Русская нефть. Последний передел - Константин Симонов

7 июля Минприроды уведомило компанию о возможной приостановке деятельности SPD на Верхнесалымском месторождении, так как компания-разработчик не полностью выполнила план развития месторождений, утвержденный в 1997 году. В уведомлении, полученном 23 июля, уже говорится об отзыве лицензии на все три месторожде-ния Салымской группы Жесткость позиции Минприроды объясняется тем, что за 9 лет (конкурс на право стать партнером «Эвихона» по разработке Салымских нефтяных месторождений Shell выиграла в 1993 году) Salym Petroleum Development выполнила весьма малый объем работ Кроме того, несмотря на громкие обещания руководства Sibir Energy, объем инвестиций за 2002 год составил лишь 34 % от запланированного — всего 12,9 млн. долларов.

С другой стороны, руководство Минприроды связано с «петербургскими силовиками» и полностью поддерживает их проекты в сфере топливно-энергетического комплекса. В частности, глава ведомства Виталий Артюхов считает справедливым ужесточение требований к частным компаниям, получающим лицензии на разработку сырьевых месторождений. По этой причине события вокруг Салымских нефтяных месторождений могут быть сигналом, адресованным Shell, — «силовики» показывают концерну, что покупка «ЮКОСа» рискованна. «Силовая» группировка демонстрирует, что готова применять административный ресурс не только против российских собственников, но и против транснациональных корпораций.

«Силовики» пытались помешать и слиянию российских активов ТНК и нефтяной компании ВР. В конце июля близкий к «силовикам» президент «Роснефти» Сергей Богданчиков заявил, что возражает против передачи доли ВР в совместном с его компанией проекте «Сахалин-5» новому концерну BP-ТНК. Кроме того, в российских СМИ появились сообщения о том, что ВР задумывается о целесообразности завершения сделки с ТНК. Однако это слияние остановить не удалось. Зато «дело «ЮКОСа» развивалось полностью по сценарию «силовиков». В октябре 2003 года начался новый акт «нефтяной драмы».

2.5. «Олигарх» на нарах

25 октября 2003 года «силовики» окончательно перешли Рубикон. В этот день в новосибирском аэропорту Толмачево по обвинению в хищении чужого имущества в крупном размере путем обмана в составе организованной группы и неуплате налогов в особо крупном размере был арестован глава «ЮКОСа» Михаил Ходорковский. Вскоре после задержания Ходорковского был наложен арест на 44 % акций компании.

Задержание Ходорковского вызвало настороженную реакцию делового сообщества и, соответственно, фондового и валютного рынков. Последние сразу отреагировали снижением котировок большинства акций и ростом курса доллара.

Стало ясно, что номенклатурно-политическая группировка «петербургских силовиков» взяла курс на окончательное выдавливание «старомосковской» элиты из высших эшелонов власти и перехват собственности, которая находится под ее патронажем. Не случайно в «деле «ЮКОСа» появились политические жертвы — уже 30 октября была принята отставка руководителя администрации президента Александра Волошина — одного из лидеров «старо-московской» группировки.

Ситуация, достигнув апогея, вынудила Путина публично обозначить свою позицию. 27 октября президент категорически заявил, что торга по поводу «ЮКОСа» не будет. Таким образом, Путин дал понять, чью позицию он поддерживает в разгоревшемся конфликте. В то же время президент указал, что дело «ЮКОСа» — не прецедент и не повод для начала масштабной кампании по переделу собственности. Тем самым он прямо исключил массовую деприватизацию.

Далее события вокруг «ЮКОСа» стали принимать еще более захватывающий оборот. Главной новостью стала отставка Ходорковского с поста председателя правления «ЮКОСа», повлекшая смену управления компанией.

Сюжетная линия истории с «ЮКОСом» под конец 2003 года дополнилась неожиданным предложением главы «Сибнефти» Романа Абрамовича уступить управление единой компанией менеджерам «Сибнефти», а после получения отказа — заявлением о расторжении сделки по слиянию двух компаний. Скандальное приостановление объединения «ЮКОСа»» и «Сибнефти» стало в конце 2003 года темой № 1 в новостях, связанных с крупнейшей нефтяной корпорацией.

«Сибнефть» заявила, что решение о приостановке слияния с ОАО «ЮКОС» связано исключительно с деловыми отношениями между компаниями. Политическая ситуация не оказала никакого влияния на принятие данного решения. Однако акционеры «ЮКОСа» посчитали неприемлемым ультиматум, выставленный «Сибнефтью».

Успех Абрамовичу мог обеспечить расклад в акционерном капитале создаваемой компании «ЮкосСибнефть», существенно изменившийся с арестом Ходорковского. Доля Абрамовича реально составляла 29 % (26 % в руках у основных акционеров «Сибнефти», еще 3 % — в руках ее миноритариев). Контрольный пакет находился у Ходорковского. 45 % акций находятся в собственности у основных акционеров «ЮКОСа» (являющихся владельцами группы «МЕНАТЕП» — владельца 60,5 % акций «ЮКОСа»), 7 % — в руках весьма близкого «ЮКОСу» пенсионного фонда «Ветеран», оставшиеся 19 % — в руках миноритариев «ЮКОСа», лояльных Ходорковскому.

