Баллада о байкере - Олег Силин

– Леонид, у вас все нормально?

– Да, – ответили из грузовика. – Я и Серега целы, машины тоже, можем ехать.

– Отлично. Трогаемся.

Я натянул шлем, конвой оставил предместья Конь-Колодезя и вскоре уже без приключений прибыл в Воронеж. Там на терминале я внес в общую «базу засад» горячий пункт на трассе и получил весточку, что в Ростове нас будут встречать. Грей подсуетился, предупредил.

Вечером мы прикинули разные варианты маршрута Воронеж – Ростов, но споткнулись на внятном объяснении Леониду, почему конвой должен идти в объезд. На этом обсуждение и заглохло. Хватит, от судьбы не уйдешь.

Утро встретило туманом. Леонид зябко кутался в куртку и надвинул кепочку почти на глаза. Завидев нас, спросил с затаенной надеждой:

– Ребята, мы в эту гадость поедем? Может, подождем, пока рассеется? Ни черта ж не видно.

– Поедем сейчас, но – не быстро.

– Ну, смотрите… До Ростова хоть доберемся?

– Должны, куда ж нам деваться.

Вообще, в тумане двигаться не рекомендовалось. В засаду влететь – раз плюнуть. Но торчать на терминале невыносимо.

Выехали. Туман постепенно редел, за Рогачевкой установилась хорошая видимость. Проглянуло солнце, шумели моторы, за спиной урчала «Татра». Ехали в молчании, только у Юса негромко играла музыка. Я вчера просил его не врубать плеер на полную громкость, и он пока что выполнял обещание.

В эфире возник Ингвар:

– Змей, фключи связь на ноут. Я тебе покаш-шу кое-что.

Я нажал пару кнопок. На правый монитор заднего вида пришла картинка от Ингвара – группа байкеров без конвоя. Они не приближались, но и не отставали.

– Спасибо, Ингвар.

Преследователи выдерживали дистанцию. В Павловске они приотстали, но за Богучаром группа опять показалась на экранах.

– Чего выжидают? – негромко спросил я у Дэйзи.

– Без понятия. Но, знаешь, если бы хотели – давно бы нагнали. Значит, ждут нашей ошибки.

– Тогда спокойно едем в Ростов.

Появился указатель «Миллерово». Впереди маячил перекресток. Перед ним нас встречали.

Я переключился на канал водил:

– Леонид, похоже, коллеги имеют к нам вопросы. Вы уж сделайте милость – не вмешивайтесь, сидите в машине.

– И не подумаю вмешиваться. На премию не рассчитывайте.

– Да ради бога.

Мы сбавили скорость. Многие из стоящих впереди оказались мне знакомы: Сумрак, Молот, Грей, Годзилла. Остальных узнала Дэйзи:

– «Серые ангелы». И Хардвулф с ними.

Я тоже увидел мощного байкера, возвышающегося над товарищами.

– Ну что, тормозим помаленьку. Ингвар, что там сзади?

– Нагоняют, – лаконично ответил латыш, – скоро будут.

Стрелять не должны. Сейчас, по крайней мере. Разборки между своими бывали, но никогда не происходили во время конвоя или на глазах водил.

Мы притормозили. Я спокойно встал с «Кавасаки» и снял шлем.

Хардвулф подошел ближе.

– Она, – его палец указал на Дэйзи, – пойдет с нами. Ты, – ткнул он в меня, – отдашь половину заработка «Серым ангелам». Все остальное меня не волнует.

– Она никуда не пойдет.

– Паренек, ты не понял? Это единственный шанс. Еще не знаю, что твои скажут.

– Вулф, а не пошел бы ты… – встряла Дэйзи.

Я удивился – давно не слышал четырехэтажного мата в женском исполнении.

– А ты бы, лапушка, помолчала. Особенно пока я добрый.

– Слышь, ты! – к нам подошел Юс. Ингвар держался чуть дальше – прикрывал нас с тыла. – Забирай своих и вали! Нам в Ростов надо.

– Мальчик, – удивился Хардвулф, – тебя я не знаю. Потому…

Он двинулся на него очень быстро, и Юс рухнул, получив удар правой. В тот же миг я рванулся на главного «ангела», первый его удар заблокировал, второй все-таки поймал и согнулся, переводя дыхание. На руке у Хардвулфа повисла Дэйзи. Ее сил хватало, чтобы держать байкера, но скрутить его она не могла.

«Серые ангелы» достали оружие. Сумрак решил вмешаться.

– Хардвулф, уймись. Мы с тобой о другом договаривались. – Резкий голос главы «Южной магистрали» немного разрядил обстановку. Ненадолго.

– Я спокоен, – ответил «ангел». – Твои парнишки начали буянить.

Ингвар помог мне подняться. Дэйзи по-прежнему держала Хардвулфа. Или он ее – сразу и не поймешь.

– К тебе, – обратился к Ингвару Сумрак, – у нас нет претензий. Иди с миром.

Латыш отрицательно помотал головой.

– Зря.

Сумрак подошел к «Татре».

