Социо-пат - Владимир Владимирович

   - Настроение женщины определяется Провидением... и месячными, - произнес незнакомец, остановившись за спинами Канзаки и клубного плейбоя. Он сунул руки в карманы брюк и довольно оглядел обернувшихся к нему собеседников.

   - Ты еще кто такой? - нахмурился молодчик, обладавший от рождения непомерным самомнением, помноженным на посещение школы карате и заполированным парой коктейлей, принятых недавно. - Совсем оборзел - хамить?!

   Канзаки, готовая ответить на выходку незнакомца резкой фразой, почему-то подавилась собственными словами. Наверное, потому, что по привычке посмотрела в глаза тому, с кем говорила. И увиденное ей не понравилось. Это были не глаза. Это были стекляшки, требующие заполнения пустоты внутри. Такие глаза были у мальчишки в четвертом секторе... Мегуми почувствовала, как внезапный спазм перехватил горло. Одна-единственная мысль с размаху врезалась в темечко. Что-то приближалось.

   - Борзыми бывают щенки, щенок, - прикрыв глаза, гайдзин качнулся, переступая с пятки на носок и обратно.

   - Че?! - набычился юноша, соскакивая с "табуретки". - Огрести захотел?!

   - Может быть. Только вот кандидатур на доносчиков огребения нет, - окинул его презрительным взглядом незнакомец. Этого хватило. Раздразненный молодчик выбросил вперед ногу, целя хаму в печень. Однако удар цели не достиг: погасив его подставкой локтя и небольшим поворотом туловища в сторону атаки, незнакомец прижался к конечности паренька, дуговым движением снизу зафиксировал ее, одновременно ударяя ногой в пах. Не меняя ритма движения, гайдзин сблизился с противником и сбил того с ног. Японец скрючился на полу, держась обеими руками за мошонку.

   Канзаки, странно оцепенев, смотрела на ловкого незнакомца.

   - Люблю молодых и наглых, - признался ей мужчина, уводя правую руку под пиджак. - Ими всегда так легко манипулировать... Кстати, будем знакомы: меня зовут Франклин. А вы - Канзаки, не так ли?

   - Откуда... - хрипло начала она, но прервалась и несколько раз кашлянула. - Откуда вы меня знаете?

   - Ну как же я могу вас не знать, лейтенант? - усы и губы сложились в усмешку-галочку. - Ведь вы так интересно выглядите, когда на вас смотришь снизу, переводя взгляд от дула пистолета к вашему лицу.

   Мегуми почувствовала, что небосвод треснул и, пробив крышу здания, целеустремленно ударил ее по голове. Этого просто не могло быть. Не могло! Но... глаза!

   - Что?.. - она перешла на шепот.

   - Ну только не притворяйтесь, что не помните четвертый сектор! - состроил он благостную гримасу. - Столько приятных воспоминаний. Особенно в тот момент, когда разглядел палец, движущийся на спусковом крючке. Знаете, в такие моменты самые мелкие детали замечаешь, как не заметил бы никогда. Но со стороны все так же, как всегда. Вот, посмотрите...

   Вынув руку из-под полы, Франклин направил оказавшийся в ней пистолет на корчившегося на полу юношу и спустил курок. С грохотом пуля ударила в висок, пробивая тонкую кость и окрашивая пол и штанину убийцы в серо-красный цвет.

   По ушам резанул дикий крик посетителей, успевших приглядеться к разыгравшемуся конфликту. Затопали десятки ног, стремившихся в панике унести хозяев подальше от ужаса, столь неожиданно ворвавшегося в приятный летний вечер. Убийца вскинул руку с пистолетом и выпустил следующую пулю в грудь застывшему охраннику, до того шагавшему в направлении подравшихся.

   Когда странный, вынырнувший из ночных кошмаров человек начал палить из огнестрельного оружия, сработали рефлексы, приобретенные Мегуми за время обучения в миссии Крестоносцев. Пока разум застыл в шоке, тело делало то, что требовалось. Оно подалось в сторону стрелявшего с барного стула и попыталось умелым приемом вырвать пистолет. Рефлексы Мегуми никогда не подводили. Но сейчас что-то пошло не так, как на тренировках. В переносицу вдруг ударило что-то твердое, и на секунду перед глазами всколыхнулось яркое покрывало всех цветов радуги.

   Ухватив ловкую девицу за волосы, Франклин дернул ее к себе, повалив на пол. Затем радостно помахал у нее перед глазами кулаком с выставленными вперед средними суставами пальцев.

   - Со мной шутки плохи.

   Он отвлекся, стреляя по кому-то, кого Канзаки не видела. Ногой, что была запачкана кровью молодого японца, он придавил ее шею к полу. Проморгавшаяся Мегуми, хрипя, ударила убийцу в подколенный сгиб, заставляя ослабить давление и стараясь откатиться в сторону. Одновременно с этим девушка заставила потерявшего равновесие противника упасть рядом. Вылетевший из руки пистолет зацокал по полу.

