Сила на силу. Книга 1 - Борис Борисович Батыршин

в тот, другой мир, а люди с помощью фламберговой орбитали имели возможность наблюдать за его действиями на «той стороне». И досмотрели бы этот увлекательное представление до конца, каким бы он ни оказался, не вмешайся наездница Л'Тисс – созданный ею Тусклый Шар не только прервал этот сеанс «меж-мировой связи», но и произвёл некий дополнительный, куда более грандиозный эффект. «Пока я не могу что-то утверждать окончательно, – объяснял слушателям Фламберг, – но всё указывает на то, что она не просто разрушила созданный къяррэ меж-мировой портал – нет, она как бы зафиксировала его ТриЭс-отпечаток, и теперь сможет создавать его копии в любой точке Теллуса».

На вопрос «зачем ей это?», Фламберг пожимал плечами: погибший инрийский учёный не успел – а может, и не пожелал? – ставить каких-либо записей на этот счёт. Сам он с головой ушёл в работу – потребовал перетащить весь трофейный хлам во внутренний дворик, и с тех пор не вылезал оттуда, порой забывая даже принимать пищу. Вот и сейчас Фламберг не вышел встречать эскадру – не слишком разумно с его стороны, особенно, если учесть, что магистр намерен потребовать он командира «Байерна», капитана цур зее барон фон Клагге безоговорочного содействия своим планам. Что именно это за планы – Алекс в общих чертах представлял, и заранее предвкушал грандиозную склоку, в которую выльется подобное требование. Особенно если учесть, что там, на Большой Земле Фламберга до сих пор считают государственным преступником, мятежником и чуть ли не платным агентом инри – и чтобы оправдаться, понадобится нечто поубедительнее именной бляхи Осведомительной Канцелярии Кайзера. Фон Клагге известен скверным характером и чрезвычайным упрямством, из-за чего в Воздушном флоте барону прилепили не слишком уважительное прозвище «баран Клагге» – так что их ожидает то ещё представление…

«Байерн» завис над поляной между лагерем экспедиции и холмом, скрывающим руины Заброшенного города. Корветы сопровождения выстроились в круг полумилей выше, а ещё выше выписывали виражи палубные истребители-трипланы – за ними тянулись и таяли в воздухе белёсые шлейфы сгоравшего в трубе бустера-ускорителя мета-газа. У Алекса была мысль соорудить временную причальную мачту, но он вовремя от этого отказался – не в силах скромного личного состава экспедиции было построить из брёвен и проволоки, позаимствованной из обломков «Баргузина», вышку, достаточно высокую и прочную для приёма такого гиганта. Так что визитёры должны были спуститься в борта флюгзайтраггера на «кальмарах» – со снятым вооружением тяжёлый флаппер, кроме пилота, мог взять пятерых пассажиров. Вот три серебристые точки отделились от махины воздушного корабля и нырнули вниз; над поляной повисло густое жужжание маховых перепонок, и фон Зеггерс, командовавший почётным конвоем из матросов «Баргузина», зычно скомандовал «На караул!» Блеснули штыки, взлетел к плечу воздухоплавателя, палаш – ровно в тот момент, когда «кальмары» коснулись травы и замерли. «Ну вот, этот этап нашего путешествия позади… – подумал Алекс, – Что-то будет дальше?»

– Значит, город тут будут строить? – спросил Витька. Они сидели на склоне холма, а напротив, на большой поляне, соседствующей с лагерем, матросы с прибывшей эскадры ставили ряды армейских шатров, обустраивали кухни и навесы, ладили срубы, копали прямоугольные ямы под землянки. Другие стучали топорами в лесу – оттуда шагоход под управлением Фельтке то и дело притаскивал связки брёвен. Работа кипела, и мальчики, наученные опытом, не спешили включиться в её течение. Успеется ещё – и найдут, и припашут, а пока они наслаждались заслуженным отдыхом. Обшаривать овраги и буреломы на пять вёрст от холма, наносить их на карты вместе с молоденьким мичманом, помощником штурманского офицера «Байерна», намечать тропы, по которым могли бы передвигаться люди и повозки – тоже занятие не из лёгких. В повозки, правда, запрячь пока некого, да и самих повозок только две – собраны из разного хлама, оставшегося после падения «Баргузина» – но начальство довело до сведения, что из Новой Ладоги летят уже два больших транспортных корабля, и на их борту, в числе прочего, есть и мулы и даже лошади.

Другой первоочередной задачей было обследовать берега речки, протекающей в трёх верстах от Заброшенного Города. Речка эта, как, впрочем, и все прочие таёжные реки и ручьи, обещала превосходную рыбалку, и фон Зеггерс, назначенный временным комендантом «объекта», уже задумался, как бы разнообразить рацион свежей рыбой.

– Не город, а эту, как её… Сёмка наморщился. – следовательную станцию, во! Учёные тут будут жить, и драгуны, чтобы их охранять.

– Не следовательную, а исследовательскую. – поправил приятеля Витька. – А ещё, я слышал, профессор Смольский попросил губернатора Новой Онеги поискать желающих перебраться сюда. Мол, охотники нужны, лесорубы и прочий народ, который на границе тайги жить привык – ну, вроде как в станице Загорищенская. Оттуда особо будут брать, денег от казны дадут на обустройство тем, кто согласится, а ещё скарб всякий на обустройство – пилы там, топоры, косы, струмент плотницкий, даже ружьё двуствольное, охотничье! Скажешь, плохо?

– Так значит, всё же будет, пусть не город, а станица? – не сдавался Витька. – Слушай, давай нашим напишем, а? Один из корветов, что с «Байерном» пришли, завтра уйдёт в Новую Онегу, с почтой. Твой-то отец так и так сюда переберётся, с драгунами – а я своих позову, пусть тоже попробуют!

Сёмка с сомнением покачал головой. – Не, твой отец не согласится, и мать тоже будет против. Зачем им? Двор и так самый богатый на выселках, должность хорошая, лавку москательную недавно открыли – к чему такую благодать оставлять?

– А дядя Григорий? Они в запрошлом году погорели дочиста, только-только двор новый хотя ставить, а пока у нас перебиваются. Вот и начнёт на новом месте – небось, с казёнными деньгами-то проще будет! Он к тому же, охотник знатный, зверовщик – в Загорищенской каждую зиму у кума своего гостит, вместе промышляют соболя да лису. Напишу, пущай едет!

Сёмка подумал и согласно кивнул.

– А что, и пиши. Только дай мне потом пару строк приписать: так, мол и так, сын ваш извинения просит, что сбежал, ничего не сказавши. Но обратно никак пока нельзя, потому как при казённом деле состоит, шибко важном. Вот время будет – вернусь домой, проведаю, а пока никак!

Припиши. – кивнул Витька. – Дело хорошее, к родне надо уважение проявить. А я вот что-то опасаюсь: отец, когда сюда явится с шагоходами драгунскими, всыплет, небось, по первое число…

Сёмка энергично помотал головой.

– Не всыплет! Права такого не имеет. Ты теперь есть маат Воздушного Флота Кайзера, при форме, оружии. Даже зольдатенбух имеется, с печатью и подписью герра Веденски, как нашего главного воинского начальника! Полного права у твоего