Рарник - Евгений Кострица

Я пока еще шел совершенно спокойно, а вот на Макса страшно смотреть. Бедняга полз на четвереньках, успел набить немало шишек, покраснел и тяжело дышал.

– Ты уверен, что нам сюда надо? – робко спросила Лапуля.

– Да, тут только один выход, не перепутать, – голос Макса прозвучал необычно тихо и неуверенно. – Подожди, не пихайся. Отдышусь, – он лег на спину и закрыл глаза.

При таком росте ему приходилось несладко. К тому же, парень видимо боялся закрытых пространств, а скальная порода висела слишком близко над его носом. Клаустрофобия в узкой норе – это очень страшно. Над тобой вес огромной горы, миллионы тонн неимоверно тяжелого камня. Легкий толчок и изуродованное тело останется тут лежать вечно. Никто никогда тебя не достанет…

Я живо представил, что сейчас с варлоком и сочувственно хрюкнул. Он слишком горд и не нуждается в унизительной жалости. Лапуля не решилась даже немного подбодрить его. Наверное, она для него много значила, поэтому Макс держался изо всех сил, чтобы не показать слабость.

Наконец, парень собрался, молча перевернулся на живот и пополз дальше. В кабанью голову пришла очередная странная мысль, что не показывать слабость – та же самая слабость. Один обусловлен страхом, второй столь же ограничен навязчивым желанием этот страх не показывать. Какая между ними тогда разница? Оба связаны чем-то, что не приносит им ни счастья, ни удовольствия. Зачем же…

Внезапно вокруг замерцало красным. Мозг сразу заткнулся, перестав умничать. Что это? Такой необычный эффект я уже где-то видел…

Совсем рядом, буквально за стеной слышно журчание воды. Чувствительное кабанье обаяние уловило гнилостный запах. Это где-то внизу по ходу движения. Лапуля сопит сзади, а Макс впереди скрипит зубами, но продолжает ползти. Такими темпами он сточит их до корней, пока мы отсюда выберемся. Если вообще выберемся… Так что же это за загадочный красный свет?

Ящер! Такой был у ящера, когда я в первый раз свалился со скал в джунглях. Он тогда оказался еще слишком большим для меня. А это означает… Это означает, что мы ползем внутри огромной твари!

Я дико заверещал и цапнул Макса за пятку. Он вскрикнул и нервно обернулся, не понимая. Тупица! Снова схватил его за ногу, потащил назад, но тот уперся руками в стены и отбрыкивался. Болван!

Поворачиваюсь, упираюсь в непонимающее лицо сестры. Да нас сейчас сожрут тут живьем!

Я застрял между ними, мысли мечутся в голове – непонятно что делать. Лапуля тянет руку, гладит меня, пытаясь успокоить. В отчаянии, опускаюсь на коленки, кладу тяжелую голову на землю и распрямляюсь пружиной, вкладывая всю силу ног в мощный удар бивнями вверх. Они удивительно легко пропарывают потолок, который тут же начинает мигать и теряет серый, естественный для скал цвет.

Кишка, покрытая толстыми кровеносными сосудами со всех сторон! Хотя, скорее, еще только пищевод. Хорошо, что мы не успели проползти глубже!

Чувство движения, мы куда-то летим. Дикий рев, все вокруг задрожало, конвульсивно задергалось. Поток воздуха и слизи стремительно поднимается снизу. Волна увлекает нас с собой и выбрасывает куда-то в пустое пространство!

Всплеск, погружаюсь под воду, выныриваю. Огонек от Лапули рвется вверх, разрываясь там вспышкой яркого света. Макс барахтается рядом, а над нами вьется от боли чудовищный, колоссальный червяк!

Копыта нащупали твердое дно, вода вяжет, но все же выбираюсь на берег. Высокий свод пещеры, из стены бьет мощный родник, а озеро сбрасывает свои воды в темноту пропасти. Справа в скале чернеет наша нора. Должно быть, хитроумная тварь присосалась к ней, рассчитывая, что ее ужин не заметит подвоха и сам заползет к ней в желудок…

Чудовище пока занято болезненным переживанием внутренних колик от прободной язвы, ему не до нас, но вся битва еще впереди. Макс кастует войда. Лапуля достает крохотные фляжки и смешно морщится, когда пьет. Трясет головой – видимо, что-то крепкое.

Мне с моим ростом соваться вперед никакого резона. Пусть у варлока войд потанкует. Он их сколько угодно вызовет, а я тут один, такой рарный…

– Оттяни босса сюда, если сорвем агро, войд по воде его не догонит! – Приказ Макса нельзя назвать лаконичным, явно рисуется.

Я в очередной раз поймал себя на желчном желании одернуть парня. Да что со мной такое?

Лапуля коротко кивнула, быстро прицелилась и выпустила стрелу.

Чудище выгнулось вопросительным знаком, всерьез заинтересовавшись нами. Вода забурлила, и червь выбросил толстые кольца тела на мель. Хотя, он больше походил на миногу. Шесть рядов острых, загнутых внутрь зубов по кругу, толстый слой защитной слизи, жабры – какая жуть!

