Баллада о байкере - Олег Силин

Время от времени из центра выходили посетители. Некоторые сразу с порога показывали бумажку, и к ним не приставали. Были и другие, которые спускались по ступенькам с выражением явного недовольства на лице. К ним тут же подходили байкеры и начинали предлагать услуги.

– Нижний – дешево! До Казани со скидкой.

– Восток, юг, куда едем?

– Мурманск, Архангельск.

Их поведение напоминало назойливых таксистов на привокзальных площадях. Так дело не пойдет. Мы решительно пересекли дворик, и я дернул дверь.

Внутри оказалось темновато и прохладно. Длинный коридор, гул голосов, карты на стенах. Вывески «Южное направление», «Северные перевозки», «Сибирские перевозки». Просто стоять в коридоре смысла не имело. Я предложил ребятам все-таки погулять на улице и, если что, звонить на мобильник. Вдруг какая оказия случится.

Сам же запасся терпением и пошел бродить по центру. Побывал в нескольких комнатах, в одной угостили кофе, в другой спросили, не знаю ли Сурикена из «Желтых тигров». Честно сказал, что не знаю, вернулся в коридор и приметил рассерженного человека в дорожной куртке и кепке, выходящего из двери «Юг и Кавказ». Он покрутился и пошел в туалет. Я отправился за ним и не прогадал.

Мужик долго мыл руки, бормоча ругательства насчет байкеров. Я тут же встрял:

– Чего так? Достали?

– Не то слово! Цены ломят, налогов каких-то напридумывали, еще и кивают, мол, в Москве еще дороже будет.

– О, понимаю. С грузом идете?

– Да. Из Новгорода. До Солнечногорска легко добрался, сюда многие хотят ехать. Думал тут взять другой конвой и дальше на Ростов идти. Сейчас, как же! Здесь носами вертят – за такие деньги, говорят, мы тебя по Окружной прокатим. А у меня две «Татры»…

Мужик осекся, во взгляде его читалось подозрение: «Чего это он тут расспрашивает?»

– Евгений, – я протянул ему свежевымытую руку. – Приехал из Белгорода немного подзаработать, да они тут и с другой стороны такое дерут… – Я покачал головой, изобразил на лице озарение. – Слушайте, может, это судьба? Уверен, мы договоримся друг с другом без этих бюрократов и снобов. У меня есть команда, нас четверо, проверенные райды, а я еще и скидку дам.

Мужик заинтересовался. Следующие пятнадцать минут мы торговались, выясняли подробности и в конце концов ударили по рукам. Я объяснил Леониду, нанимателю, как найти ребят, а сам пошел заверять свой экземпляр свежеподписанного контракта. Сердце громко бухало, все-таки впервые соорудил контракт, да еще от своего имени.

Его долго не хотели регистрировать, ссылались на то, что оформлен не от байк-клуба. Пришлось выложить последний аргумент – деньги. Они подействовали, я набросал расписку, что ничего не имею против, если меня убьют из-за действий канцелярии, после чего оригинал вернули, а копии занесли в базу сразу под тремя байк-клубами. Теперь конвой официально в пути, а мы все официально – вне закона.

Реакция последовала быстро. Когда конвой только свернул на Объездную и двинулся вокруг Москвы, пришло сообщение:

«Готовься, до Ростова не доедешь».

Я выключил мобильник и переключил мап-навигатор в автономный режим. Ни к чему бывшим товарищам знать, где мы находимся.

Самая короткая дорога пролегала через Тулу. Однако, поразмыслив, я повел конвой по Каширскому шоссе. Юс, завидев давешний карман на развороте, вспомнил об «Арии» и немедленно врубил что-то металлическое. То ли «Дух асфальта», то ли «Герой войны», я не расслышал толком – фонило.

Достаточно твердое шоссе позволило набрать неплохую скорость. Я и Дэйзи открывали конверт, за нами шли две «Татры», замыкали Ингвар и Юстиниан. Леонид вел головную машину, он оказался не только хозяином груза, но еще и водилой. Судя по его лицу, он радовался и подсчитывал свалившуюся на голову экономию.

Дэйзи взяла чуть ближе. Она великолепно смотрелась в своей вишневой куртке на «Харлее».

– Змей, зачем ты зарегистрировал контракт? Я не собираюсь обвинять, мне мотив интересен.

– Если мы его выполним – будет прецедент. Да и, знаешь, после рейса с Казаком как-то не хочется леваки брать.

– А если бы Леонид не согласился бумаги подписывать?

– Но он же согласился.

Дорога шла на юг, лишь немного отклоняясь восточнее. С каждым километром заметно теплело. На путь до Ростова-на-Дону я отвел два дня с ночевкой в Воронеже. Теоретически можно было и за один проскочить – но летом, и если выехать в пять утра. Сейчас же парило, но темнело вполне по-апрельски.