Арест Ходорковского резко изменил соотношение сил. Дело в том, что 45 % акций «ЮкосСибнефти» были обеспечены активами «ЮКОСа», но на 44 % акций этой компании Генпрокуратура наложила арест. Таким образом, активы Ходорковского в «ЮкосСибнефти» частично оказались заморожены. «Слабым звеном» оказались и 19 % акций, принадлежавших миноритариям «ЮКОСа». Р. Абрамович пытался убедить миноритариев отказаться от поддержки Ходоркоеского и начать продажу акций, шантажируя их срывом слияния. В случае успеха этой операции Абрамович мог продолжить слияние двух компаний и сконцентрировать в своих руках пакет, который, с учетом сохранения ареста акций «ЮКОСа», позволил бы сменить менеджмент в концерне.

Правда, Абрамовичу этот план реализовать не удалось. Ходорковский предпочел разорвать сделку с «Сибнефтью», убедив совладельцев «ЮКОСа» не идти на предложения Абрамовича и не поддаваться его шантажу. В конце декабря 2003 г. «ЮКОС» и «Сибнефть» достигли устной принципиальной договоренности о совершении так называемой «зеркальной» сделки: «ЮКОС» получит назад 3 млрд. долл. и 26 % своих акций в обмен на 92 % акций «Сибнефти». При этом ни одна из сторон не будет платить компенсацию в 1 млрд. долл. за расторжение прежнего соглашения. Это означало, что Ходорковский в спешном порядке готов разорвать сделку, даже отказавшись от положенной денежной компенсации. Перзым расторгнуть договор предложил Абрамович. Но это, скорее, было элементом давления на акционеров «ЮКОСа» с целью заставить их продать принадлежащие им акции компании, поскольку при провале слияния с «Сибнефтью» стоимость «ЮКОСа» могла пойти вниз. Для Ходорковского, с учетом ареста 44 % акций «ЮКОСа», это было равнозначно потере компании. Поэтому более предпочтительным сценарием для него стал разрыв отношений с «Сибнефтью».

Поведение Абрамовича для многих оказалось сюрпризом. Но, думается, он верно оценил потенциал «силовой» элиты, предпочтя договориться с ней. Второй раз (после ситуации с Березовским) Абрамович сделал разумный выбор. Абрамович стал инструментом в борьбе за «ЮКОС». При этом сам он постепенно начал продажу активов в России и вывод капиталов за рубеж. Показательно, что «силовики» открыто выражали недовольство новым менеджментом «ЮКОСа», ни слова не говоря об Абрамовиче, хотя его имидж внутри страны еще более негативен, чем у Ходорковского. И скандальная покупка «Челси» не вызвала никаких реальных действий Генпрокуратуры и прочих структур.

«Силовики» же начали выдвигать все новые налоговые претензии к Ходорковскому, что повышало вероятность вынесения ему обвинительного приговора с конфискацией принадлежащих ему акций «ЮКОСа». Так, депутат Госдумы Владимир Юдин, который выступает публичным трибуном «силовой» группировки, заявил, что новый глава «ЮКОСа» Семен Кукес фигурирует в судебном процессе в Нью-Йорке против руководителей — собственников ТНК, обвиняющихся в нарушениях российского законодательства о недрах, о банкротстве, об акционерных обществах, и не пренебрегавших прямым давлением на руководителей предприятий, судебные и правоохранительные органы.

С новыми обвинениями в адрес «ЮКОСа» выступило Министерство по налогам и сборам, заявившее, что компания недоплатила в бюджет 150 млрд. рублей. МНС обвинило «ЮКОС» в неправильной оплате налогов в 1998–1999 годах через проблемные банки: ОАО НК «ЮКОС», ОАО «Томскнефть-ВНК», ОАО «Ангарская нефтехимическая компания». Кроме того, в Генпрокуратуру были предоставлены материалы об использовании в 2000–2003 годах этими компаниями схем получения налоговых льгот по «инвестиционным соглашениям» с государственными органами Мордовии.

Кольцо вокруг «ЮКОСа» сжималось все плотнее. Тем более что конец 2003-го и начало 2004 года принесло Ходорковскому и серьезные политические разочарования. Активно финансировавшиеся «ЮКОСом» правые партии «Яблоко» и СПС не преодолели 5 %-ный барьер. «Изъяты» были представители компании и из проходных мест в других парт-списках. Так, скандально известный акционер «ЮКОСа» Владимир Дубов (организатор лоббистских побед компании в Думе созыва 1999–2003 годов) был в последний момент исключен из списка «Единой России». Дубов не только не попал в депутаты, но и был вынужден в спешном порядке покинуть Россию, опасаясь уголовного преследования. Вынужденный уход Дубова из Думы стал огромной потерей для концерна.