Сила на силу. Книга 1 - Борис Борисович Батыршин

отнимает очень много сил даже у лучших инрийских мастеров, даже если для него берётся не собственная, а чужая кровь – как, судя по всему, и было сделано. Так что, – Фламберг посмотрел на Алекса, – если вы поторопитесь, герр лейтенант, то, возможно, сумеете их захватить. Этот нож поможет вам открыть дверь, силой её не выломать. И пилота спасёте, если он, конечно, ещё жив, и дадите мне возможность побеседовать с этой инри. Очень мне любопытно, отчего это у неё красные глаза…

Теллус, Загорье.

Грот близ Заброшенного Города.

– Кто это? – Уилбур показал на остывающее тело старого инри. – И зачем ты его убила? Он же вашей расы!

– А вы, человеки, разве не убиваете представителей своей расы? – усмехнулась Л'Тисс, и в отсветах масляных светильников острые зубы наездницы показались лейтенанту такими же багровыми, как и её глаза.

– Убиваем. Но он же тебе помогал, разве нет?

– Помогал. – Л'Тисс кивнула. – Но выбора у меня не было – я могу забрать с собой только одного, на двоих пассажиров в «стрекозе» места не хватит. Ты бы предпочёл уступить ему своё место?

Перед тем, как готовить ритуал (Л'Тисс не посвятила пленника в его суть) она упомянула, что недалеко от грота, где они расположились, запрятана «стрекоза», боевой инсект, на котором она приняла бой с воздушными разведчиками «Баргузина». И даже добилась некоторого успеха – струя «живой ртути» достала истребитель одного из ведомых лейтенанта, и тот разбился вместе с пилотом, так и не сделавшим попытки покинуть обречённую машину. После этого Уилбур потерял «стрекозу» из виду, втянувшись в «собачью свалку» с тремя «медузами» – и так больше не вспомнил о ней, пока не увидел над собой лицо Л'Тисс. Оказывается, та сумела выйти из воздушной схватки невредимой, и к тому же, спасла своего пассажира. Правда, ненадолго – сейчас его тело остывало на полу грота.

Уилбур так и не понял, зачем наезднице вообще понадобился этот «пассажир» – как и то, почему она в итоге решила его прикончить. Увидел только взмах ножа, которым Л'Тисс рассекла несчастному гортань так, что из-под клинка на ближайшую колонну брызнул веер тёмных капель.

– Вы, человеки, вечно забываете, что у нас анатомия иная, не совсем такая, как у вас. – усмехнулась Л'Тисс. Она достала из сумочки на поясе крошечный пузырёк тёмного стекла и умело, двумя движениями, избавила лейтенанта от повязки на ноге. Рана выглядела скверно – нога вокруг неё распухла, посинела, а кое-где даже почернела, распространяя скверный запах. – Потерпи, сейчас будет больно…

Несмотря на предупреждение, тонкая струйка ярко-зелёной жидкости, которую наездница вылила на рану из пузырька, едва не заставила его завопить во весь голос – жжение была такое, словно Л'Тисс ткнула в рану раскалённой кочергой. Не обращая внимания на реакцию пленника, она снова затянула повязку.

– Вот так будет лучше, человек Уилбур. Что до этого инри, то ему уже пытались перерезать горло, но сделали это, мало того, что топорно, грубо и не изысканно – так ещё и крайне неумело. Удар оставил уродливый шрам, но оказался не смертельным. Раненого вовремя обнаружили и оказали помощь, жизнь его не прервалась. Хотя, помедли спасители ещё несколько минут – К'Нарр мог бы истечь кровью.

Уилбур покосился на синюю лужу, расплывшуюся вокруг головы трупа. Такая кровь течёт в жилах расы инри – синяя, с лёгким багряным отливом. Запекалась она так же, как и человеческая – поверхность кровавой лужи кое-где покрылась неровной корочкой, пошла рябью.

– И ты, значит, решила исправить это упущение, а заодно – продемонстрировать самый изысканный способ резать горло? – усмехнулся лейтенант. Он вдруг осознал, что ничего не боится. Ну, прирежет она его, ну станет терзать своим страшным клинком искалеченную ногу, или ещё какие пытки придумает, инри на них мастера – так и что с того? Всё это он уже проходил… в той или иной форме.

Англичанин ждал взрыва ярости, который в исполнении наездницы мог скверно для него закончиться. Но, к его удивлению, Л'Тисс сохранила невозмутимость и даже снизошла до объяснений.

– Это не просто разрез, это знак нашего клана. – Она продемонстрировала пленнику изогнутый клинок из полупрозрачного голубого обсидиана, по долу которого извивалось изображение змеи, окрашенное в багровый цвет. – Всякий воин инри знает, что так кусает только Гранатовая Змея, только она оставляет такой след. А опытный воин узнает в форме разреза мою руку и поймёт, что и эту жизнь прервала я – вдобавок к тем несчётным жизням, которые забрала раньше. А зачем убила? Ну, не оставлять же его твоим соотечественникам? Старик слаб, ещё толком не оправился от раны. Станет болтать, выложит что-то, чего вам, человекам знать совсем необязательно…

«Где ты его здесь возьмёшь, опытного-то?» – хотел спросить лейтенант, но вовремя прикусил язык. Незачем лишний раз возражать этой буйнопомешанной, неизвестно что придёт ей в голову. Что до тела – он совершенно забыл о своих друзьях с «Баргузина». Вскоре они начнут обыскивать окрестности холма и тогда, может статься, обнаружат грот – а вместе с ним и труп с перехваченным «фирменным» ударом Л'Тисс гортанью. Конечно, надежда на это слабая – но вдруг кто-нибудь из здешних обитателей сумеет различить характерный почерк наездницы?

– Больше у тебя вопросов нет, человек Уилбур? – в голосе Л'Тисс угадывалось нетерпение. – Этот старик мне больше не нужен, своё дело он сделал, объяснив, как вызвать Тусклый Шар. А вот ты… – она хищно улыбнулась, и острые зубы багрово сверкнули, под стать уголькам её глаз. – А вот ты мне ещё пригодишься. Надо восстановить силы, ритуал высосал меня досуха. К тому же… – она зашарила у него на поясе, нашла пряжку ремня, расстегнула, – запах крови возбуждает во мне желание, а я не привыкла отказывать себе в чём-то!

Она рывком спустила с Уилбура бриджи – острая боль при этом пронзила искалеченную ногу, но наездница не обратила на его вопль никакого внимания. И следующий его крик в равной степени нёс отпечаток и страдания, и наслаждения – воистину, искусство любовной игры инри сродни убийству, и боль партнёра, как и запах свежей, пролитой ею крови, только возбуждал наездницу Л'Тисс из клана Следа Гранатовой Змеи.

Теллус, Загорье.

В тайге близ

Заброшенного Города.

Тряска была нестерпимой – она выматывала, не давая расслабиться ни на миг. Шагоход раскачивался на ходу, опасно кренился, переступая через стволы поваленных деревьев, а когда пришлось пробиваться сквозь бурелом, люди, устроившиеся на верней площадке боевой рубки машины, вынуждены были пристегнутся к поручням, ограждающем плоскую крышу – иначе они