, и я не держу на тебя зла за это. За что же мне тебя ненавидеть? Я не знаю. Скажи, коли знаешь сам.

Лада говорила, а Сонэр неотрывно смотрел на нее взглядом ставших невероятно большими глаз, как будто следил за ней, высматривал и взвешивал каждое ее слово на своих весах — правду она говорит или лжет. Когда она закончила, он распрямился, поставил бокал на пол рядом с креслом и снова посмотрел на нее.

— Подойди ко мне, — почти с мольбой попросил он.

Лада подошла. Сонэр несколько секунд смотрел ей в глаза снизу вверх, потом обнял ее за талию, уткнулся ей в грудь лицом и замер. Лада от удивления даже дышать на миг перестала. Осторожно она подняла руки и положила ладони ему на голову, наклонилась и поцеловала в затылок. Осмелев, ее пальцы стали ласково перебирать жесткие светлые волосы, гладили их, разбирали на пробор и снова смешивали. Наклонившись, девушка снова прижалась к ним губами, потом щекой. Сонэр не двигался, позволяя ей делать с собой что угодно, и Лада только чувствовала сквозь ткань платья, как он глубоко и неровно дышит. Вдруг он отстранился и потянул ее за руку вниз, приглашая сесть. Это было именно приглашение, а не приказ — настолько неуверенно он это сделал, так, что Лада просто не смогла не подчиниться. Она села ему на одно колено, на самый край, чтобы можно было в любой момент вскочить. Однако Сонэр обнял ее и на сей раз просто заставил сесть по-настоящему, прижав к себе. Он ласково погладил ее по щеке, убрал ей за ухо выползшую прядь волос, тронул кончиками пальцев губы. Все это он делал с какой-то невероятной улыбкой на лице, словно наблюдал за чудом. А когда Лада решилась снова тронуть его волосы, он отнял ее руку и прижал ладонь к губам.

— Боги мне подарили самую потрясающую женщину на свете, — услышала девушка его тихий-тихий шепот. Удивленно подняла брови, не зная, как на это реагировать. А Сонэр прижал ее ладонь к своей щеке и, совсем как Олум, нежился под ней, то и дело поднося к губам и целуя. Лада сидела молча, онемев от такой разительной перемены в муже — раньше такой нежности он не проявлял. Наконец она решила, что с ним злую шутку сыграло спиртное, и грустно улыбнулась.

— Ты много выпил, — произнесла она со вздохом.

— Я не выпил и половины бокала, — возразил Сонэр, выпустил ее руку и обнял Ладу крепче. Снова прижался лицом к ее плечу и некоторое время сидел так. Лада наклонилась и снова поцеловала его волосы.

— Что с тобой? — тихо спросила она. — Что случилось? Почему ты пьешь?

Сонэр вздохнул, отстранился и откинулся на спинку кресла, при этом не выпустив Ладу и почти заставив ее таким образом улечься ему на грудь. Несколько минут молчал, прижимая ее к себе и щекоча ее щеку дыханием.

— Тэйлор меня предал, — наконец сказал он. Глянул на нее. — Да ты ведь и сама наверняка об этом догадалась. Он готовил заговор, хотел меня убить, причем так, чтобы никто не подумал, будто это убийство. После моей смерти, поскольку у меня нет прямых наследников, он хотел взять власть в свои руки, а возможные бунты подавить. Он набрал достаточно большую команду заговорщиков, но до сих пор не мог придумать, как же ему осуществить свой план. И тут я привез тебя. Он решил, что это хороший шанс подобраться ко мне, и попытался вовлечь тебя в свою игру.

Лада покачала головой.

— Он со мной говорил всего один раз, — возразила она. — Пытался меня против тебя настроить, заведомую ложь наговорил. Я уж сама додумалась, что тут неладное что-то творится.

— Я давно подозревал, что против меня что-то затевается, но что, где, кто… — Сонэр вздохнул. Еще немного помолчал. — То слово последнее, которое ты меня спросила… «Рими» — это двоюродный брат. Оно все на свои места поставило. У меня есть двоюродный брат, дракон, как и я. Он живет довольно далеко отсюда на другом острове, но с самого рождения горит желанием меня извести и занять мое место главного в роду. Я знал, что он наверняка попытается кого-то завербовать из моего окружения, вот, пса завел, чтобы себя обезопасить от внезапного нападения. Только не думал я, что это будет Тэйлор…

— Почему? — спросила Лада.

— Я его считал своим другом, — глаза Сонэр сузились, снова пожелтели, превращаясь в хищные глаза ящера. — Лучшим другом, Лада. Единственным. Мы с ним огонь и воду прошли, всегда вместе были. А сегодня оказалось, что он меня ненавидел лютой ненавистью. Я его однажды от смерти спас, так он меня за этот свой долг ненавидел, да еще за многое, что было. Завидовал, как оказалось, тому, что я везде главный, что я дракон, что я им командую, что я из богатого да уважаемого рода происхожу… Ему мой братец свой замок и титул обещал, если Тэйлор ему поможет. Вот он и купился… Тварь…

Сонэр сжал кулаки, Лада успокаивающе погладила его по плечам.

— И ты поэтому пьешь? — Сонэр кивнул в ответ. Лада вздохнула. — А как ты узнал-то все?

— Да ты мне как стала вопросы задавать, я и понял, — усмехнулся Сонэр. — Отдал приказ страже, те его схватили. Его даже пытать особенно не потребовалось, он от страха все сам рассказал. Сообщники его тоже схвачены. Так что спасибо тебе. Если бы не ты, я бы никогда об этом не узнал.

— Да не за что, — смущенно улыбнулась Лада. Снова погладила его по плечам. — Ты просто резкий очень, вспыхиваешь на раз. Не каждый такое вытерпит…

— Ты же терпишь, — улыбнулся Сонэр.

— Так это ж я, — тоже улыбнулась Лада. — Я жена твоя, мне волей-неволей терпеть приходится. Тебе повезло, у тебя люди верные… ну, почти все. Но ведь ты своей резкостью всех других против себя выстраиваешь, сам армию против себя куешь. Сколько у тебя врагов, а?

— Много, Лада, — он обнял ее крепче. — Много. А из друзей теперь — только ты да Олум. Будете моей армией?