На берегу змеюку перехватил войд. Мы терпеливо приготовились ждать момента, когда он наберет агро. Напрасно. Демона хватило на несколько секунд боя, если так можно назвать его первые пару шагов. Страшилище подкинуло демона высоко в воздух и проглотило. Бесшумно и быстро, без угрожающего шипения, ритуального танца и прочих спецэффектов. Очень рациональная и шустрая тварь.

Макс изменился во взгляде и начал торопливо кастовать какой-то новый демонический корм. К несчастью, чудище не стало дожидаться жалкой подачки и бросилось на него с широко раскрытой пастью. Кривые зубки внутри чуть шевелились, грозя затолкать несчастного варлока вслед за петом. Обильное слюноотделение – червь предвкушал лакомый вкус во рту…

Лапуля прыгает почти вплотную к нему и бросает в глотку мешочек. Кувырок, перекат – разорвала дистанцию. Неправдоподобная скорость, видимо благотворное влияние содержимого ее фляжек.

Узнаваемый звук взрыва. Да, тот самый, что раскрошил меня в прошлый раз на мелкую гальку. Под жабрами змеи вспучилась и быстро опала большая мягкая шишка. Тварь напрочь забыла про варлока и взвилась в воздух, ревя от боли.

Сестренка отбежала подальше, взобралась на небольшую скалу и поливала оттуда стрелами, сильно досаждая чудовищу. Макс наконец-то вызвал бесенка и теперь делал какие-то сложные пассы, отчего червь изменил свой цвет на нездорово-синюшный. Я же, тупо повис у него на хвостовом плавнике, и теперь меня сильно било и таскало по берегу.

Рывок твари к Лапуле. Сокрушительный, дробящий камни удар, зубы и куски горной породы взлетели на воздух, но сестры там уже не было. Место, где она стояла, покрыла изморозь, а проворная девочка молнией прыгала между камней, не забывая пускать стрелу за стрелой даже в движении.

Потрясенный ударом, подмороженный червь щелкнул хвостом, и меня выбросило далеко в воду. Я так и не отпустил плавник, вырвав его вместе с большим куском мяса из хвоста чудища. Казалось, в моем теле нет ни одной целой косточки, рыльце разбито в кровь, один бивень вырван с корнем, а в боку пылало огнем. Наверное, сломано несколько ребер. Меня несло прямо к водопаду. Собрав остаток сил, я все же выбрался на небольшой островок, прямо на краю пропасти.

Доплыть до ребят бы уже не сумел. Дыхание тяжелое, частое, с кровавыми пузырями. Оставалось только наблюдать за боем издали, но к счастью, они прекрасно справлялись и без меня.

Монстр метался за сестренкой, но видимо, устал, обессилел от ран и потерял скорость. Варлок продолжал невозмутимо обвешивать червя разнообразными гадостями, изредка пуская фиолетовые шары молний. Имп прыгал рядом и весело скалился – мелкий бездельник давал пати ощутимый баф*.

*(Баф – полезный, усиляющий эффект с бонусом).

Обреченное чудовище в очередной раз сделало попытку достать Лапулю, но та ловко увернулась и исчезла между больших камней. Варлок начал кастовать что-то длинное и видимо, очень страшное для своего последнего заклинания.

Я удовлетворенно засопел. Это победа, теперь можно не беспокоиться. Мое израненное тело обмякло и устало обвалилось на камень. Ничего, сестра меня подлечит, и мы посмотрим, что выпало в луте. Награда за такого босса обещала быть очень ценной…

Варлок закончил каст и, взмахнув рукой, обернулся ко мне. Я увидел его глаза и все понял. Финальный спелл был для меня…

Дикая боль обожгла изнутри. Тело словно горело в невидимом пламени. Последнюю жизненную силу потратил на прыжок в воду, и теперь мою измученную тушку несло в черную мглу водопада…

7

Падение в темноту – оно выглядело почти бесконечным. Я летел вниз, но смотрел только вверх, где стремительно уменьшалось пятнышко света. Казалось, что удаляется именно оно, а мое сознание остается здесь, на том же месте. Зависло в бездонной пустоте пространства, где никого нет, и никогда больше не будет, а все самое дорогое и светлое, что у меня было – сейчас убегало и становилось все меньше и меньше…

Ощущение падения прекратилось, движение продолжилось уже по горизонтали. Скорее всего, я куда-то плыву. А вокруг опять только однородно-серый фон сумрака. Нечто вечное и изначальное – то, что всегда было, откуда все вышло и куда неизбежно уйдет. А крохотный кусочек света просто иллюзия, вспышка, всего на миг осветившая тьму сознания, точно так же, как кромешную ночь прорезает зигзаг молнии. Сверкнула и мгновенно исчезла, но на сетчатке глаза словно выжжен ее контур, видимый еще очень долго. Но я теперь знаю, что иногда действительно бывает светло…