Баллада о байкере - Олег Силин

Олег Силин

Баллада о байкере

Увертюра

Лучи фар рассекли пелену мокрого снега. Во двор терминала «Новосибирский», отфыркиваясь, вкатились четыре большегрузных «Мана». Из головной машины выпрыгнул сухощавый человек в пальто и рванул к будочке у входа.

– Закрывайте, закрывайте скорее!

– С чего это? – сторож, здоровенный мужик в тяжелом ватнике, уставился на шумного гостя.

– За нами гнались! Вы понимаете, у меня товар! Очень дорогой товар, между прочим. И нас хотели ограбить, меня хотели ограбить!

– Отчего ж не понять, все я понимаю. Только бандиты сюдой не сунутся. А ежели сунутся, так мы их выпроводим. Не впервой. Так что успокойтесь, любезный, и квартируйтесь на здоровье.

К воротам, слякотно шурша, подъехал крупный внедорожник. Сторож привстал и взялся за «винчестер». Машина развернулась возле самой черты терминала. Скрытый за тонированными стеклами водитель надавил на газ, из-под задних колес внедорожника полетели хлопья черного снега. Человек в пальто ошалело смотрел сквозь решетчатую створку, как красные огоньки стоп-сигналов издевательски быстро тают в промозглых сумерках. Он утер попавшие на лицо брызги и побрел к своим машинам. Он не слышал, как сторож прицокивает языком, и не видел, как внимательно провожает его взглядом байкер в серебристом шлеме.

Столовая встретила экипаж «Манов» гулом, смехом и бормотанием телевизора, настроенного на местные новости. В помещении царил полумрак, лампочки с трудом разгоняли темноту, взявшую в союзники табачный дым.

– Георгий Петрович, сюда! – призывно махнул рукой один из водителей, заметив, что руководитель замешкался и встал с подносом у кассы.

– Давай-давай, чего стал? – подтолкнули сзади.

Сухощавый, несмотря на теплое помещение так и не расставшийся с пальто, прошел к своим. Водители хлебали суп, переглядываясь. Один из них не выдержал:

– Шеф, что теперь?

– Что?

– Ну эти, на джипах. Они ж не отстанут.

– Это почему же? – нахохлился Георгий Петрович.

– Такие не отстают, – поддержал коллегу другой водитель. – А на войну мы не подписывались.

– Слушайте, я плачу вам деньги. Надо сказать – немаленькие деньги. Деньжищи.

– Мы вам не негры, чтобы за понюшку табаку на смерть идти. Наше дело – крутить баранку да за себя постоять. А ваше дело – товар. Нам с него барышей не снимать, так что, господин хороший, думайте.

– Подождите! – громче, чем нужно, воскликнул сухощавый. На мгновение он оказался в центре внимания, но затем постояльцы, убедившись, что драки не намечается, вернулись к ужину. – Постойте. Я заплачу вам в три раза больше, только завтра вы должны выехать на Москву. Сорок пять тысяч, подумайте!

Водители поворчали. Деньги начали туманить им головы, но связываться с дорожной бандой они все еще не хотели. И тут Георгий Петрович почувствовал на плече крепкую руку.

– Я бы предложил вам выйти покурить, – сказали сзади, – но здесь и так изрядно накурено. Потому предлагаю выйти на свежий воздух. У меня есть к вам дельце. Оно касается горячо обсуждаемой проблемы.

Георгий Петрович осторожно повернулся. С ним беседовал не водитель или иной завсегдатай терминала, а байкер. На вид вольному гонщику было около сорока лет, и большая их часть прошла отнюдь не в праздности. Об этом говорили морщины, черные с проседью волосы, перебитый нос и цепкие серые глаза.

– Обсудим?

Один из водителей приподнялся и уставился на незваного гостя:

– Слышь, а не пошел бы ты?

– О, я вполне могу пойти, – отозвался мотоциклист, – но тогда ваша общая проблемка окажется слишком… эээ… неаппетитной. М-да. Свинцовенькой, знаете ли.

– Я поговорю. – Георгий Петрович как можно небрежнее запахнул пальто и направился к выходу.

Байкер последовал за ним – и шаги первого стали похожи на бегство.

Выйдя на крыльцо, мужчины поежились. Ветер почти утих, но снег пополам с дождем не располагал к долгому пребыванию на улице. Байкер вытащил сигареты.

– Будете курить? Хотя странно, не находите? Мы вышли из помещения, где все дымят, чтобы снова закурить.

Перевозчик не нашел это странным. Но от сигареты отказался.

– Так с кем имею дело? – Георгий Петрович решил взять быка за рога.

– Ганнибал, – выпустив дым, ответил байкер.

– Лектер?

– Почему Лектер? Ганнибал Барка.