Укатанное шоссе закончилось за пределами Каширской области. Сразу же закрошились обочины и затрескался асфальт. Глубинка открывалась во всей красе. Ветхие домики с наглухо забитыми окнами упорно не желали рассыпаться и хватались за стебли сорной травы, растущей порой выше заборов и крыш. На подъезде к Богородицку справа открылся вид на церковь. Обычно, когда храм приходит в упадок, с него первым падает крест. Но тут случилось наоборот – весь храм пошел трещинами и частично осыпался, но колокольня гордо несла свой крест, уже никому не нужный: в округе лет двадцать никто не селился.

Два раза мы проехали через «желтые зоны» – места, где чаще обычного случались неприятности, внимательно смотрели по сторонам, держа руки на оружии. Романтиков большой дороги не заметили. Так километр за километром и продвигались к Ростову. Позади остались Елец, Екатериновка и Задонск. В какой-то момент я понял, что совершенно перестал нервничать и просто еду, наслаждаюсь поездкой, ощущением трассы и друзей рядом. Да только ради этого стоило пускаться в авантюру.

Миновали Хлевное. До Воронежа оставалось совсем немного, чуть больше полусотни километров. Возле таблички с надписью «Конь-Колодезь» неприятности все-таки нас нашли.

У обочины стояла типичная машина ГИБДД – джипик с полосками и мигалками. Я быстро глянул на экраны. Ноут показывал зеленую зону – условно-безопасное место. В мониторах заднего вида пылили «Татры», за ними маячила «Ява» Юстиниана.

Из джипика вылез инспектор в форме и махнул палочкой. Юс тут же без напоминания убрал музыку. Останавливались мы долго, протянув вперед по максимуму. Не стоит тормозить сразу и подставляться. Дэйзи выехала чуть вперед, я перебрался на осевую и ждал гиббона. Тот не спеша шел именно ко мне. Значит, не первый день на трассе и понимает, что глава конвоя впереди, а не среди замыкающих.

– Сержант Федулин. Ваши документы. И ребят тоже.

Я протянул ему карточку. Сержант вставил ее в ридер, задумался.

– Нарушаем? – предположил он.

– Вряд ли, – ответил я.

– Не верю, – глубокомысленно заметил конь-колодезный Станиславский. – Ну-ка, снимай шлем, ты пил, наверное, теперь прячешь лицо.

Подозрительный тип.

Я глянул на монитор. Дэйзи явно готова прикрыть. С такой поддержкой можно и снять шлем. Что и сделал.

Федулин воззрился на меня.

– Гм… ну-ка, что везем?

– Книжки.

– Какие книжки?! – заорал внезапно побагровевший сержант. – Знаю я ваши книжки! Давай, ты, пускай водилы открывают фуры, досматривать будем.

– Не будут они открывать.

– Что-о? Да ты, салажонок, как смеешь? Да я тебя сейчас засажу! Давай, открывайте!

Монитор показал, как в кустах за спиной что-то блеснуло. Тут же я рухнул на асфальт. Падая, услышал звук выстрела, а пулю вместо меня получил Федулин. Он хлопнулся на колени, тихонько взвыл и завалился набок. Через секунду мне стало не до него – громыхнул взрыв. Я накрыл голову руками, переждал легкий землепад и перекатился к байку. Выхватил пистолет, выглянул из-за колеса.

Кусты тлели, кто-то истошно орал. Дэйзи прицелилась, воздух взвизгнул, когда «Роршах» отправил подарочек по назначению. Ор отрубило. Страшная штука эта ударная энергопушка. На малой мощности оставляет на теле человека причудливые ожоги, похожие на пятна из известного теста, а на большой – прожигает тело и ломает кости. И Дэйзи с большим изяществом управлялась с ней.

– Ингвар, прием! Проверь машину.

«Априлия» отправилась в путь. Латыш с автоматом Дмитренко в руках обследовал джип.

– Пусто. Там был-ло не больше трех челов-фек. Не больше трех мы убили.

Я встал, хрустнул суставами. Вроде цел. Обыскал Федулина. У него обнаружилась целая коллекция документов на разные имена и коробочка для прав.

Подошла Дэйзи, я молча показал ей находки.

– Орк, – заключила она.

– Угу.

Оборотень в погонах или просто человек, использующий форму, – нас подробная классификация не интересовала. Собственно, они и являются нашими работодателями, точнее – создают нам условия для работы. Эту «язву на теле общества», как говорят в телевизоре, выжигают сколько я себя помню. И все без толку, орки регенерируют быстрее, чем растет число честных безов и гиббонов.

– Леонид, у вас все нормально?

– Да, – ответили из грузовика. – Я и Серега целы, машины тоже, можем ехать.