– Эй, там! Примите наши извинения за задержку! Вы, надеюсь, не будете против, если произойдет замена одних байкеров на других?

– Мне все равно, – ответил Леонид, – главное, в Ростов попасть.

– Секундочку. – Я с трудом разогнулся. – У нас контракт. В нем четко записано, кто сопровождает груз. Не какой байк-клуб, а кто.

– Змей, – Сумрак был сама вежливость, – ты не понял? Тогда я объясню. Сейчас ты отдаешь нам шлем и байк – и мы тебя отпускаем на все четыре. Шлем и байк твоего товарища, – он показал на Юса, – тоже наши. Радуйтесь, что живы остаетесь, мне стоило большого труда договориться.

– Вы разбирайтесь, а мы пошли, – заявил Хард-вулф.

Я кивнул Ингвару, сделал два шага и вложился в удар правой. «Ангел» ошалел, отпустил Дэйзи, и тут ему добавил Лицитис. Латыш сложением и мощью не уступал слобожанину, и Хардвулф грузно осел под слабое улюлюкание очухавшегося Юса.

«Серые ангелы» слезли с байков и двинулись к нам. Мир стал очень ярким. Я хорошо видел желтые одуванчики на обочине, мелкие камешки, вылетающие из-под ног слобожанских райдов, оправляющую волосы Дэйзи, слабо улыбающегося Юса. Видел, как Ингвар подмигивает мне и сжимает кулаки, как закуривает в «Татре» Леонид и как со скорбным лицом Сумрак достает пистолет.

– Жаль, Змей, очень-очень жаль. – Его слова доносились как будто сквозь толщу воды.

Я слышал какой-то гул и смотрел на Дэйзи: лучше уж видеть ее, чем вспышки из оружия недавних соратников.

– Стоять! – рявкнул чей-то голос. Интонации властные, человек знает, как командовать, и привык, чтобы ему подчинялись.

Из-за второй «Татры» появились пять байкеров. Те самые преследователи. Во главе шагал человек, которого ни с кем не спутаешь: седая шевелюра, резкие морщины, пронзительный взгляд и легендарная куртка в виде доспехов. Нас почтил своим присутствием сам Ганнибал Барка.

– Остановитесь, – сказал он уже спокойнее. Впрочем, райды и так замерли. Авторитет отца-основателя был нерушим. – Черти злобные, еле успел к вам. Так и думал, что будет горячо. – Барка посмотрел на Сумрака: – Насколько мне стало известно, у Змея есть контракт на сопровождение груза. Тогда к чему весь этот цирк?

– Традиция, Ганнибал, – спокойно ответил глава «Южной магистрали». – Байк-клуб ведет дела, а не байкер.

– Чепуха, – ответил Барка. – Такого нет в нашем кодексе. Традицию основали бывшие прапорщики, они же ее ревностно хранят.

На земле завозился Хардвулф. Дэйзи осторожно пнула его под ребра. От старого наездника не укрылось это движение.

– Милая девушка, не стоит так.

– Стоит, – ответила Дэйзи. – Будь вы хоть сто раз Аристархов, не надо мне указывать, кого пинать, а кого нет.

Ганнибал рассмеялся.

– Именно такого ответа я и ждал. Коллеги! – Его голос загремел. – Полагаю, недоразумение исчерпано, и Змей может продолжать конвой. И ни сейчас, ни в будущем, ни ему, ни кому-либо другому больше не придется вот так «объясняться» с байк-клубом. Ясно ли я выразился?

– Вполне, – кивнул Сумрак, пряча пистолет, – однако новые правила надо обсудить. Это сильно изменит уставы клубов.

– Обсудим, – согласился Ганнибал, – на ближайшем фесте соберем всех вожаков, обсудим.

– Ганнибал, – получилось хрипло. Я сплюнул тягучую слюну и все-таки спросил: – Почему вы раньше не выразили свое мнение?

– Змей, свободу можно только взять. Вы взяли ее сами. Я не барин, чтобы отпускать крепостных на волю.

– Но на фесте…

– На фесте мы прямо оговорим пару дополнительных пунктов. И все.

Я улыбнулся. Максим Аристархов похлопал меня по плечу и пошел к своим. Я обернулся к ребятам:

– Ну что, двигаем?

Молчавший до того Молот вдруг заорал:

– Нет, я не понял! Мы что, их отпускаем? Что, теперь каждый суппорт будет помыкать вожаком байк-клуба? А как же авторитет? Они ж совсем охренеют, беспредел будет! Совсем подурели?!

Он схватил пистолет.

Крик «Змей!» ударил по ушам. Я резко завалился на правый бок, одновременно со звуком выстрела почувствовал жжение в левой части головы и теплую струйку на шее.

Сумрак рукояткой пистолета задвинул в темечко Молоту. Тот вырубился.

Я встал на одно колено. Жжение не утихало, немного кружилась голова. Но в остальном все было восхитительно – ведь я остался жив.

Дэйзи подбежала, чтобы осмотреть рану.

– В общем, ничего страшного. Правда, кусок уха он тебе отстрелил.