– Ах, Барка… Тогда и я представлюсь. Георгий Петрович Камышев, компания «Дальсибтранс». – Только сейчас он заметил, что куртка байкера украшена на манер древнего доспеха. – И какое, собственно, у вас ко мне дело, Ганнибал?

– Вы готовы платить деньги за доставку груза. Мои ребята умеют постоять за себя на дорогах. Пусть ваши водилы крутят баранки. Стрелять будем мы.

– Кхм… – опешил Камышев. – Неожиданно.

– Удивил – победил.

– И что вы хотите за свои… э-э… услуги?

– Я уже сказал – деньги. Желательно в новых талерах, но сойдут и европейские рубли. По курсу. Сибирские брать не буду, не обессудьте.

– И сколько?

– Вы готовы были платить своим водителям в три раза больше? Вот разницу нам и заплатите. Каждому. Оружие наше, моторка тоже наша.

– А если вдруг вы передумаете по дороге?

– Георгий, – Ганнибал выпрямился, – тогда вы можете на каждом углу сказать: «Ганнибал – бесчестный человек». И, клянусь, мне тогда долго не прожить. Я уверен в своих парнях, но если кто-то из них надумает меня облапошить – пристрелю гада к чертовой матери, за милую душу пристрелю.

Перевозчик отшатнулся. Байкер, пожалуй, действительно мог застрелить кого угодно и не сильно мучиться по этому поводу. Могло выгореть неплохое дельце…

– Теперь я кое о чем спрошу, – Ганнибал щелчком отбросил сигарету. – Что за груз у вас?

– Это еще вам зачем? – насупился Камышев.

– Я неверно выразился. Можете не говорить, что именно вы везете. Достаточно сказать – какое оно. Грузовик с ватой и грузовик с хрусталем – немного разные вещи.

– Не побьется, уж не волнуйтесь.

– Очень хорошо! Меньше проблем, больше дорог открыто… Предпоследнее: сроки поджимают?

– Не то чтобы сильно. Гнать не надо, но и плестись тоже не стоит.

– Понял. И – последнее. Мы договорились?

– Думаю… Вот что, Ганнибал, идемте ко мне. Подпишем контракт и скрепим его капелькой коньяка.

Байкер при слове «контракт» скривился, но от коньяка не отказался.

В комнате перевозчика было тесно, одноместные номера редко пользовались спросом, но все же на каждом терминале на всякий случай имелись один-два таких. Сидя на жестком стуле, Барка слушал бубнение Камышева, составлявшего договор. Коньяк его интересовал гораздо больше, чем юридические словечки, а слово он ценил выше бумаги с печатью. Наконец, будущий партнер добрался до фразы «договор заключен шестнадцатого октября две тысячи тридцать второго года, подписи – Камышев от «Дальсибтранса» и…» – Георгий Петрович вопросительно посмотрел на байкера.

– Максим Аристархов. Байк-клуб «Карфаген».

В новостях долго показывали обгоревшие «Ленд Крузеры», судачили о том, кому в голову пришло укокошить депутата областной думы Лосенкова, и прикидывали, сколько дадут убийцам. Кое-где говорил, что Лосенков на самом деле был орком, преступником с большой дороги, но доказательств, как обычно, не находилось. До поры до времени, пока не появился сенсационный репортаж новгородского журналиста. Его машину остановили сотрудники дорожной милиции, оператор включил камеру – и в этот момент по дороге проследовали четыре грузовика, сопровождаемые мотоциклистами. Метрах в трехстах из леса выкатились два внедорожника и перегородили трассу. Из них вышли вооруженные люди – и тут события замелькали с калейдоскопической быстротой.

Головной мотоциклист, не дожидаясь атаки, махнул рукой, тотчас двое его коллег рванулись вперед, одновременно стреляя по ближнему джипу. Синие сполохи расцвели вокруг длинных стволов, по машине поползли змеистые разряды, раздались крики. Вожак тем временем остановился и тщательно прицелился из крупнокалиберной винтовки. Звука выстрела никто не услышал, но второй внедорожник громыхнул разрывом и загорелся.

Грузовики остановились, мотоциклисты деловито столкнули в кювет покореженную разрядами машину и посигналили дальнобойщикам. Колонна вновь двинулась в путь, осторожно объезжая горящую машину. Как только последний большегруз прошел опасный участок, мотоциклисты бросили в кювет гранаты и, не дожидаясь взрыва, последовали за колонной. Судьба оставшихся в машине людей их не волновала. Да и, положа руку на сердце, разве должны их волновать люди, минуту назад готовые убивать ради четырех фур с грузом?

Запись пытались объявить подделкой, но приезжим журналистам, в отличие от своих, рот не сильно-то заткнешь. Да и после этой передачи как будто прорвало плотину: многие жаловались на беспредел на окрестных дорогах и благодарили неожиданных избавителей. Дело пришлось спустить на тормозах.