   Вооруженная острым каблуком нога ткнула Франклина под подбородок, вызвав приглушенное "кхы". Развивая успех, Мегуми приложила противника пяткой в запрокинувшееся лицо. Пользуясь замешательством врага, девушка встала на колени, нависнув над Франклином, и ударила его в кадык, преодолев сопротивление вскинувшихся рук, и с размаху заехала кулаком в висок. Хрипло крякнув, мужчина затих.

   Тяжело дыша, Канзаки всмотрелась в его лицо. Тонкие неприятные черты, едва заметные усики, странные густые волосы... Ничем этот тип не напоминал... Но откуда он знает? И про четвертый сектор...

   Упавшая на пол без сил рука Франклина внезапно, уподобившись гремучей змее, взметнулась вверх и ухватила Мегуми за горло, чудовищно сильно его сдавив.

   - Обманули! - глаза на лице распахнулись, и снова губы сложились в галочку. Канзаки попыталась вырваться, убрать с горла руку, ударить в ответ, но резкая боль в области диафрагмы не дала ей такой возможности.

   Официант с подносом деловитой походкой поспешал к отдельному кабинету в стороне от общего зала, дабы принести заказанное клиентом кьянти. Еще на подходе он услышал радостные возгласы самого неприличного содержания. А стоило ему отодвинуть ширму, скрывавшую желавших уединения посетителей от глаз более терпимых к обществу персон, как в глаза бросилась поражающая своей развеселостью картина.

   В самом центре диванчика, стоявшего в углу и имевшего форму изогнутого вдоль стены рогалика, восседал упитанный широкоплечий мужчина, безбожно расхристанный в своем строгом костюме с галстуком, закинутом на плечо. Левая рука посетителя держала тонкую ножку бокала, поднесенного к его губам. Ну а правая по-хозяйски лежала на бедре юной спелой девицы, наряженной в костюм зайчика. Вроде тех, что носили когда-то девицы на вечеринках в особняке Хью Хефнера. Милые плюшевые ушки, торчавшие из длинных ухоженных волос и наряд, навевавший неизбежные мысли о всевозможных извращениях, не могли оставить равнодушным работника салфеток и подноса. Официант нервно сглотнул.

   - Ваше вино, господин.

   - Молодец! - отвлекся на него посетитель, нащупывая через холодную упругость чулков ножку девицы. Девушек, к слову, в кабинетике насчитывалось целых пять штук, восседавших вокруг клиента подобно одалискам вокруг халифа. - Предсказываю тебе шикарные чаевые! Если, конечно, я не дойду до кондиции, при которой откажусь платить всякому, у кого уши короткие!

   "Зайчики" весело захихикали.

   У Мегуми, казалось, каждая косточка в теле затрещала, когда она ударилась о барную стойку спиной. Секундой ранее чудом сохранивший сознание Франклин рванулся с пола, так и не отпустив ее горла, и словно пушинку поднял девушку в воздух одной рукой. Лейтенант даже удивиться не успела поразительной силе убийцы, когда тот ухватил ее второй рукой за юбку и, приподняв, шарахнул о стойку, как кидают на полку мешок. Канзаки попыталась уберечь от удара затылок, но все же порядочно стукнулась, в результате чего перед глазами все поплыло. На лоб легла мужская ладонь, и затылок вторично ударился о полированную стойку.

   - Продолжим беседу вот в такой плоскости, - светским тоном произнес он, чуть ослабив хватку на ее шее.

   В ответ Мегуми исторгла из себя хриплый полустон-полукашель, чувствуя, как болят при дыхании легкие.

   - Да, да, да... - протянул Франклин. - Знаю. Кстати, давай на "ты". Зови меня Фрэнки. Меня так звала мама в детстве. Однажды она подошла ко мне и говорит: "Фрэнки, чтоб ты сдох, маленькая тварь, сколько раз я тебе говорила не ставить ботинки на коврик у входной двери?!" И она шваркнула меня черепушкой о дверцу шкафа. У меня была импульсивная мама. От нее-то я и унаследовал страсть к стуканью о жесткие поверхности.

   - Пошел... ты... - выплюнула Канзаки, а в следующий миг локоть Фрэнки вонзился ей в живот. Машинально рванувшуюся вверх голову убийца снова стукнул о стойку, возвращая в исходное положение.

   - Маленьким девочкам не пристало грязно ругаться, - сопроводил он удар назидательным тоном. - Но хватит болтать на общие темы. Я пришел с тобой познакомиться для того, чтобы было с чего начать. Не скрою - тебе не жить. Но отнесись к этому философски, как я. Как говаривали когда-то: "Откинься на спину и получай удовольствие!". К слову об удовольствии...